Общие черты и различия красного и белого террора

Всякий террор ужасен

В советскую эпоху много говорилось о зверствах белогвардейцев и оправданности в связи с этим «красного террора». В годы перестройки и последующей буржуазной реставрации приоритеты кардинально сменились и теперь преступления большевиков осуждаются в большей степени, чем вынужденная реакция «белых» страдальцев за Россию. Все зависит от того кто и в какой аудитории апеллирует к общеизвестным фактам.


Так или иначе, террор унес жизни десятков тысяч людей с обеих сторон конфликта, потому что террор – это путь насилия и запугивания, расправа над политическими соперниками. Насилие было универсальным способом борьбы против угнетателей, так и действенным методом противников революции в России.

Своевременный «мятеж белочехов»

7 июля большевики беспощадно расправляются со своими последними союзниками, левыми эсерами, 17 июля убивают членов царской семьи, а интеллигентов и зажиточных крестьян начинают уничтожать тысячами.

К этому времени в Сибири, на Урале и в Поволжье начинается мятеж корпуса, созданного из пленных чехов и словаков. Большевики сначала обещают переправить солдат в Европу, но затем принимают решение их разоружить и по частям расстрелять.

Бронепоезд чехословацкого корпуса на станции Орлик под Уфой. Июль 1918 года

Прошедшие Первую мировую войну чехи, заявляющие о полном нейтралитете к политической ситуации в России, разоружаться отказываются и вступают в бой с отрядами красноармейцев, посланных для их усмирения.

Позднее мятеж белочехов советское правительство назовет причиной «красного террора», а последующие массовые убийства офицеров, интеллигенции, юнкеров и студентов свяжет с необходимостью защиты страны от контрреволюции.

9 августа председатель ВЧК Яков Петерс сообщает Ленину, что в Нижнем Новгороде готовится антиправительственный мятеж. Реакция «доброго дедушки Ильича» однозначна: «расстрелять и вывезти сотни проституток, спаивающих солдат, бывших офицеров и т.п.».

Антибольшевистский плакат 1918 года «Так большевистские карательные отряды из латышей и китайцев насильственно отбирают хлеб, разоряют деревни и расстреливают крестьян»

Для решения продовольственной проблемы он предлагает публично вешать «кулаков, богатеев, кровопийцев» с обязательным опубликованием имен и изъятием хлеба из их закромов. Также следовало назначать заложников из числа мирного населения, которых следовало расстреливать в случае малейших волнений.

Красно-белый мартиролог

В первый же день красного террора было расстреляно 900 заложников и отдельно, в Кронштадте — еще 5129.

«Губернские и уездные ЧК спешили наперебой (кто раньше!) сообщить о числе расстрелянных заложников в ответ на убийство Урицкого и покушение на Ленина. 31 августа 1918 г. (оперативность потрясающая: выстрелы в Ленина прозвучали вечером накануне) Нижегородская ЧК докладывала о расстреле 41 человека «из лагеря буржуазии»; костромская — 13 офицеров, священников и учителей; уездная моршанская — 4 (бывших полицейских и земских начальников). Во многих журналах и газетах вводилась рубрика возмездия — «красный террор», где публиковались списки расстрелянных. Журнал «Красный террор» сообщал о расстрелах до 16 октября фронтовой ЧК — 66 человек, уездными ЧК Казанской губернии — 40 и 109 крестьян во время их выступления в Курмышском уезде Симбирской губернии (сентябрь 1918 года)»10.

Однако террор был не только красный, но и белый. Вчитаемся в мартиролог казненных в годы Гражданской войны. Возьмем наугад лишь несколько крайних фамилий из обширного списка от А до Я.

Багдасар Айрапетович Авакян, прапорщик военного времени и советский комендант Баку, расстрелян 20 сентября 1918 года в числе 26 бакинских комиссаров.

Мария Оскаровна Авейде, дочь ссыльного поляка и активная участница борьбы за установление cоветской власти в Поволжье и на Урале, расстреляна 8 апреля 1919 года вблизи Верх-Исетского металлургического завода, в двух верстах от Екатеринбурга.

Константин Маркович Аггеев, протоиерей Русской православной церкви и магистр богословия, расстрелян как «контрреволюционер» в 1920-м или 1921 году, после занятия Крыма Красной армией.

