Михаил девятаев: от угона немецкого бомбардировщика до атаки на ракетную базу «фау-2»

24 июня 1941 года. ПЕРВЫЙ ТРОФЕЙ

Официальный боевой счет Девятаева (10 сбитых) — как и практически у всех летчиков-истребителей Второй мировой — наверняка преувеличен. В горячке боя пилотам некогда следить за поведением пораженного ими самолета, а проверить со 100-процентной гарантией их доклады в условиях войны невозможно.


Но то, что уже на третий день Великой Отечественной, 24 июня 1941 года, Михаил сбил пикирующий бомбардировщик «Юнкерс-87» («лаптёжник»), можно считать доказанным. Потерю в этот день шести «Юнкерсов-87» от огня истребителей признали сами немцы1. А дралась 24 июня с «лаптёжниками» в районе Минска шестерка И-16 из 163-го истребительного авиаполка, в составе которой был и доложивший о сбитии «немца» младший лейтенант Девятаев.

Для летчика без опыта воздушных боев — хорошее начало!

16 сентября 1941 года, воюя уже в 237-м истребительном, на Як-1, Девятаев был сбит и тяжело ранен в ногу. По выздоровлении определен в Высшую специальную школу Генерального штаба Красной армии в Казани — учиться на разведчика.

Но он хотел быть не разведчиком, а летчиком!

И, пробыв в элитной школе почти весь 1942 год, добился-таки отчисления и возвращения в авиацию. С мая 1943-го он снова стал летать в строевой части, правда, теперь уже на простейшем биплане У-2 и его санитарных вариантах С-1 и С-2. Сначала в 714-м отдельном авиаполку связи, а с середины сентября 1943 года в 1001-м отдельном санитарном.

Пилоты связных и санитарных У-2 летали без парашюта — иначе в кабине не поместишься. Да и ходили на таких высотах, что парашют не успел бы раскрыться…

Летчик Мамкин спас детдомовцев ценой своей жизни

А пользы приносили немало. Только с 20 сентября 1943-го по 1 января 1944 года лейтенант Девятаев эвакуировал в тыл 140 раненых (в том числе шестерых генералов) и доставил в госпитали на передовой 750 литров крови, 1450 килограммов медикаментов и 45 медработников2…

Но он хотел быть истребителем, уничтожать врага!

И упорство его оставалось при нем.

В мае 1944 года, при содействии своего бывшего командира Владимира Боброва, упрямец Девятаев вернулся в истребительную авиацию. И не куда-нибудь — в дивизию дважды Героя Советского Союза Александра Покрышкина, в 104-й гвардейский истребительный авиаполк.

Х. Якупов. Полет на свободу. Подвиг Михаила Девятаева. Триптих. 1971 год.

Конец августа 1944 года. НЕУДАЧНЫЙ ПОБЕГ

В конце августа он участвует в попытке группового побега из лагеря военнопленных ВВС N 2 в Кёнигсберге-ин-дер-Ноймарк (ныне Хойна в Польше). До Берлина оттуда километров 70, до линии фронта — почти 500. Замысел почти невыполнимый, но испытать судьбу не удалось. Подземный ход, который рыли из барака, был обнаружен, и из военнопленного Девятаев превратился в заключенного концлагеря.

Учетная карточка военнопленного Михаила Девятаева.

В полосатой робе вместо военной формы.

То, что он вытерпел в печально известном Заксенхаузене, литобработчики мемуаров Девятаева передали с его слов, в общем, верно. Но осенью 1944-го сквозь колючую проволоку блеснул лучик надежды — эсэсовцы перевели летчика в концлагерь Карлсхаген на острове Узедом в Балтийском море, близ устья Одера. Заключенные обслуживали аэродром Пенемюнде — он использовался центром, где создавались крылатые и баллистические ракеты.

Для Девятаева все сразу стало ясно. Надо вырваться из неволи по воздуху!

Но легко сказать — угнать самолет. Захватить его — полдела, но как им, незнакомым, управлять? Как хотя бы запустить моторы?

Летчик Сергей Грицевец сел под носом противника, чтобы спасти сбитого друга

Но Михаил оставался упорен и собран.

