Фарфор «кобальтовая сетка»

Костяной фарфор

Такой фарфор можно назвать королевским, его выпуском занимается Императорский завод. Он представляет собой тонкий материал, прекрасно звенит и имеет идеально белый цвет. Костяным его именуют из-за входящей в его состав обожжённой муки костей крупного рогатого скота.


Все работы по производству изделий проходят практически вручную, ручки для кружек и другие мелкие изделия собираются и склеиваются руками мастеров. Рисунок на изделия также наносится вручную, за исключением некоторых моментов, когда используют пульверизатор. Такие изделия, как тарелки, блюдца изготавливают путём прессования материала и затем его обжига.

Узор в наши дни

На сегодняшний день этот сине-золотой рисунок не теряет своей популярности. Но права на такой фарфор и изделия из него есть только у Ломоносовского фарфорового завода. Эту посуду используют для торжественных встреч и чаепитий, а, например, ваза для салфеток будет прекрасно смотреться на столе в качестве украшения.

Завод производит не только эксклюзивные сервизы, тарелки и посуду, но и занимается выпуском изделий для повседневного пользования. Продукция Ломоносовского завода выставляется на всех международных выставках за границей, известные предметы хранятся в музеях по всему миру. За право обладания изделиями этого завода ведут борьбу несколько известных аукционов.

Подробнее смотрите далее.

Современные вариации «на тему»

Всего в ассортименте свыше 100 различных предметов с культовым узором. Художники завода экспериментируют и с цветом орнамента. Например, альтернативой синей сетке стали розовая и золотая, получившие соответственно название «Блюз» и «Джаз».

В 2014 году вместе с польскими коллегами, ИФЗ начал выпуск стеклянной посуды, декорированной всё тем же узором. К расширению ассортимента подтолкнули маркетинговые исследования. Как показывает статистика, россияне в последнее время всё чаще предпочитают стекло фарфору. Причина кроется не в декоративных качествах, а в непомерно высоких ценах на «белое золото».

В 2016 году в фирменных магазинах предприятия появился столовый текстиль «кобальтовой» тематики, а также чай и косметика в легкоузнаваемой «сетчатой» упаковке. Как заявила генеральный директор ИФЗ – Татьяна Тылевич, залог успешного конкурирования на международном рынке она видит в диверсификации производства и создании не только эксклюзивной продукции, но и масс-маркета. Основная ставка в этом сегменте делается именно на «Кобальтовую сетку», которая, не смотря на высокую стоимость, всегда находится в дефиците.

Рождение легенды


«Кобальтовая сетка» представляет собой диагонально пересекающиеся линии, в местах соединения которых прорисованы каплевидные «жучки» с отводкой золотом. Декор выглядит утончённо и празднично, придавая фарфоровой посуде черты дворцового стиля. Однако родился аристократичный орнамент совсем не в «галантном веке», а в один из самых тяжёлых периодов «города на Неве», когда его жители задыхались кольце немецкой блокады.

…Шёл 1943 год. Художница Ленинградского фарфорового завода Анна Яцкевич с горечью смотрела на окно, крест-накрест перечёркнутое полосками бумаги. Разве в такое время до творческих порывов? Когда в 1941 году часть предприятия эвакуировали за Урал, Анна Адамовна – коренная ленинградка, решила остаться. Сколько боли пережила она за это время. В 1942 году от голода и болезни умерли её мать и сестра. Сама художница походила на тень, как и десятки ленинградцев, героически противостоявших оккупантам. Внезапная вспышка озарила окно, и Анна Адамовна разглядела в скрещенных полосках потрясающей красоты узор, проступивший сквозь печальный лик войны. Как писала позднее художница в своих воспоминаниях, именно тогда у неё возникла идея создания той самой «Кобальтовой сетки»…

Согласно другой версии, прототипом узора послужили освещающие небо лучи прожекторов, которые блуждали, пересекаясь друг с другом. А, возможно, художница вдохновилась суровым очарованием Невы, одетой в ледяной панцирь, который приходилось разбивать, чтобы достать воды. Ослепительно белая река, бегущие от удара ломом синие трещинки и слепящее золотое солнце – этот образ тоже просматривается в удивительном творении Яцкевич.

Искусствоведы, кроме того, выдвигали предположение, что «сетка» скопирована с дворцового сервиза «Собственный», изготовленного основоположником русского фарфора – Виноградовым для императрицы Елизаветы Петровны. Хотя в своих мемуарах Яцкевич не упоминала этот редкий коллекционный экземпляр. Но, скорее всего, как часто бывает у художников, Анна Адамовна сублимировала множество жизненных впечатлений, выразив их в чётких и чистых линиях кобальтового рисунка.