Александр Васильевич Адрианов, сибирский просветитель, этнограф, путешественник, археолог, ботаник и редактор газеты «Сибирская жизнь». Был обвинен в систематической борьбе с советской властью путем агитации в газете, арестован большевиками в декабре 1919-го и в возрасте 66 лет 7 марта 1920 года расстрелян по приговору Томской ЧК.

Владимир Мартинович Азин, начдив Красной армии и один из первых кавалеров ордена Красного Знамени, взят в плен в бою, подвергнут мучительным пыткам и 18 февраля 1920 года казнен (по одной версии, был привязан к двум коням и разорван, по другой — был привязан к двум согнутым деревьям и затем разорван, по третьей — повешен, по четвёртой — расстрелян).

Николай Матвеевич Яковлев, старший офицер, а затем врио командира императорской яхты «Полярная звезда». Участник обороны Порт-Артура, командир броненосца «Петропавловск». Был спасен из воды после гибели корабля, на котором погибли вице-адмирал Макаров и художник Верещагин. Начальник Главного морского штаба, член Адмиралтейств-совета. Адмирал. В числе заложников расстрелян Орловской ЧК в конце сентября 1919-го.

Может показаться, что есть принципиальная разница между мучительной казнью начдива Азина, взятого в плен в бою, и расстрелом адмирала Яковлева, взятого чекистами в качестве заложника. Но так может показаться лишь человеку нашей эпохи. Тем, кому довелось жить в годы Русской Смуты, так не казалось. Столь велико было взаимное ожесточение!

«Именем революции»: кто стал первым «врагом народа»

Свергнувшие Временное правительство большевики оказались совершенно не готовы к руководству не только страной, но даже ее столицей. Запасы продовольствия, разграбленного мятежными матросами и другой «голытьбой», в Петрограде таяли с каждым днем, а власть не знала, как их пополнить.

Штурм Зимнего дворца. Кадр из фильма «Октябрь», 1927 год

Нужно было срочно найти виновных и примерно их наказать. Первыми жертвами решили назначить нескольких чиновников, которых уже 26 ноября 1917 года назвали «врагами народа», саботирующими решения правительства.


Смертная казнь в России была отменена сразу же после Февральской революции, но коммунистов это не останавливало. Тем более что людей можно было расстреливать без суда и следствия в городских подворотнях, морить голодом в трудовых лагерях и даже топить вместе со старыми баржами.

Не стоит забывать, что маскирующиеся под революционных матросов бандиты совершали налеты на квартиры обеспеченных людей, беспощадно расстреливая ограбленных. Со словами: «Именем революции» к стенке могли поставить любого, кто был одет в красивое пальто или шубу, а наличие очков выдавало в человеке «буржуя», которого следовало немедленно уничтожить.

Устрашение, аресты, уничтожение

«На покушения, направленные против его вождей, рабочий класс ответит еще большим сплочением своих сил, ответит беспощадным массовым террором против всех врагов Революции»1 — говорилось в этом документе. Но еще не уточнялось, кто будет считаться таким врагом.

2 сентября 1918 года по предложению Свердлова, в чьих руках после ранения Ленина сосредоточилась вся полнота единоличной власти в стране, ВЦИК принимает принципиальную резолюцию, незамедлительно опубликованную большевистской прессой:

«На белый террор врагов рабоче-крестьянской власти рабочие и крестьяне ответят массовым красным террором против буржуазии и ее агентов»2. Круг врагов очерчен определеннее, хотя еще не оглашены меры устрашения.

Но уже 5 сентября после доклада председателя ВЧК Феликса Эдмундовича Дзержинского принято и повсеместно распространено постановление Совнаркома «О красном терроре». Правящая партия большевиков открыто провозглашает, «что при данной ситуации обеспечение тыла путем террора является прямой необходимостью; …что необходимо обеспечить Советскую Республику от классовых врагов путем изолирования их в концентрационных лагерях; что подлежат расстрелу все лица, прикосновенные к белогвардейским организациям, заговорам и мятежам; что необходимо опубликовать имена всех расстрелянных, а также основания применения к ним этой меры»3.

И вопросов уже не остается даже для несведущих в юриспруденции.