Стал осторожно подбирать помощников. Работая в маскировочной команде, рискуя быть заподозренным, постоянно старался улучить момент и подсмотреть, какие манипуляции проделывают перед взлетом немецкие пилоты

К моменту побега он знал, как взлететь на двухмоторных бомбардировщиках «Хейнкель-111» и «Юнкерс-88»

Работая в маскировочной команде, рискуя быть заподозренным, постоянно старался улучить момент и подсмотреть, какие манипуляции проделывают перед взлетом немецкие пилоты. К моменту побега он знал, как взлететь на двухмоторных бомбардировщиках «Хейнкель-111» и «Юнкерс-88».

Но этих знаний оказалось мало.

8 февраля 1945 года судьба словно задалась целью испытать девятаевские волю и упорство.

Побег. Фрагмент открытки. 1961 год.

Личный враг Гитлера


По словам Александра Михайлова, Девятаев смог пересечь линию фронта, однако самолёт был обстрелян советскими зенитчиками, его пришлось посадить в расположении 61-й армии. Сбежавших из плена направили в госпиталь.

В дальнейшем их пути разошлись. Семеро солдат и сержантов были направлены в действующую армию. Шестеро из них погибли в боях на территории Германии. А вот трое офицеров, включая Девятаева, попали в фильтрационный лагерь, ожидая подтверждения своих званий, и пробыли в нём несколько месяцев.

  • Михаил Девятаев, 1968 год
  • РИА Новости

Как рассказал Юрий Кнутов, в Германии из-за угона Девятаевым самолёта разгорелся страшный скандал.

«Счёт времени в немецких ракетных испытаниях шёл на дни, и потеря находившегося на самолёте специального оборудования лишила немцев возможности попытаться уйти от поражения. Кроме того, Девятаев передал советскому командованию координаты расположенных на острове замаскированных объектов, по которым после этого был нанесён мощный авиационный удар. Согласно ряду источников, руководству рейха доложили о деталях побега советских пленных, и Девятаев стал личным врагом Гитлера», — подчеркнул историк.

В 1945 году на остров Узедом прибыл руководитель советской ракетной программы Сергей Королёв, находившийся там как «полковник Сергеев», отмечает Кнутов.

По словам Кнутова, история жизни Девятаева после побега окутана тайной: в СМИ и исторической литературе существует множество версий на этот счёт. Возможно, такая неопределённость связана с тем, что часть документов до сих пор находится под грифом секретности, считает эксперт.

«Можно найти утверждения о том, что лётчика якобы осудили на девять лет за «измену Родине» и выпустили только в 1950-е годы. Исходя из интервью самого Девятаева, его демобилизовали спустя несколько месяцев, записав по ошибке артиллеристом. Некоторое время он из-за пребывания в плену не мог найти работу, а потом устроился помощником дежурного по порту в Казани», — рассказал эксперт.

Также по теме «Презрение к смерти»: как Александр Покрышкин прошёл путь от подручного кровельщика до маршала авиации 75 лет назад лётчик Александр Покрышкин был в третий раз удостоен звания Героя Советского Союза за подвиги в боях с…

В 1957 году статья о подвиге Девятаева была опубликована в «Литературной газете». 15 августа 1957 года ему было присвоено звание Героя Советского Союза за отвагу и героизм в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками. По словам Юрия Кнутова, существуют данные о том, что инициатором награждения Девятаева был Сергей Королёв, отметивший таким образом заслуги лётчика в деле развития советской ракетной техники.

«В 1950-е годы Девятаеву поручили испытания одних из первых советских судов на подводных крыльях, затем он стал первым капитаном теплохода типа «Метеор», издавал книги, вёл активную общественную жизнь. Если бы в биографии Девятаева были хоть какие-то сомнительные моменты, он не смог бы достичь такого успеха. Значит, его жизнь была безупречной и за измену Родине его никто не судил. Иногда звучат версии о том, что он мог участвовать в секретных проектах советской разведки или помогать Королёву после 1945 года. Однако подтвердить или опровергнуть эти данные сейчас невозможно», — отметил Юрий Кнутов.

  • Памятник в Саранске

Михаил Девятаев умер 24 ноября 2002 года в Казани. В память о нём установлено несколько монументов. В Торбееве открыт посвящённый истории его жизни музей. Его имя было также присвоено нескольким судам.

«Мне довольно часто задают вопрос: а где связь между Казанью и Девятаевым?»

— И что, кто-то возражает по поводу создания такого комплекса?

— А у нас не возражают, у нас в Казани ничего не делают.