Техника нанесения узора

Первые образцы «Кобальтовой сетки» были созданы Яцкевич в ноябре 1944 года на базе сервиза «Тюльпан». Эту форму придумала в 1936 году другая художница ЛФЗ – Серафима Яковлева. Роспись сначала опробовали на пяти предметах: чайнике, сахарнице, сливочнике и чашке с блюдцем. Предметы сервиза, волнистой поверхностью напоминающие цветок, в тонкой сетке узора смотрелись нарядно и органично.

Художница решила провести эксперимент с подглазурным кобальтовым карандашом. Предполагалось, что он даст более ровные линии, чем кисть, которой сложно управлять при нанесении графического рисунка. Однако техническое новшество оказалось неудачным – карандашный пигмент ложился неравномерно, делая узор то ярким и выразительным, то едва заметным. Тогда Анна Адамовна решила вернуться к проверенной кисточке.

Именно этим инструментом пользуются современные художники завода, вручную нанося на чашки и чайники полюбившийся всем миру «сетчатый» рисунок. Работа кропотливая, требующая немалого опыта и мастерства. В день сотрудник завода может расписать до 80 изделий. Когда в 1950 году сервиз Яцкевич начали выпускать массовым тиражом, отливки делали сразу с направляющими желобками, чтобы живописцам было проще вести прямые линии. Кобальтовый пигмент наносят на обожжённый один раз «бисквит», затем покрывают глазурью, вновь отправляют в печь и только после этого украшают золотой отводкой.


Однако сегодня ручного труда в фирменных сервизах Императорского завода становится всё меньше. Основной рисунок заменяет деколь, золото (уже не порошковое, как раньше, а более дешёвый глянц) наносят специальным желатиновым штампом. Тем не менее, сэкономить на покупке фарфора «Кобальтовая сетка», независимо от способа его изготовления, не получится. Это, своего рода «бренд в бренде», что тоже имеет свою цену. К тому же посуда от ИФЗ славится своим качеством – это единственное предприятие в России, где изготавливают костяной фарфор, самый тонкий и прочный. Отличить изделия из него несложно: они хорошо просвечиваются, так, что виден рисунок на внешней стороне, при ударе издают чистый, продолжительный звук и обладают тёплым молочным оттенком.

Немного истории

Впервые этот узор возник в 1945 году, после этого его стали использовать как классический вариант рисунка на изделиях Ломоносовского фарфорового завода. Именно на этом заводе работал мастер, придумавший данный узор, но в самом начале его выполняли совершенно в другом цвете — золотом. «Кобальтовую сетку», привычную нам, придумала знаменитая художница тех времён Анна Яцкевич. Она пришла на завод после стажировки и стала работать при только что открывшейся художественной лаборатории.

Фарфоровая посуда на Ломоносовском фарфоровом заводе стала выпускаться сразу после окончания войны. И только в 1946 году художница создала и выставила на обозрение сеточку уже не золотую, а именно кобальтовую. Это каким нужно обладать терпением, чтобы вручную начать расписывать с помощью кисточки фарфоровые изделия! На первый взгляд, может показаться, что это обычный геометрический рисунок, ничем не примечательный, но в то же время красивый и строгий.

Ещё через несколько лет этот рисунок прославился на весь мир: проходила выставка в Брюсселе, именно там ЛФЗ (Ломоносовский фарфоровый завод) выставил свои красивые экземпляры, и среди них — сервизы с узором «сеточка». Конечно, завод не стремился к славе и признанию, а просто хотел показать, какую продукцию производит и в каком количестве. Но за сервиз Анны Яцкевич завод получил свою награду, хотя выставленный сервиз не готовился как экспонат, ведь он был уже изготовлен задолго до этого.

К сожалению, художница не дожила до того времени и не узнала, что её авторский узор стал популярным на весь мир. Хотя после неё осталась масса красивых узоров на фарфоровых изделиях, но именно этот принёс ей наибольшую славу. Также все изделия того времени имели ещё одну особенность — индивидуальную подпись художницы, в наше время просто ставят печать с её инициалами.

Гжельская альтернатива

Далеко не все ценители русского фарфора знают, что узор «Кобальтовая сетка» есть и в арсенале другого гиганта керамической индустрии – московской Гжели. Мотив получил широкое распространение, хотя используется не «соло», а в сочетании с другими декоративными элементами: цветами и птицами. От санкт-петербургского аналога он отличается нарочито небрежной прорисовкой, копирующей народный стиль, менее вытянутыми ячейками и акцентами в виде цветочков вместо «жучков».

Узор «сеточка», как и многие другие декоративные элементы Гжели, позаимствован у древних славян. Он символизировал дом, плодородие и женское начало. Ромбовидные орнаменты имели также отношение к солярному культу. Их часто наносили на ворот и предплечья женской одежды в качестве оберегов. Конечно, узоры Гжели, возникшие в XVIII – XIX веке стилизованы и больше похожи на лубок, однако народные истоки этим промыслом не утеряны. Остаётся лишь выбрать, какая «Кобальтовая сетка» больше по душе. Или украсить свой дом обеими разновидностями.

