Тайна первой смерти в ночь аварии на чернобыльской аэс. как и почему погиб ходемчук

Валерий Ходемчук. Первая жертва Чернобыля

Хроника событий


В 1 час 23 минуты 40 секунд на балкон в Центральном зале вышел начальник смены реакторного цеха-2 Валерий Иванович Перевозченко. Осмотрев бассейн выдержки отработавшего топлива, битком забитый кассетами, НС РЦ — 2, собирался идти к операторам ЦЗ — 4 Кургузу и Генриху, чтобы дать задание на всю смену. Но вдруг начались частые гидроудары. Перевозченко вздрогнул. Пятачок реактора (верхняя плита биологической защиты — И. М.) стал разваливаться. Плиты «сборка одиннадцать” заходили в дикой пляске. Валерий Иванович бросился вниз на десятую отметку, откуда начинался коридор в деаэраторную этажерку. Из этажерки — вход в помещение БЩУ — 4. Перевозченко побежал на блочный щит управления, чтобы доложить Акимову о происходящем.

В то время, когда Перевозченко юркнул в проём деаэраторной этажерки, в дальнем конце помещения ГЦН находился машинист ГЦН Валерий Ходемчук.. Ходемчук наблюдал за странным поведением насосов. Насосы сильно трясло. Ходемчук собирался сообщить об увиденном Акимову, но вдруг грянул взрыв.

***

Первый радиационный удар в ту трагическую ночь и первой жертвой стал машинист Валерий Ходемчук, отправившийся посмотреть, почему вдруг стало трясти циркуляционные насосы. Его накрыл взрыв, тело так и осталось под развалинами. С товарищей Ходемчука по смене, получивших фатальную дозу радиации, одежду снимали вместе с кожей, ещё с живых.

***

Прибежал начальник смены В. Перевозченко и сообщил А.С.Дятлову, что пропал оператор главных циркуляционных насосов Валерий Ходемчук. Дятлов вместе с Перевозченко и Ювченко пошли искать Ходемчука и подошли к провалу в перекрытии, который образовался у входа в зал главных циркуляционных насосов. Дятлов и Ювченко остались у провала, аВ. Перевозченко по консоли пополз к помещению операторов, где, хоть и с малой долей вероятности, мог находиться Валерий Ходемчук. Ползти было опасно, сверху текла вода, но Перевозченко благополучно пробрался в помещение операторов. Но Ходемчука там не было, его так и не нашли.

***

Из воспоминаний А. Ювченко – старшего инженера-механика РЦ-2: «Перевозченко сказал, теперь будем искать Ходемчука – у него не было никаких шансов выбраться» – и мы пошли его искать, поверить в то, что он не вернётся никогда, было просто невозможно». И никто не мог сказать, что его искать уже бесполезно, его искали В.И. Перевозченко, В.В. Головатюк, В.С. Кириенко, В.В. Диченко, Ю.П. Юдин, В. Шкурко, С.В. Камышный; трижды А.В. Ювченко. И будь на его месте любой другой человек, искали бы всё равно, такой нравственный долг наших людей. Но мысль потерять Валерия казалась дикой и его упорно искали. Несколько часов подряд в черноте помещений с заваленными входами и выходами, в грохоте обвалов, задыхаясь от дыма и радиоактивной пыли в высоких радиационных полях неизвестных персоналу до тех пор, пока сами не стали терять сознание, пока не вынуждены были подчиниться приказу – покинуть станцию после 7 утра 26 апреля с приходом новой смены.

Валерий стал первым и единственным, кого смерть достала в IV блоке и устроила ему могилу под бетонными завалами.

Внутри разрушенного блока чернобыльцы установили Памятную доску с портретом Валерия Ходемчука. Доступ в это смертельное пространство строго запрещён. И всё же у портрета всегда лежат свежие цветы. Видимо, дух человеческой памяти всё же сильнее страха перед миллионами кюри радиации.

Его любили за душевную щедрость, открытость и прямоту, за добросовестность в любом деле, за профессионализм.

Портрет В.Ходемчука до аварии был на доске почёта, ещё до аварии он был награждён орденом «Знак почёта», который он поучил ещё до службы в армии и орденом «Трудовой Славы» второй степени. Ему было тогда 30 лет.