Мне довольно часто задают вопрос: где связь между Казанью и Девятаевым? Многие просто не знают, что он здесь жил, трудился, вел общественную работу с 1934-го по 2002 год и умер почетным гражданином.

Фото Олега Тихонова

Поэтому я всегда говорю, что на Волге у речного порта должен стоять памятник человеку, который связан с Казанью и с Волгой насквозь. Его, волгаря, на реке называли просто Петрович. Подъезжающий или пришедший в речной порт человек должен видеть его Волгу и полюбить ее через знание этой громадной жизни.

Мы нашли место прямо перед зданием речного вокзала со стороны реки. Комиссия, в которую входили уважаемые специалисты — музейщики, скульпторы, представители муниципалитета Казани, его утвердила, все поставили подписи. Минкульт сделал запрос. Знаете, что мы получили в ответ? Что в этом выбранном комиссией месте нельзя поставить памятник, поскольку там проходят пожарные трубы.

— Когда это было?

— Почти год назад. Потом мы выяснили, что нет там никаких труб. Это была просто отписка.

Подводя итог, можно сказать, что Министерство культуры не делает ничего, это не тот орган, который в состоянии решать такие крупные задачи. Они преподносят это так, что чей-то сын недоволен площадками для памятника, которые предлагает Минкульт (делая это без предварительной проработки конкретного места). Ну, во-первых, место для памятника еще не выбрано. Во-вторых, я предлагал это обсуждать, и мы обсуждали вместе с действительно уважаемыми членами комиссии. Но вся большая работа прошла впустую.

И речь, конечно, не идет о том, чтобы просто поставить памятник. Ну что памятник? В Германии есть два памятника Девятаеву. Ему еще в 60-х годах поставили в Карлсхагене (город на острове Узедом, рядом с Пенемюнде, — прим. ред.) громадный триптих, сделанный из мозаики, метра 3 в высоту. Три мозаичных блока, на которых показан концлагерь, полет на самолете. Он так и называется — «Полет к солнцу». Стоял он и при ГДР, и при ФРГ стоит, все нормально, и праздник там пройдет. А у нас на 75-летие побега не будет ничего.

Только это не должен быть музей имени Девятаева. Такой уже есть в мордовском поселке Торбеево на родине отца. На всякий случай скажу, что это второй прижизненный именной музей в Советском Союзе, первый был Юрия Гагарина. Но мы ведь с вами говорим про Казань. И когда где-то с кем-то пересекаешься, у людей возникает вопрос: «Как, в Казани нет памятника? Нет музея?». И я этого объяснить не могу.

Нужно понимать, что второго такого подвига в мировой истории не было и, надеюсь, уже не будет. Это подвиг уникальный, он вне времен и вне наций. Это подвиг советского человека, но он — для всех, для всего мира. Когда человек прошел через невероятное, непреодолимое, через то, во что поверить нельзя. Убедить тех, кто приходит на такой мемориал, что наши люди могли это сделать — вот это задача. Настоящая, серьезная задача. А не ахинея разная с псевдопатриотическими брызгами.

Фото Максима Платонова

— По идее, фильм в данном случае может послужить неким спусковым крючком.

— Разве фильм изменит что-то в головах тех, кто принимает решения? Чтобы осмыслить это, нужны усилия. Я ведь тоже очень долго этим не интересовался. Ну папа там рассказывает, ну я фильм смотрю… На сегодня есть уже двадцать документальных фильмов об отце. Книги о нем на каких только языках не издавались. Вот только сейчас случайно обнаружил, что, оказывается, есть перевод отцовской книги «Побег из ада» на английский.

Только потом я понял, что это мой долг, и начал этим заниматься. Ушел на пенсию из медицинского университета 2 года назад. Когда прошло столетие отца, вдруг понял, что нужно все еще отыскать, собрать, рассказать об этом. Не дежурно выложить какие-то фотографии или что-то такое. Не в этом же суть такого большого дела.

«Нужно объяснить молодежи, что это такое: вернуться на родину, даже с орденами, не осужденным, но с клеймом военнопленного»

— Перейдем к теме памятника вашему отцу. В мае прошлого года вы говорили, что не знаете, что с ним будет.

— Ничего не могу к этому добавить. Кроме чувства глубокого сожаления, потому что, например, наши немецкие товарищи организуют крупное мероприятие — прямо там, на Пенемюнде. Я еду туда завтра.