Возникновение узора

Существует несколько версий. В первом случае Яцкевич в качестве основы взяла сервиз «Собственный», который был изготовлен по специальному заказу для императрицы Елизаветы.


По второй версии Анна всю жизнь прожила в блокадном Ленинграде, она отучилась в художественном училище и пошла работать на завод. Довольно часто видела, как прожектора в ночное время сходятся вместе, а, может быть, ещё стёкла, заклеенные белой бумагой, натолкнули её на мысль о создании такого рисунка. И именно так появился первый оригинальный узор на фарфоровой посуде.

Но уже в современном мире эксперты провели сравнения этих двух рисунков, и выяснили, что сходства здесь практически нет, так как «кобальтовая сетка» была сделана подглазурным кобальтом, а узор был интересным и неповторимым.

Именно её рисунок является символом всего русского фарфора.

Есть тут ещё одна особенность — это карандаш для росписи, он, может быть, и был обыкновенным, но вот вместо стержня в нём использовалась фарфоровая краска. Производителем этого карандаша была фабрика «Сакко и Ванцетти».

Никому из художников завода этот карандаш не пришёлся по нраву, а Яцкевич выбрала его и раскрасила свой первый сервиз. Этот карандаш был неровным, и рисунок ложился волной, но впоследствии стали использовать краски. А сегодня на посуде выбивают специальные ложбинки и уже по ним наносят краску. И до сих пор именно первый расписанный сервиз сохранился и находится в качестве экспоната в Русском Музее.

После этого на ЛФЗ и ИФЗ (Императорский фарфоровый завод) «кобальтовой сеткой» стали украшать все приборы и посуду: кофейные сервизы, чашки, вазы и многое другое.

Интересные факты о создательнице знаменитого узора

Жизнь Анны Яцкевич похожа на подвиг – не имея собственной семьи, она всю себя отдала родному заводу. И как это часто бывает, получила признание лишь после смерти, хотя всегда считалась талантливой художницей, со своим неповторимым почерком. Что ещё интересно узнать об авторе «Кобальтовой сетки»?

  1. Анна Яцкевич бессменно проработала на Ломоносовском (сейчас Императорском) фарфоровом заводе 20 лет, вплоть до своей смерти в 1952 году.
  2. В активе художницы есть ещё одна значимая разработка: клеймо предприятия советских времён – каллиграфический логотип ЛФЗ.
  3. Во время блокады Яцкевич спасла бесценную заводскую библиотеку, случайно забытую при эвакуации фондов. Как-то по дороге на работу она заметила, что солдаты расположенной рядом воинской части рассматривают иллюстрации, явно вырванные из книги. Подойдя ближе, художница с изумлением узнала старинное издание из фондов завода. Оказалось, вагон с книгами не попал в основной эшелон и остался стоять на запасном пути, а его бесценный груз постепенно растаскивали «на картинки» или растопку. На саночках Анна Адамовна ежедневно перевозила книги обратно, пряча в заводском цеху до лучших времён.
  4. До 1943 года ЛФЗ практически не работал. Но Яцкевич не сидела без дела. Оставшимися в запасниках фарфоровыми красками она наносила маскировку на пришвартованные у ближнего причала боевые корабли, в частности на миноносец «Свирепый», который закрывал собой территорию завода. Камуфляж был настолько качественным, что немцы ни разу не выстрелили по этой морской цели или корпусам ЛФЗ.
  5. «Кобальтовая сетка» была придумана не спонтанно – Яцкевич, таким образом, готовилась к 200-летию завода, которое собирались праздновать летом 1944 года. Инициатором юбилейной выставки стал выдающий реформатор советской фарфоровой промышленности, художник Николай Суетин.
  6. Знаковый сервиз в том виде, каким его выпускают сейчас, доработала ученица Яцкевич – Ольга Долгушина. Изготовленный ею образец, сейчас представлен в музейной коллекции Эрмитажа.
  7. Анна Адамовна очень любила отдыхать на Кавказе, утверждая, что только там укрепляет здоровье, наполняясь новыми силами для работы. По иронии судьбы, во время очередной поездки художница простудилась и, проболев несколько месяцев, умерла.
  8. В 1958 году, 6 лет спустя после смерти своей создательницы, «блокадный сервиз» удостоился «Золотой медали» на Всемирной выставке в Брюсселе. Комментируя своё решение, жюри особо отметило «гармоничное соединение формы и росписи», а также «необычное образное решение», предложенное Яцкевич. Любопытный момент: ЛФЗ готовил к выставке совершенно другие эксклюзивные изделия, а будущий «победитель» просто дополнял ассортимент.

С этим читают