Он посмертно награждён Правительственной наградой. Символическая плита и бюст В.И. Ходемчука на Митинском кладбище г.Москвы появилась в 1997 году.

Биография

Леонид Топтунов родился в селе Николаевка, Бурынского района Сумской области в семье военнослужащего. После рождения сына, семья переехала в г. Ленинск Кызылординской области. В этом городе прошло его детство и школьные годы. С ранних лет увлекался математикой и физикой. В 1983 году окончил филиал Московского инженерно-физического института г. Обнинск Калужской области. Преддипломную практику проходил на Чернобыльской АЭС.

После завершения обучения был направлен на Чернобыльскую АЭС. С 31 марта 1983 года работал старшим инженером управления блоком и старшим инженером управления реактором реакторного цеха.

Борис Щербина

Заместитель председателя Совета Министров СССР;председатель правительственной комиссии в Чернобыле

Щербина во главе с топливно-энергетическим комплексом СССР, готовился произнести речь для рабочих на нефтяном месторождении недалеко от границы с Казахстаном, когда получила срочный вызов из Москвы: лететь в Украину, чтобы взять на себя ответственность за устранение развивающаяся катастрофа в Чернобыле. В свои 66 лет — лысеющий и уверенный в себе — министр был старым человеком в системе, в ее моделях абсурдных квот и нелепых сроках. Будучи председателем правительственной чернобыльской комиссии, Щербина нес ответственность не только за то, чтобы взять под контроль катастрофу, но и расследовать ее последствия. Без его одобрения ничего не могло произойти в Зоне отчуждения, которая вскоре окружила останки реактора номер четыре.

Прибыв на место происшествия вечером после взрыва, он продемонстрировал дерзкую уверенность, ожидаемую от высших советских руководителей

Он не только не принял во внимание необходимость личной радиационной защиты, но и отклонил призывы к немедленной эвакуации города Припять. Только спустя почти 36 часов после того, как из обломков реактора начал выливаться столб токсичных радионуклидов, жителям города наконец разрешили покинуть город

Биография

В 1959 году окончил энергетический факультет Ташкентского политехнического института.

После окончания института работал на Ангренской ТЭС (Ташкентская область) на следующих должностях: дежурный деаэраторной установки, машинист питательных насосов, помощник машиниста турбины, машинист турбины, старший машинист турбинного цеха, начальник смены, начальник турбинного цеха. На этапе строительства станции, будучи практикантом, встретил свою будущую жену Валентину. Свадьба состоялась в декабре 1960 года.

В 1966 году Виктор Петрович был приглашён работать на Славянскую ГРЭС (Донецкая область), где проработал до 1970 года в должностях старший мастер, заместитель начальника котельно-турбинного цеха, начальник этого цеха, заместитель главного инженера. Член КПСС с 1966 года.

В конце 1969 года был назначен директором будущей новой АЭС. В начале 1970 года приехал в Чернобыль для организации строительства станции и города для обслуживающего персонала — будущей Припяти. Зимой 1972 года семья Брюхановых переехала из временного посёлка при строящейся станции в новую квартиру в Припяти по адресу пр. Ленина, 6. С апреля 1970 года по июль 1986 года Виктор Петрович работал директором Чернобыльской АЭС имени В. И. Ленина.

В период с 1970 по 1986 год неоднократно избирался членом бюро Киевского областного, Чернобыльского районного и Припятского городского комитетов партии, депутатом Чернобыльского районного и Припятского городского Советов народных депутатов. Делегат XXVII съезда КПСС (1986).

После аварии в 1986 году Брюханов был отстранён от должности директора и с июля 1986 года по июль 1987 года занимал должность заместителя начальника производственно-технического отдела ЧАЭС. 3 июля 1986 года решением Политбюро ЦК КПСС «за крупные ошибки и недостатки в работе, приведшие к аварии с тяжелыми последствиями» исключён из рядов КПСС. 13 августа 1986 года Брюханову, вернувшемуся из Ташкента с похорон матери, скончавшейся от сердечного приступа после сообщения об обвинениях сына, было предъявлено обвинение по статье 220 Уголовного кодекса УССР «Нарушение правил техники безопасности на взрывоопасных производствах и предприятиях».

29 июля 1988 года постановлением судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда СССР Брюханов был приговорён к 10 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительно-трудовом учреждении общего режима.