Ну и еще здесь, в Казани, у памятника отца на его могиле соберутся родственники. Конечно, мы оповестили и ветеранов. Но сказать, что это заинтересовало кого-то из ответственных лиц, нельзя.

Вообще, с 2017 года прошло как минимум 10 заседаний комиссии Министерства культуры Татарстана, чаще всего с прямым участием министра культуры Татарстана (уже не одного, они менялись) и его заместителей. И, кажется, мне удалось объяснить участникам этой комиссии, что речь идет не просто о памятнике, а о создании некоего комплексного символа истории Казани и Татарстана, которая преломляется через одну судьбу. Об этом я и говорил, и писал в Министерство культуры.

Ведь что такое 30-е годы для Казани? Это бурное развитие авиационной промышленности и параллельно Осоавиахима и аэроклуба. Отец тоже начал учиться в 1934 году в аэроклубе, в 1935-м он уже поднялся в воздух на самолете У-2. Потом следующий этап, Великая Отечественная война. Все это — громадная прекрасная история, громадный пласт, во многом еще не раскрытый. Его фрагменты есть у разных энтузиастов, но их нужно собирать воедино. То есть я предполагаю, что это должен быть мемориальный памятник, музей.

Я говорю о жизни отца, но этот путь прошли многие наши летчики, и не только летчики. Весь 1942 год отец провел в Казани, лечился. А уже начиная с конца 1942 года в течение почти полутора лет летал на У-2, самолете, который делали здесь, на будущем Казанском вертолетном заводе. Их собрали в количестве более 11 тысяч. Это же громадная история. На КВЗ есть хороший музей, но он закрытый. Никто не сможет вам обо всем этом рассказать, кроме нескольких энтузиастов, которые немного занимаются авиацией.

Это громадный, очень серьезный раздел, который нужно объяснить. Это ведь не просто про самолет, но и про то, что У-2 доставлял кровь, поскольку в военное время не было нормальных дорог. А еще про операционные группы, разведку, бомбежку, спецсвязь. Все это — реальная история войны, которая практически никому не известна. А это должно быть известно, это наша гордость. Это же сделали наши старшие поколения. В Казани нет музейной экспозиции, посвященной госпиталям, хотя здесь была мощнейшая госпитальная база даже не фронта, а ставки.

Фото Максима Платонова

А дальше идет тема, которая просто табуирована — заключенные и военнопленные. И здесь мы можем рассказать и о спецлагере летчиков, ведь сейчас о нем нет никакой открытой информации. Все говорят: концлагерь, и все. Но были специальные лагеря по родам войск, в первую очередь летчиков, у них своя история, свои проблемы и т. д. Потом это были лагеря военнопленных, потом концлагеря, потом концлагеря смерти. А потом, разумеется, мы должны рассказать о Пенемюнде, о ракетном центре фон Брауна, который там располагался. Ведь это же история ракетной техники, и эта история просто пронизывает Казань, начиная с имени отца, потом Глушко, Королева и других. И после этого — рассказ о том, что было с нашими военнопленными после их возвращения на родину.

Понимаете, о войне можно рассказать людям не абстрактно. Не так, что где-то там проходил такой-то фронт, наши войска куда-то пошли, кого-то атаковали… Вот он, человек, его судьба, то, что он делал — в этом мемориальном комплексе. Хочешь почитай здесь книгу, хочешь посмотри видео, а хочешь даже сыграй в какую-то игру.

Нужно объяснить молодежи, что это такое — вернуться на родину, даже с орденами, не осужденным, но с клеймом военнопленного. Речь даже не о советском фильтрационном лагере, где отец провел 8 месяцев (больше, чем у фашистов просидел). Нужно рассказывать о том, как он жил дальше, 10 лет до реабилитации в 1957 году. Потом он первым встает за штурвал «Ракеты», теплохода на подводных крыльях. 25 августа 1957 года первым приводит ее в Казанский речной порт, который только что открылся. Волга только что разлилась после открытия Куйбышевской ГЭС. И это тоже отдельная большая тема — что такое старая Волга и новая. Все это можно очень красиво рассказать и показать, напомнив, что Татарстан выпустил 300 с лишним теплоходов на подводных крыльях «Метеор» в Зеленодольске. Вся страна на них плавала.