В мае 1920 года председатель ВЧК закрепляет уже очевидное, четко сформулировав основные принципы красного террора — «устрашение, аресты и уничтожение врагов революции по принципу их классовой принадлежности или роли их в прошлые дореволюционные периоды»4.

Постановление «О красном терроре»

«ВЦИК дает торжественное предостережение всем холопам российской и союзнической буржуазии, предупреждая их, что за каждое покушение на деятелей Советской власти и носителей идей социалистической революции будут отвечать все контрреволюционеры…Рабочие и крестьяне ответят массовым красным террором против буржуазии и ее агентов». Это означало введение заложничества, когда за действия одних людей должны отвечать совершенно другие. Резолюция ВЦИК открывала путь к принятию постановления ВЦИК о красном терроре 5 сентября.

Постановление создавало основы репрессивной политики коммунистического режима: создание концлагерей для изолирования «классовых врагов», уничтожение всех оппозиционеров, «причастных к заговорам и мятежам». ЧК наделялась полномочиями брать заложников, выносить приговоры и приводить их в исполнение.

Сразу же было объявлено о расстреле 29 контрреволюционеров, которые были заведомо непричастны к покушениям на Ленина и Урицкого — в том числе бывшего министра внутренних дел Российской империи А. Хвостова, бывшего министра юстиции И. Щегловитова и др. В первые дни сентябрьского Красного террора в Петрограде погибло более 500 человек. По всей Советской России были казнены тысячи людей, часть из которых была виновата лишь в принадлежности к «контрреволюционным» классам и общественным течениям — предприниматели, помещики, священники, офицеры, члены партии кадетов, взятые в заложники крестьяне.

Постановление СНК РСФСР от 05.09.1918 «О красном терроре»

СОВЕТ НАРОДНЫХ КОМИССАРОВ РСФСР

ПОСТАНОВЛЕНИЕ от 5 сентября 1918 года О КРАСНОМ ТЕРРОРЕ

Совет Народных Комиссаров, заслушав доклад Председателя Всероссийской Чрезвычайной Комиссии по борьбе с контрреволюцией, спекуляцией и преступлением по должности о деятельности этой Комиссии, находит, что при данной ситуации обеспечение тыла путем террора является прямой необходимостью; что для усиления деятельности Всероссийской Чрезвычайной Комиссии по борьбе с контрреволюцией, спекуляцией и преступлением по должности и внесения в нее большей планомерности необходимо направить туда возможно большее число ответственных партийных товарищей; что необходимо обеспечить Советскую Республику от классовых врагов путем изолирования их в концентрационных лагерях, что подлежат расстрелу все лица, прикосновенные к белогвардейским организациям, заговорам и мятежам; что необходимо опубликовывать имена всех расстрелянных, а также основания применения к ним этой меры.

Народный Комиссар Юстиции Д.КУРСКИЙ

Народный Комиссар по Внутренним Делам Г.ПЕТРОВСКИЙ

Управляющий Делами Совета Народных Комиссаров В.БОНЧ — БРУЕВИЧ

Секретарь Сов.Нар.Ком. Л. ФОТИЕВА


Распубликовано в № 195 Известий Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета Советов от 10 сентября 1918 года.

РГАСПИ, Ф. 19, Оп. 1, Д. 192, Л. 10 (Подлинник. Машинопись. Подписи — автографы: Д.И. Курского, Г.И. Петровского, В.Д. Бонч-Бруевича, Л.А. Фотиевой. 33,0 х 21,5)

9 января 2016 31 437

Патриот России? Расстрелять!

Для того чтобы придать своим действиям видимость законности, большевикам требовалось официально отменить запрет смертной казни. Для этого требовался громкий судебный процесс над известным человеком.

Такой жертвой стал капитан первого ранга Алексей Щастный, который организовал беспрецедентный «Ледовый поход» кораблей Балтийского флота из финского порта Гельсингфорс (современный Хельсинки) в Кронштадт. Лишь усилиями этого боевого командира все российские корабли удалось спасти от захвата немецкими войсками, вошедшими в город уже на следующий день.