11 сентября 1991 года был досрочно освобождён, проведя в заключении половину установленного срока. После этого Брюханов продолжил работу на Чернобыльской АЭС в должности начальника техотдела, с 1992 года — в структуре Министерства внешней торговли Украины. С августа 1992 года проживает в Ватутинском (ныне — Деснянском) районе города Киева.

Участник ликвидации последствий аварии на ЧАЭС (категория 1). Инвалид II группы.

Анатолий Дятлов

Биография Анатолия Степановича Дятлова не очень простая. Родившись в 1931 году в селе Атаманово Красноярского края, он в 14 лет сбежал из дома. Немного поскитавшись по области, он вернулся в семью. В 1945 году, когда стране предстояло долгое восстановление после войны, Анатолий Дятлов поступил в Норильский горно-металлургический техникум. Тяга к точным наукам у него была всегда, и больше всего интересовала физика. Поэтому немудрено, что параллельно учебе парень подрабатывал электриком.


В 1953 году поступил в Московский инженерно-физический институт, закончив его в 1959 году с отличием по специальности «автоматика и электроника». Затем начался его трудовой период. Проработав руководителем секретной лабораторией на судостроительном заводе имени Ленинского комсомола в Комсомольске-на-Амуре, Анатолий Дятлов во время инцидента на производстве, получил 100 бэр радиации. Из-за этого у одного из его двух сыновей, родившихся позже, в дальнейшем развилась лейкемия, и мальчик умер в девятилетнем возрасте.

На Чернобыльскую АЭС Анатолий Дятлов  перевелся в 1973 году, когда еще шло строительство атомной станции. Здесь он был третьим руководящим специалистом, имевшим опыт работы в ядерной отрасли. За 13 последующих лет Дятлов дослужился до заместителя главного инженера по эксплуатации и получил две государственные награды (Орден «Знак Почёта» и Орден Трудового Красного Знамени).

В фильмах о Чернобыльской трагедии, Анатолий Дятлов представлен этаким авторитарным, неприятным и халатным человеком. Однако по воспоминаниям сотрудников станции, работавших с ним, Дятлов был компетентным профессионалом, жестко державшим своих подчиненных в «руках». От них порой он действительно требовал слишком многого. О Дятлове на производстве было два мнения — кому-то нравилась его манера работы, другие же наоборот видели в нем сатрапа. Нейтральных отзывов о заместителе главного инженера не было.

Валерий Ходемчук. Первая жертва Чернобыля

Хроника событий

В 1 час 23 минуты 40 секунд на балкон в Центральном зале вышел начальник смены реакторного цеха-2 Валерий Иванович Перевозченко. Осмотрев бассейн выдержки отработавшего топлива, битком забитый кассетами, НС РЦ — 2, собирался идти к операторам ЦЗ — 4 Кургузу и Генриху, чтобы дать задание на всю смену. Но вдруг начались частые гидроудары. Перевозченко вздрогнул. Пятачок реактора (верхняя плита биологической защиты — И. М.) стал разваливаться. Плиты «сборка одиннадцать” заходили в дикой пляске. Валерий Иванович бросился вниз на десятую отметку, откуда начинался коридор в деаэраторную этажерку. Из этажерки — вход в помещение БЩУ — 4. Перевозченко побежал на блочный щит управления, чтобы доложить Акимову о происходящем.

В то время, когда Перевозченко юркнул в проём деаэраторной этажерки, в дальнем конце помещения ГЦН находился машинист ГЦН Валерий Ходемчук.. Ходемчук наблюдал за странным поведением насосов. Насосы сильно трясло. Ходемчук собирался сообщить об увиденном Акимову, но вдруг грянул взрыв.

***

Первый радиационный удар в ту трагическую ночь и первой жертвой стал машинист Валерий Ходемчук, отправившийся посмотреть, почему вдруг стало трясти циркуляционные насосы. Его накрыл взрыв, тело так и осталось под развалинами. С товарищей Ходемчука по смене, получивших фатальную дозу радиации, одежду снимали вместе с кожей, ещё с живых.