Детство и юность

Михаил родился летом 1917 года в рабочем поселке Торбеево, который на тот момент входил в состав Тамбовской губернии. По национальности он мокшанин. Помимо него, в семье было еще 12 детей. Хотя жизнь была трудной, отец семейства Пётр Тимофеевич всю жизнь трудился, он был мастеровым человеком, работал на помещика. Мать Акулина Дмитриевна вела хозяйство и воспитывала детей.

Легендарный советский летчик Михаил Девятаев

Хотя в школе Михаил учился хорошо, проблемы возникали с поведением мальчика. Но в один момент его характер поменялся. Это произошло после встречи с летчиком, посетившим поселок на самолете. Увидев его, юноша спросил, как получить такую профессию. На это мужчина ответил, что нужно учиться, быть смелым, спортивным и здоровым.

С того момента Девятаев все время посвящает спорту и учебе, а после 7-го класса отправляется в Казань для поступления в авиационный техникум. Так в биографии юноши появляется история становления будущего летчика. Подавая заявление в училище, Михаил уже представлял, как начнет осваивать азы управления самолетом, однако из-за путаницы с бумагами, по ошибке, его зачисляют в речной техникум, где он и остался. Но мечта парня не угасла, поэтому Девятаев записывается в аэроклуб в Казани.

Михаил Девятаев в молодости и зрелом возрасте

Иногда ему приходилось до ночи проводить время в моторном или самолетном классе клуба, а утром бежать на занятия в училище. А вскоре случился тот день, когда юноша впервые оказался в небе. Правда, первый полет происходил с инструктором, но это не уменьшило впечатлений Михаила.

Окончив речной техникум, Девятаев поступает в Оренбургское авиационное училище, это время уже повзрослевший мужчина вспоминал как самую счастливую пору жизни. При обучении он не пропускал ни одного занятия, много читал и усердно тренировался. Когда учеба закончилась, детская мечта молодого человека сбылась, он стал военным летчиком-истребителем. В молодости ему приходилось служить сначала в Торжке, а позднее его перевели в Могилев.

Младший лейтенант Михаил Девятаев в начале войны

К началу войны из 12 детей семьи Девятаевых в живых осталось только 8, и все внесли вклад в защиту Родины. 4 брата Михаила погибли на фронте, остальные дети тоже ушли из жизни, не дожив до преклонных лет.

Примечания

Комментарии
  1. В некоторых публикациях утверждается, что их направили в штрафные батальоны, однако указанная рота не была штрафной.
Использованная литература и источники
  1. . Дата обращения 13 января 2013.
  2. Наталия Беспалова, Михаил Черепанов. . «Российская газета» — Волга — Урал (№3366 от 16 декабря 2003 г.). Дата обращения 11 января 2011.
  3. Замятин Сергей Семенович.  (недоступная ссылка). Монография. Журнал «Самиздат» (10 мая 2008). — «Сам Девятаев вспоминал об этом так: — „Твой лагерь?“ — спросил меня сопровождавший энкавэдэшник. „Да“, — отвечаю. „А в каком блоке сидел?“ — „В тринадцатом“. А он мне: „Хорошо, здесь и будешь опять сидеть“.». Дата обращения 28 октября 2017.
  4.  (недоступная ссылка). «Известия Мордовии» (5 февраля 2010). Дата обращения 11 января 2010.
  5. Сам будущий Генеральный конструктор советских ракет был освобождён из заключения лишь за полгода до этих событий.
  6. , с. 203.
  7. Валентина Зотикова. . Российская газета-Неделя-Средняя Волга (№0(6628) от 19 марта 2015г.). Дата обращения 18 июня 2020.
  8. ↑ , с. 188.
  9. , с. 160.
  10. Всё о Мордовии: Энциклопедический справочник / сост. Н. С. Крутов, Е. М. Голубчик, С. С. Маркова. — Саранск: Мордов. кн. изд-во, 2005. — С. 325. — ISBN 5-7595-1662-0.
  11. . Столица С. Дата обращения 27 апреля 2020.
  12. . www.tatar-inform.ru. Дата обращения 27 апреля 2020.
  13. . Вечерняя Москва. Дата обращения 27 апреля 2020.
  14. . РИА Новости (20200208T1708+0300). Дата обращения 12 апреля 2020.

«Мы те, кто сегодня рассказывает о прошлом, потому что хотим видеть будущее»

В последнее время снимают довольно много исторических фильмов: о царской России, революции, героях войны и космоса. Однако авторы фильма не согласны с таким заявлением. Актер, режиссер и продюсер Игорь Угольников отметил, что «исторические фильмы снимались всегда, в любую эпоху. И будут сниматься! Я уверен, что история всегда интересна аудитории и такие фильмы будут востребованы».