Капитан 1-го ранга Алексей Михайлович Щастный, начальник Морских сил (наморси) Балтийского флота, на палубе посыльного судна «Кречет» во время Ледового похода

Капитан Щастный представил командованию документы, свидетельствовавшие о том, что советские власти обещали сдать Балтийский флот кайзеровской Германии, чем подписал себе смертный приговор.

20 и 21 июня 1918 года прошла пародия на суд, во время которой спасителя Балтийского флота обвинили в антисоветской агитации и приговорили к расстрелу. Его апелляцию Президиум Совнаркома отклонил уже в 2 часа ночи 22 июня, а в 4:40 боевого офицера расстреляли.

Путь до Женевской конвенции

Со времен древнего Египта, Римской империи и древнего Китая война и заложничество шли рука об руку, были неразрывны друг с другом и не вызывали морального или юридического осуждения. Лишь 12 августа 1949 года была принята и 21 октября 1950 года вступила в силу Женевская конвенция о защите гражданского населения в военное время, также известная как четвертая женевская конвенция, запретившая репрессалии5, направленные против гражданских лиц, а также взятие любых заложников. Непреложность последнего запрета была четко сформулирована три раза — в статьях 3, 34 и 147. Статья 33 гласила: «Коллективные наказания, так же как и всякие меры запугивания или террора, запрещены». Статья 34, последовательно развивая эту мысль, уточняла: «Взятие заложников запрещается».

СССР ратифицировал Конвенцию в 1954 году.

Чтобы современный читатель оценил высочайшую степень новизны этой нормы международного права, следует указать: еще в годы Второй мировой войны взятие заложников расценивалось как правомерная принудительная мера. Параграф 358 американских «Правил ведения сухопутной войны» определил это с предельной простотой: «…заложники, которых берут и держат с целью предупредить какие-либо незаконные действия со стороны вооруженных сил противника или его населения, могут наказываться и уничтожаться, если противник не прекратит эти действия»6.

Исходя из этой юридической нормы, американский трибунал в Нюрнберге, судивший немецких генералов группы войск «Юго-Восток», в приговоре от 19 февраля 1948 года указал:

«…заложники, которые берутся для обеспечения безопасности своих войск, и так называемые «репрессивные пленные», то есть заложники, берущиеся только после совершения акта, вызывающего репрессалии, по закону могут быть казнены. При этом американский трибунал … выразил такое убеждение, что количество казненных заложников должно соответствовать акту, совершенному противной стороной, результатом которого и явились данные репрессалии»7. Юристы сформулировали так называемый принцип пропорциональности с непринципиальной оговоркой: «Однако этот принцип не дает определенного численного соотношения между репрессалиями и актами сопротивления»8.

Иными словами, до 1949 года осуждались не сам институт заложничества и не факт расстрела ни в чем не повинных людей, а несоответствие между поводом для применения этой принудительной меры и количеством казненных.

Сегодня в это трудно поверить, но в 1918 году развязанный большевиками красный террор был неподсуден!

К чему привело?

Итоги этой политики очевидны. Сам Ленин, что, впрочем, для него характерно, отстаивал на удивление двоякую позицию. На высказывание члена комиссии ВЧК М. Лациса: «мы истребляем ненужные классы, без разницы, есть ли на них конкретная вина в чем-либо», Ленин заметил, что бывшая буржуазия пригодилась бы в управлении новой страной на манер «военспецов» в армии.

Тем не менее меры по убийству шпионов, диверсантов и «прочих контрреволюционеров» обернулись для страны не только демографической, но и интеллектуальной, культурной и моральной катастрофой. Это отметил и президент Российской Федерации В.В. Путин:

Антибольшевистский плакат. 1918

Именно поэтому документ, подписанный без задней мысли членами СНК в 1918 году, проводит ту черту, которую нам сложно преодолеть и сейчас. Никогда ещё в истории нашей страны не уничтожались целые сословия, классы и категории граждан согласно их образованию, положению в обществе и просто происхождению. Историки ещё долго будут ломать копья вокруг того, насколько этот закон был целесообразен и необходим (на наш взгляд, уже сама постановка вопроса об оправдании террористических мер не заслуживает ничего, кроме порицания). Многие из наших читателей могут иметь и своё, отличное от общепринятого, мнение.