***

Прибежал начальник смены В. Перевозченко и сообщил А.С.Дятлову, что пропал оператор главных циркуляционных насосов Валерий Ходемчук. Дятлов вместе с Перевозченко и Ювченко пошли искать Ходемчука и подошли к провалу в перекрытии, который образовался у входа в зал главных циркуляционных насосов. Дятлов и Ювченко остались у провала, аВ. Перевозченко по консоли пополз к помещению операторов, где, хоть и с малой долей вероятности, мог находиться Валерий Ходемчук. Ползти было опасно, сверху текла вода, но Перевозченко благополучно пробрался в помещение операторов. Но Ходемчука там не было, его так и не нашли.

***

Из воспоминаний А. Ювченко – старшего инженера-механика РЦ-2: «Перевозченко сказал, теперь будем искать Ходемчука – у него не было никаких шансов выбраться» – и мы пошли его искать, поверить в то, что он не вернётся никогда, было просто невозможно». И никто не мог сказать, что его искать уже бесполезно, его искали В.И. Перевозченко, В.В. Головатюк, В.С. Кириенко, В.В. Диченко, Ю.П. Юдин, В. Шкурко, С.В. Камышный; трижды А.В. Ювченко. И будь на его месте любой другой человек, искали бы всё равно, такой нравственный долг наших людей. Но мысль потерять Валерия казалась дикой и его упорно искали. Несколько часов подряд в черноте помещений с заваленными входами и выходами, в грохоте обвалов, задыхаясь от дыма и радиоактивной пыли в высоких радиационных полях неизвестных персоналу до тех пор, пока сами не стали терять сознание, пока не вынуждены были подчиниться приказу – покинуть станцию после 7 утра 26 апреля с приходом новой смены.

Валерий стал первым и единственным, кого смерть достала в IV блоке и устроила ему могилу под бетонными завалами.

Внутри разрушенного блока чернобыльцы установили Памятную доску с портретом Валерия Ходемчука. Доступ в это смертельное пространство строго запрещён. И всё же у портрета всегда лежат свежие цветы. Видимо, дух человеческой памяти всё же сильнее страха перед миллионами кюри радиации.

Его любили за душевную щедрость, открытость и прямоту, за добросовестность в любом деле, за профессионализм.

Портрет В.Ходемчука до аварии был на доске почёта, ещё до аварии он был награждён орденом «Знак почёта», который он поучил ещё до службы в армии и орденом «Трудовой Славы» второй степени. Ему было тогда 30 лет.

Он посмертно награждён Правительственной наградой. Символическая плита и бюст В.И. Ходемчука на Митинском кладбище г.Москвы появилась в 1997 году.

Авария на ЧАЭС

Основная статья: Авария на Чернобыльской АЭС

Леонид Топтунов был одним из непосредственных участников событий на четвёртом блоке Чернобыльской АЭС в ночь 26 апреля 1986 года, когда на станции произошла авария. Топтунов в начале 12 ночи 26 апреля 1986 года в составе ночной смены принял и приступил к своим обязанностям в качестве оператора реактора. В тот момент на энергоблоке № 4 шли работы по подготовке к его останову на профилактический ремонт и испытания по выбегу турбогенератора. Контролировали и руководили действиями ночной смены на блочном щите управления (БЩУ) энергоблока № 4 Александр Акимов, начальник смены блока № 4, и Анатолий Дятлов, заместитель главного инженера Чернобыльской АЭС. Ночная смена продолжила начатые 25 апреля работы по остановке энергоблока и подготовку к проведению испытания по выбегу турбогенератора. Тепловая мощность реактора, на момент заступления Топтунова на смену в 00:05 (по оперативному журналу), составляла 720 МВт.

В 00:28 при переходе с системы локального автоматического регулирования мощности (ЛАР) на автоматический регулятор мощности основного диапазона (1АР, 2АР), Топтуновым не была вовремя дана команда по удержанию мощности, в результате чего тепловая мощность реактора снизилась до 30—50 МВт.

После провала мощности персоналом станции было решено поднять мощность. Топтунов, вместе с помогавшими ему Акимовым и Юрием Трегубом, стал поднимать мощность, извлекая регулирующие стержни из активной зоны реактора. К часу ночи (01:03 минут по оперативному журналу) мощность была поднята до 200 МВт и застабилизирована. Дальнейший подъём мощности реактора, до установленных программой испытаний значений в 700—1000 МВт, решено было не проводить.