— Любой военный фильм предполагает изучить психологию и психику человека в ситуации пиковой нагрузки. И это состояние дает возможность художникам анализировать пласты человеческого сознания, взаимоотношений в жестких, агрессивных ситуациях. И это всегда вызывает интерес режиссеров, писателей, драматургов в любое время и в любой стране. Есть поговорка: «Кто контролирует прошлое, контролирует будущее, а кто контролирует настоящее — контролирует прошлое». Мы те, кто сегодня рассказывает о прошлом, потому что хотим видеть будущее, — подчеркнул Бекмамбетов.

Выход фильма запланирован на начало февраля 2021 года. У картины будет две версии: русскоязычная и англоязычная. Они будут отличаться, так как нашего и европейского зрителя интересуют разные контексты

Для Лондона было важно, что ракеты долетали до их города и разрушали целые кварталы и Девятаев спас жителей европейских городов. Для нас важен сам герой и то, что он в целом изменил ход всей войны, всей истории

  • Наталия Бойко
  • Наталия Бойко
  • Наталия Бойко
  • Наталия Бойко
  • Наталия Бойко
  • Наталия Бойко
  • Наталия Бойко
  • Наталия Бойко
  • Наталия Бойко
  • Наталия Бойко
  • Наталия Бойко
  • Наталия Бойко
  • Наталия Бойко
  • Наталия Бойко
  • Наталия Бойко

Наталия Бойко, фото автора

ОбществоИсторияКультура

Плен и побег

Оказавшись в руках фашистов, Девятаев был отправлен в разведотдел абвера, а позднее в Лодзинский лагерь пленников. Все время там прошло в издевательствах, пытках и голоде, поэтому, объединившись с военнопленными летчиками, мужчины планируют побег, который не состоялся.

Концентрационный лагерь Заксенхаузен

После того как их поймали, всю группу объявили смертниками и отправили в лагерь Заксенхаузен. Все, кто оказывается там с этим статусом, идут на верную смерть, однако Михаилу удалось выжить. Подкупив парикмахера лагеря, Девятаев убеждает того подменить на робе номер, таким образом он поменял статус «смертника» и стал обычным «штрафником», которому уже не угрожала смерть.

Вместе с номером у мужчины изменилось и имя, под которым тот отправляется на остров Узедом. В этом месте создавали сверхмощное оружие, которое, по мнению фашистов, должно было помочь им победить в войне, речь идет о баллистических и крылатых ракетах. Люди, попадавшие на этот остров, обратно живыми не возвращались. Поэтому у пленных зреет мысль о новом побеге.

Аэрофотосъемка острова Узедом. Побег оттуда считался невозможным

Группа в составе 10 человек, в том числе Михаил Девятаев, заприметили самолеты на рядом располагавшемся аэродроме Пнемюнде. Советский летчик взял пилотирование на себя.

После угона за пленными был отправлен бомбардировщик, получивший задание сбить одинокий «Хейнкель». И хотя за штурвал сел опытный летчик, уничтожить беглецов не удалось. А подлетая к линии фронта, самолет Девятаева подвергся атаке советских зенитных орудий.

Подвиг Михаила Девятаева

Несмотря на трудности, мужчина посадил самолет на территории польской артиллерийской части. Михаил спас девятерых человек и доставил стратегически важную информацию о засекреченном немецком центре по изготовлению ракетного оружия. Мужчина даже предоставил точные координаты расположенных вдоль берега стартовых установок. Их проверили и подтвердили, а позже с воздуха атаковали остров Узедом.

Как и других пленных фашистской Германии, вернувшихся на территорию Советского Союза, Михаила Девятаева поместили в проверочно-фильтрационный лагерь НКВД, а после завершения проверки отправили на службу в РККА.

Михаил Девятаев со школьниками в День знаний

Уже позднее знаменитый конструктор ракетно-космической промышленности Советского Союза С. П. Королев разыскал Девятаева и вызвал на аэродром, с которого тот совершил угон самолета. На месте Михаил показал ему, где изготовляли узлы ракет и откуда они стартовали. За предоставленную помощь и совершенный подвиг в 1957 году Девятаева наградили званием Героя СССР.