Но одно остается важным: если мы говорим о силе нашей страны, о её величии и благополучии, то это невозможно без людей, наших граждан. И только если мы научимся ценить человеческую жизнь и не разбрасываться самым ценным, что у нас есть, – нашими людьми, мы достигнем не только этих целей, но и национального примирения в полыхающей и в наши дни во многих сердцах гражданской войне.

Целевые ориентиры Красного и Белого террора

Говоря о терроре важно знать цели, ради которых террор осуществляется. Цель, конечно, не оправдывает средства, однако, в определенном контексте делает его «благороднее», если такой термин применим к террору

Террор в Гражданскую войну оказался востребованным всеми.

«Красный террор», по существу был направлен не в отношении некоторых лиц, а против эксплуататорского класса в целом. Поэтому надобность в строгой доказательной базе вины истребляемой буржуазии отпадала. Главным, для определения судьбы обреченного было социальное происхождение, образование и профессия. В этом смысл «красного террора».

«Белый террор» осуществлялся адептами свергнутых господствующих классов. Противники революции действовали как методом индивидуального террора против активных смутьянов, так и представителей одержавшей верх революционной власти, так и массовые репрессии против сторонников Советской власти в регионах, где контрреволюционеры установили свой контроль.

В какой-то период контроль над массовыми проявлениями террора обеими сторонами утратился, размах репрессий перешел все разумные границы. Со стороны «красных» (VI съезд Советов – о революционной законности) и со стороны «белых» были попытки ограничить разгул стихии, но остановить террор уже было невозможно.

Жертвы террора

Количество жертв не поддается точной оценке — слишком мало документов, и сама практика террора не способствовала точному подсчету погибших. Все цифры предположительны. Историк С. В. Волков считает, в ходе Гражданской войны от политики красного террора пострадало около 1,7 — 1,8 млн человек. Белый террор унес, по оценке И. С. Ратьковского, около 500 тыс. жизней. Меньшее количество жертв объясняется скорее тем, что под властью белых оказалось меньше людей и на меньший срок, но вовсе не тем, что они были гуманнее. То же можно сказать и об интервентах — их террор привел к 111 тыс. убитых граждан России.

Жертвы херсонских чекистов. (swolkov.org)

Жертвы харьковских чекистов. (swolkov.org)

Проблема подсчета жертв заключается и в неоднозначном определении террора. Кто-то относит к террору жертв подавления восстаний, а кто-то считает это военными действиями; кто-то включает в террор только бессудные расправы, а кто-то и те, что происходили при соблюдении формальных правовых процедур военно-полевых судов или военно-революционных комитетов; не всегда понятно также, относить ли к какому-либо террору действия уголовного характера, совершенные военнослужащими. Единого подхода нет, но, как правило, к террору причисляются убитые заложники и военнопленные, казненные участники заговоров и подпольных групп, дезертиры, повстанцы, расстрелянные уже после подавления восстаний; это погибшие от пыток и голода, намеренно лишенные медицинской помощи; это жертвы еврейских погромов (и белых, и красных). Вести же точный подсчет жертв бесполезно, массовый характер террора всех цветов очевиден. В конечном итоге, если признавать преступный характер террора вообще (красного, белого или зеленого), клеймить стоит не белых или красных в отдельности, а всех политиков, ответственных за развязывание Гражданской войны.

«Тюремщики пригрозили убить меня»

Чтобы понять, до какого предела дошла «разруха в умах» интеллигенции, обратимся к воспоминаниям фрейлины императрицы Анны Танеевой-Вырубовой. Она не занимала никаких постов, но была ближайшей подругой императрицы Александры Федоровны. Однако русским образованным обществом Вырубова воспринималась как ярчайшее олицетворение «темных сил». В первые же дни Февральской революции, то есть революции буржуазной, осуществленной прогрессивной интеллигенцией, — подчеркнем это! — несчастную женщину арестовали и заключили в Петропавловскую крепость, где систематически подвергали нравственным и физическим истязаниям и трижды пытались изнасиловать.

Перелистаем страницы воспоминаний Анны Вырубовой:

«Я была очень слаба после только что перенесенной кори и плеврита. От сырости в камере я схватила глубокий бронхит, который бросился на легкие; температура поднималась до 40 гр. Я кашляла день и ночь; приходил фельдшер и ставил банки…

Кашель становился все хуже, и от банок у меня вся грудь и спина были в синяках.