К 01:07 работы по подготовке к выбегу турбогенератора и останову энергоблока были закончены. Участникам смены провёл инструктаж по действиям во время проведения испытаний. В 01:23:04 были начаты испытания по выбегу турбогенератора. Были закрыты стопорно-регулирующие клапаны турбины № 8. После начала испытания по программе выбега, реактор должен был быть заглушен. Однако, команда на глушение реактора была дана Акимовым только примерно через 20 секунд после начала выбега. Доподлинно неизвестно, кто непосредственно нажал кнопку — Акимов или Топтунов, так как показания свидетелей об этом событии различны. В 01:23:39 на пульте управления была нажата кнопка A3-5, инициирующая режим глушения реактора. Стержни и начали движение в активную зону реактора. Примерно через 3 секунды после нажатия кнопки АЗ-5 средствами регистрации параметров энергоблока были зафиксированы множественные аварийные сигналы, в частности резкое повышение реактивности и быстрый рост тепловой мощности реактора. В 1:23:46 раздалась серия из нескольких последовательных взрывов, и через 4—5 секунд реактор был полностью разрушен.

В первые часы аварии Леонид Топтунов, вместе с участниками смены и другими людьми из персонала станции, предпринимал меры по локализации аварии и нераспространению её на другие энергоблоки, выполнял работы по локализации последствий аварии. Участвовал в организации подачи воды в активную зону реактора. Топтунов оставался на блоке до 8 утра, несмотря на общее тяжёлое физическое состояние вследствие полученных больших доз ионизирующего облучения.

Топтунов утром 26 апреля был отвезён в медсанчасть города Припяти, а позже был эвакуирован в клиническую больницу № 6 в Москву. Топтунов проходил лечение в московской клинике, однако вследствие большой полученной им дозы в 700 бэр (7 Гр) лечение не дало практического эффекта. Топтунов умер 14 мая от последствий острой лучевой болезни, через 19 дней после аварии.

В связи со смертью Топтунова уголовное преследование в его отношении было прекращено 28 ноября 1986 года, на основании Уголовно-процессуального кодекса УССР.

Виктор Брюханов

Директор Чернобыльской АЭС


Виктор Брюханов посвятил большую часть своей взрослой жизни коммунистической мечте о доставке электроэнергии в СССР. Назначенный возглавить Чернобыльский ядерный проект, когда ему было всего 34 года, а площадка будущего завода была ничем иным, как пустынным полем по колено в снегу, Бруханов был тихим с покойным человеком, которого любил и ценил его персонал. Он был перегружен работой. К весне 1986 года он, тем не менее, был на грани личного триумфа: Чернобыльская АЭС была одной из самых эффективных атомных станций в Советском Союзе; и Припять, город, который он построил для размещения рабочих и их семей, был маяком прогресса — магнитом для специалистов со всего СССР.

С приближением первомайских праздников Брюханов ожидал новостей о повышении в должности, а также о государственных наградах за завод на заводе — несмотря на то, что его заставляли сглаживать углы, чтобы помогать прикрывать серьезная проблемы на АЭС в 1982 году. Год спустя Брюханов также подписал соглашение о запуске самого нового и самого современного реактора станции, реакторного блока № 4, хотя не было проведено ни одного ключевого испытания безопасности.

Будучи административным руководителем всего Чернобыльского предприятия, Брюханов будет нести личную ответственность за все, что пошло не так на заводе. Когда он впервые увидел масштабы разрушения четвертого блока, его первой мыслью было: «Я иду в тюрьму».

20 лет спустя

Двадцатая годовщина катастрофы была ознаменована чередой важных событий.

Ликвидаторы провели в Киеве собрание, посвящённое годовщине трагедии, дабы напомнить властям о заслуженных компенсациях и о проблемах с медицинским обслуживанием. Подобные собрания проводились во многих городах бывшего Союза.

25 апреля 2006 года был открыт памятник Герою Советского Союза генералу Леониду Телятникову (он был среди числа самых первых ликвидаторов) на Байковом кладбище в Киеве.