По окончании военных действий Михаил вернулся в Казань и уже там начал развивать карьеру в речном судоходстве в Казанском порту. Уже имея диплом капитана судна, через несколько лет мужчина становится капитаном катера.

Примеры использования

«Знаменитый побег Михаила Девятаева из плена на захваченном Hе111H-22 завершился «искуплением вины» пилотом и 11 спасенными им товарищами в лагере, теперь уже своем, советском. Впрочем, летчику зачли доставленную к своим секретную машину — носитель крылатых ракет Fi103, освободив досрочно, в чем немалое участие принял один из основателей советской ракетной программы и Главный конструктор ОКБ-1 С.П. Королев».

«Люди из «Смерша», которые «проверяли» Девятаева, не поверили ему. Он стал узником сталинского лагеря».

«Он – единственный в мире летчик, который за один подвиг сначала был посажен в тюрьму, а затем удостоен высшей государственной награды. Вырвавшийся на свободу из плена 23-летний летчик осужден военным трибуналом как предатель, добровольно сдавшийся в плен, и отправлен в лагерь. Спустя 9 лет, Девятаев попал под амнистию, а в 1957 году удостоен звания Героя Советского Союза».

Некоторые горе-журналисты, в погоне за сенсацией, этот миф пытаются украсить «подробностями»:

«Ну а инициатор побега, летчик Девятаев, в толпе «изменников Родины» вновь попал в лагерь Заксенхаузен, по иронии судьбы — в тот самый барак. Только крематорий не работал».

Комментарии

Борис Николаевич Юрьев


выдающийся ученый-авиатор, действительный член Академии наук СССР, генерал-лейтенант инженерно-технической службы

Жан-Пьер Эньере

французский офицер военно-воздушных сил и бывший астронавт Национального центра космических исследований

Вальтер «Гулле» Эзау

немецкий лётчик-ас, Испанской гражданской, а также Второй мировой войн, в течение которых он совершил около 300 боевых вылетов, одержав 127 побед в воздухе, из них 9 в Испании, 44 на Восточном фронте, а также 14 над четырехмоторными бомбардировщиками при защите Рейха

Франк Кендэл Эверест Мл.

американский летчик, участник 2-ой мировой войны, летчик-испытатель ВВС США, возглавлял Aerospace Rescue and Recovery Service, Military Airlift Command, Scott Air Force Base, Иллинойс

Леопольд Штейнбатц «Бази»

немецкий лётчик-ас истребительной авиации люфтваффе, лейтенант

Сергей Максимович Шерстобитов

военный лётчик Липецкого авиагарнизона, майор

Юрий Георгиевич Шаргин

российский лётчик-космонавт, первый космонавт космических войск РФ

Борис Григорьевич Чухновский

советский авиатор, один из первых полярных лётчиков

8 февраля 1945 года. ВЗЛЁТ

Сейчас фрицы все поймут. Вот они уже бегут к самолету.

Напряженно работает мозг, за секунды перебирая возможные причины неудачи. Может, руль высоты зажат струбциной?

Еще несколько секунд — на то, чтобы Соколов вылез из машины и выяснил, что струбцины нет.

Немцы уже подбегают к самолету.

Все равно надо взлететь!

Девятаев ведет «хейнкель» через весь аэродром на старт.

Разворачивается — и снова идет на взлет.

И опять машина не хочет отрываться от земли!

Как Девятаев бежал из плена и рассекретил немецкое «оружие возмездия»

Но летчик за штурвалом не был бы Девятаевым, если бы впал в отчаяние. Для него всё уже ясно. По свидетельству одного из десятерых, Федора Адамова, он кричит сквозь рев моторов: «Если и в этот раз не поднимемся, направляю самолет в море, но живыми не сдадимся».7.

А мозг продолжает работать — стремительно прокручивать причины поведения самолета.

И через сколько-то секунд вспыхивает догадка: триммер!

Эта подвижная пластина на задней кромке руля высоты — уменьшающая усилие на штурвале — явно установлена в положение «посадка» (а не «взлет»).

Где штурвальчик триммера?

Искать некогда, надо сильнее жать на штурвал!

На штурвал наваливаются — отжимая его от себя — сразу трое изможденных лагерников.

И «Хейнкель» взлетает!

Немецкий бомбардировщик, угнанный Девятаевым, на месте вынужденной посадки. 8 февраля 1945 года.


С этим читают