Теперь надо поговорить о моем главном мучителе, докторе Трубецкого бастиона — Серебрянникове. Появился он уже в первый день заключения и потом обходил камеры почти каждый день. Толстый, со злым лицом и огромным красным бантом на груди. Он сдирал с меня при солдатах рубашку, нагло и грубо насмехаясь, говоря: «Вот эта женщина хуже всех: она от разврата отупела». Когда я на что-нибудь жаловалась, он бил меня по щекам, называя притворщицей и задавая циничные вопросы об «оргиях» с Николаем и Алисой, повторяя, что если я умру, меня сумеют похоронить. Даже солдаты, видимо, иногда осуждали его поведение…»

Это происходило за несколько месяцев до прихода к власти большевиков, при «прогрессивном» и «гуманном» Временном правительстве. Вдумайтесь в то, как вел себя доктор Серебрянников, представитель гуманнейшей в мире профессии и якобы русский интеллигент. Что же тогда говорить о времени Русской Смуты, когда взаимное ожесточение достигло своего пика?!

И красный, и белый террор были неизбежны.

ДОКУМЕНТ

↑ Красный террор: история, причины, итоги

Почему именно «красный»? Разумеется, многое в этой символике цвета пошло от марксизма, время возникновения которого – 40-е гг. XIX века. «Достойными» наследниками марксистов стали русские большевики во главе с В.Ульяновым-Лениным. Вернувшись из эмиграции, они осуществили Октябрьский переворот, позднее канонизированный в учебниках истории под помпезным названием Великой Октябрьской социалистической революции.

Сегодня, из ХХI века, мы понимаем и знаем: ничего истинно великого в том событии не было, «Аврора» по Зимнему дворцу не стреляла, сам он был занят практически без боя и без жертв. Просто в сложившейся ситуации большевики оказались небольшой, но крепко организованной партией полувоенного типа, которая не преминула воспользоваться удобным для себя случаем и захватить власть в России. Конечно, одного лишь захвата власти было мало.

Большевики лихорадочно искали союзников, спешили заручиться даже моральной поддержкой своих действий. Нельзя сказать, что в этом они сильно преуспели. Темный народ, который сначала польстился на броские лозунги, очень скоро прозрел и уже к наступлению «военного коммунизма» против большевиков началось яростное и ожесточенное сопротивление. Еще раньше грянула братоубийственная гражданская война.

Параллельно с ней оживились левые эсеры, которые использовали в политической борьбе откровенно террористические методы. Эта практика успешно работала и в новых исторических условиях. Так, в 1918 году были убиты такие большевистские лидеры как Урицкий и Володарский, а также совершено покушение на самого Ленина. Именно после этих актов террора большевистская верхушка и приняла решение о проведении красного террора против врагов революции.

Формально он продолжался всего несколько месяцев того же 1918 года. Фактически – весь период гражданской войны, вплоть до ее окончания в 1922 году. Безусловно, к проявлениям красного террора можно отнести подавление антоновского мятежа на Тамбовщине в 1921-1922-м годах, а также беспрецедентную кровавую вакханалию в Крыму, где с остатками армии генерала Врангеля расправились Михаил Фрунзе, Бела Кун и Розалия Землячка.

Некоторые историки склонны рассматривать красный террор чрезвычайно широко и раздвигают его хронологические рамки вплоть до сталинских репрессий второй половины 30-х гг., что, конечно, не вполне оправданно. Трагизм той ситуации заключался уже в ином: свои убивали своих, палачи менялись местами с жертвами. Революция, по сути, пожирала своих детей. Так было и во Франции конца XVIII века.

Ошибочно полагать, будто жертвами красного террора пали исключительно классовые враги большевиков – дворяне, буржуазия, белогвардейцы и др. Принцип «лес рубят – щепки летят», который был сформулирован гораздо позднее, вполне характеризует ситуацию в Советской России времени революции и гражданской войны. «Чрезвычайки», расстрелы на месте без суда и следствия, произвол властей – всё это стало будничным. Люди преступили через порог боли и ужаса. Основной генофонд страны был выкошен под корень именно тогда.


С этим читают