200 ликвидаторов, которые в данный момент живут в Эстонии, надеются на помощь эстонского законодательства после встречи их представителей с президентом Эстонии Тоомасом Хендриком Ильвесом 26 апреля 2006 года. Причина этого — положение, установленное в эстонской конституции, говорящее о том, что государство может оказывать помощь только гражданам, которые являются «юридическими потомками» граждан Эстонской республики, проживавших на её территории в промежутке 1918—1940 года. В это же время ни Россия, ни Украина, ни Белоруссия, ни Казахстан не предоставляют помощи ликвидаторам, проживающим за границей.

Многим ликвидаторам, проживающим в Хабаровске и служившим на момент аварии в армии, было отказано в помощи, поскольку «они не являлись нанятыми рабочими», но были военнообязанными. В результате пять ликвидаторов обратились в Европейский суд по правам человека с требованием выплатить им причитающуюся денежную компенсацию за причиненный вред здоровью.

Авария на ЧАЭС

Основная статья: Авария на Чернобыльской АЭС

Леонид Топтунов был одним из непосредственных участников событий на четвёртом блоке Чернобыльской АЭС в ночь 26 апреля 1986 года, когда на станции произошла авария. Топтунов в начале 12 ночи 26 апреля 1986 года в составе ночной смены принял и приступил к своим обязанностям в качестве оператора реактора. В тот момент на энергоблоке № 4 шли работы по подготовке к его останову на профилактический ремонт и испытания по выбегу турбогенератора. Контролировали и руководили действиями ночной смены на блочном щите управления (БЩУ) энергоблока № 4 Александр Акимов, начальник смены блока № 4, и Анатолий Дятлов, заместитель главного инженера Чернобыльской АЭС. Ночная смена продолжила начатые 25 апреля работы по остановке энергоблока и подготовку к проведению испытания по выбегу турбогенератора. Тепловая мощность реактора, на момент заступления Топтунова на смену в 00:05 (по оперативному журналу), составляла 720 МВт.

В 00:28 при переходе с системы локального автоматического регулирования мощности (ЛАР) на автоматический регулятор мощности основного диапазона (1АР, 2АР), Топтуновым не была вовремя дана команда по удержанию мощности, в результате чего тепловая мощность реактора снизилась до 30—50 МВт.

После провала мощности персоналом станции было решено поднять мощность. Топтунов, вместе с помогавшими ему Акимовым и Юрием Трегубом, стал поднимать мощность, извлекая регулирующие стержни из активной зоны реактора. К часу ночи (01:03 минут по оперативному журналу) мощность была поднята до 200 МВт и застабилизирована. Дальнейший подъём мощности реактора, до установленных программой испытаний значений в 700—1000 МВт, решено было не проводить.

К 01:07 работы по подготовке к выбегу турбогенератора и останову энергоблока были закончены. Участникам смены провёл инструктаж по действиям во время проведения испытаний. В 01:23:04 были начаты испытания по выбегу турбогенератора. Были закрыты стопорно-регулирующие клапаны турбины № 8. После начала испытания по программе выбега, реактор должен был быть заглушен. Однако, команда на глушение реактора была дана Акимовым только примерно через 20 секунд после начала выбега. Доподлинно неизвестно, кто непосредственно нажал кнопку — Акимов или Топтунов, так как показания свидетелей об этом событии различны. В 01:23:39 на пульте управления была нажата кнопка A3-5, инициирующая режим глушения реактора. Стержни и начали движение в активную зону реактора. Примерно через 3 секунды после нажатия кнопки АЗ-5 средствами регистрации параметров энергоблока были зафиксированы множественные аварийные сигналы, в частности резкое повышение реактивности и быстрый рост тепловой мощности реактора. В 1:23:46 раздалась серия из нескольких последовательных взрывов, и через 4—5 секунд реактор был полностью разрушен.

В первые часы аварии Леонид Топтунов, вместе с участниками смены и другими людьми из персонала станции, предпринимал меры по локализации аварии и нераспространению её на другие энергоблоки, выполнял работы по локализации последствий аварии. Участвовал в организации подачи воды в активную зону реактора. Топтунов оставался на блоке до 8 утра, несмотря на общее тяжёлое физическое состояние вследствие полученных больших доз ионизирующего облучения.

Топтунов утром 26 апреля был отвезён в медсанчасть города Припяти, а позже был эвакуирован в клиническую больницу № 6 в Москву. Топтунов проходил лечение в московской клинике, однако вследствие большой полученной им дозы в 700 бэр (7 Гр) лечение не дало практического эффекта. Топтунов умер 14 мая от последствий острой лучевой болезни, через 19 дней после аварии.

В связи со смертью Топтунова уголовное преследование в его отношении было прекращено 28 ноября 1986 года, на основании Уголовно-процессуального кодекса УССР.

Биография

После окончания в 1959 году энергетического факультета Ташкентского политехнического института работал на Ангренской ТЭС (Ташкентская область) в должностях дежурный деэраторной установки, машинист питательных насосов, помощник машиниста турбины, машинист турбины, старший машинист турбинного цеха, начальник смены, начальник турбинного цеха.

В 1966 года приглашен работать на Славянскую ГРЭС (Донецкая область), где проработал до 1970 года в должностях старший мастер, заместитель начальника котельно-турбинного цеха, начальник этого цеха, заместитель главного инженера.

Член КПСС с 1966 года. Делегат XXVII съезда КПСС (1986). В период с 1970 по 1986 год неоднократно избирался членом бюро Киевского областного, Чернобыльского районного и Припятского городского комитетов партии, депутатом Чернобыльского районного и Припятского городского Советов народных депутатов.

С апреля 1970 года по июль 1986 года — директор Чернобыльской АЭС имени В. И. Ленина. После аварии в 1986 году отстранён от должности директора и с июля 1986 года по июль 1987 года — заместитель начальника производственно-технического отдела ЧАЭС.

3 июля 1986 года решением Политбюро ЦК КПСС «за крупные ошибки и недостатки в работе, приведшие к аварии с тяжелыми последствиями» исключен из рядов КПСС.

29 июля 1987 года постановлением судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда СССР приговорён к 10 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительно-трудовом учреждении общего типа.

С августа 1991 года проживает в Ватутинском (ныне — Деснянском) районе города Киева. С февраля 1992 года работник государственного предприятия «Укринтерэнерго». Участник ликвидации последствий аварии на ЧАЭС (категория 1). Инвалид II группы.

Валерий Ходемчук. Первая жертва Чернобыля

Хроника событий

В 1 час 23 минуты 40 секунд на балкон в Центральном зале вышел начальник смены реакторного цеха-2 Валерий Иванович Перевозченко. Осмотрев бассейн выдержки отработавшего топлива, битком забитый кассетами, НС РЦ — 2, собирался идти к операторам ЦЗ — 4 Кургузу и Генриху, чтобы дать задание на всю смену. Но вдруг начались частые гидроудары. Перевозченко вздрогнул. Пятачок реактора (верхняя плита биологической защиты — И. М.) стал разваливаться. Плиты «сборка одиннадцать” заходили в дикой пляске. Валерий Иванович бросился вниз на десятую отметку, откуда начинался коридор в деаэраторную этажерку. Из этажерки — вход в помещение БЩУ — 4. Перевозченко побежал на блочный щит управления, чтобы доложить Акимову о происходящем.

В то время, когда Перевозченко юркнул в проём деаэраторной этажерки, в дальнем конце помещения ГЦН находился машинист ГЦН Валерий Ходемчук.. Ходемчук наблюдал за странным поведением насосов. Насосы сильно трясло. Ходемчук собирался сообщить об увиденном Акимову, но вдруг грянул взрыв.

***

Первый радиационный удар в ту трагическую ночь и первой жертвой стал машинист Валерий Ходемчук, отправившийся посмотреть, почему вдруг стало трясти циркуляционные насосы. Его накрыл взрыв, тело так и осталось под развалинами. С товарищей Ходемчука по смене, получивших фатальную дозу радиации, одежду снимали вместе с кожей, ещё с живых.

***

Прибежал начальник смены В. Перевозченко и сообщил А.С.Дятлову, что пропал оператор главных циркуляционных насосов Валерий Ходемчук. Дятлов вместе с Перевозченко и Ювченко пошли искать Ходемчука и подошли к провалу в перекрытии, который образовался у входа в зал главных циркуляционных насосов. Дятлов и Ювченко остались у провала, аВ. Перевозченко по консоли пополз к помещению операторов, где, хоть и с малой долей вероятности, мог находиться Валерий Ходемчук. Ползти было опасно, сверху текла вода, но Перевозченко благополучно пробрался в помещение операторов. Но Ходемчука там не было, его так и не нашли.


***

Из воспоминаний А. Ювченко – старшего инженера-механика РЦ-2: «Перевозченко сказал, теперь будем искать Ходемчука – у него не было никаких шансов выбраться» – и мы пошли его искать, поверить в то, что он не вернётся никогда, было просто невозможно». И никто не мог сказать, что его искать уже бесполезно, его искали В.И. Перевозченко, В.В. Головатюк, В.С. Кириенко, В.В. Диченко, Ю.П. Юдин, В. Шкурко, С.В. Камышный; трижды А.В. Ювченко. И будь на его месте любой другой человек, искали бы всё равно, такой нравственный долг наших людей. Но мысль потерять Валерия казалась дикой и его упорно искали. Несколько часов подряд в черноте помещений с заваленными входами и выходами, в грохоте обвалов, задыхаясь от дыма и радиоактивной пыли в высоких радиационных полях неизвестных персоналу до тех пор, пока сами не стали терять сознание, пока не вынуждены были подчиниться приказу – покинуть станцию после 7 утра 26 апреля с приходом новой смены.

Валерий стал первым и единственным, кого смерть достала в IV блоке и устроила ему могилу под бетонными завалами.

Внутри разрушенного блока чернобыльцы установили Памятную доску с портретом Валерия Ходемчука. Доступ в это смертельное пространство строго запрещён. И всё же у портрета всегда лежат свежие цветы. Видимо, дух человеческой памяти всё же сильнее страха перед миллионами кюри радиации.

Его любили за душевную щедрость, открытость и прямоту, за добросовестность в любом деле, за профессионализм.

Портрет В.Ходемчука до аварии был на доске почёта, ещё до аварии он был награждён орденом «Знак почёта», который он поучил ещё до службы в армии и орденом «Трудовой Славы» второй степени. Ему было тогда 30 лет.

Он посмертно награждён Правительственной наградой. Символическая плита и бюст В.И. Ходемчука на Митинском кладбище г.Москвы появилась в 1997 году.

НАШИ ЛЮДИ

Ященко, Александр Леонидович Педагоги

педагог и естествоиспытатель

Яхонтова, Лия Константиновна Педагоги

российский минералог и педагог

Яфальян, Алла Фёдоровна Педагоги

доктор педагогических наук, профессор, заведующая кафедрой социально-художественного образования СурГПУ

Ястребинецкий, Григорий Аронович Педагоги

советский педагог, заслуженный учитель РСФСР

Ясиньский, Анджей Педагоги

польский пианист и музыкальный педагог

Ярмаченко, Николай Дмитриевич Педагоги

украинский педагог, доктор педагогических наук, профессор, заслуженный деятель науки и техники Украины, академик АПН СССР , основатель и первый президент Академии педагогических наук Украины, один из основателей и первый президент Международной макаренковской ассоциации, член Президиума АПН СССР, специалист в области дефектологии , а также теории и истории педагогики

Янсонс, Марис Арвидович Педагоги

советский и российский дирижёр, музыкальный педагог

Янсонс, Арвид Кришевич Педагоги

латвийский советский дирижёр и скрипач, музыкальный педагог

Анатолий Дятлов

Заместитель главного инженера по эксплуатации на Чернобыльской АЭС

Один из самых опытных инженеров-ядерщиков на Чернобыльской станции Анатолий Дятлов прибыл в Украину из сверхсекретной Лаборатории на Дальнем Востоке, где он наблюдал за командой, устанавливающей реакторы на растущем флоте атомных подводных лодок СССР. Но то, как. Седого сибиряка рабочие нашли суровым. И хотя чернобыльские рабочие уважали его за глубину его знаний, многие боялись или даже ненавидели его, его настойчивость в том, что они беспрекословно следуют его приказам, и властью, которой он обладал, чтобы наказать тех, кто не слушался его.

В ночь аварии Дятлов отвечал за надзор за давно назревшим испытанием безопасности на реакторе № 4. К тому времени, когда оно, наконец, началось, в ранние часы 26 апреля он был лишен сна и так раздражителен, как никогда-либо. Когда молодой инженер-реактор Леонид Топтунов совершил ошибку вскоре после того, как вступил во владение на контроле в полночную смену, Дятлов настаивал на продолжении испытаний, хотя Топтунов и протоколы безопасности предлагали иное.


С этим читают