Причины, этапы великой отечественной войны

Что случилось?

«Сталин вопреки очевидным фактам считал, что это еще не война, а провокация отдельных недисциплинированных частей немецкой армии», — заявил Никита Хрущев в докладе на XX съезде КПСС.


Навязчивая мысль о какой-то провокации, видимо, и впрямь присутствовала в уме Сталина. Он развивал ее и в «Директиве №1», и на первом после начала вторжения совещании в Кремле, открывшемся в 05:45 22 июня. До 06:30 он не давал разрешения открыть ответный огонь, пока Молотов не сообщил, что Германия официально объявила войну СССР.

Ныне покойный петербургский историк Игорь Бунич утверждал, что за несколько дней до начала войны Гитлер направил Сталину секретное личное послание с предупреждением, что некие англофильствующие генералы могут попытаться спровоцировать конфликт между СССР и Германией.

Сталин якобы удовлетворенно заметил Берии, что у нас, мол, такое невозможно, мы в своей армии порядок навели.

Правда, обнаружить документ в германских или советских архивах не удалось.

Израильский исследователь Габриэль Городецкий объясняет действия Сталина паническим страхом и желанием любой ценой не дать Гитлеру повода для агрессии.

«Сталин гнал прочь любую мысль о войне, он потерял инициативу и был практически парализован», — пишет Городецкий.

Оппоненты возражают, что Сталин не боялся в ноябре 1940 года устами Молотова жестко требовать у Берлина Финляндию, Южную Буковину и базу в Дарданеллах, а в начале апреля 1941-го заключить взбесивший Гитлера и при этом не имевший практического смысла договор с Югославией.

Демонстрацией же оборонительных приготовлений спровоцировать потенциального противника нельзя, а можно заставить лишний раз задуматься.

«Имея дело с опасным врагом, следует, наверное, показывать ему, прежде всего, свою готовность к отпору. Если бы мы продемонстрировали Гитлеру нашу подлинную мощь, он, возможно, воздержался бы от войны с СССР в тот момент», — полагал многоопытный штабист Сергей Иванов, впоследствии дослужившийся до генерала армии.

По версии Александра Осокина, Сталин, напротив, намеренно подталкивал Германию к нападению, чтобы предстать в глазах мира жертвой агрессии и получить американскую помощь.

Критики указывают, что игра в этом случае выходила уж больно опасная, ленд-лиз не имел в глазах Сталина самодовлеющего значения, и Рузвельт руководствовался не детсадовским принципом «кто начал?», а интересами национальной безопасности США.

План и директива

В штабах советских войск на западном направлении до дивизий включительно имелись детальные и ясные планы прикрытия, которые хранились в «красных пакетах» и подлежали исполнению по получении соответствующего приказа наркома обороны.

Планы прикрытия отличаются от стратегических военных планов. Это комплекс мер по обеспечению мобилизации, сосредоточения и развертывания основных сил при возникновении угрозы упреждающего удара неприятеля (занятие личным составом укреплений, выдвижение артиллерии на танкоопасные направления, подъем частей авиации и ПВО, активизация разведки).

Введение в действие плана прикрытия — еще не война, но боевая тревога.

В ходе полуторачасового совещания, начавшегося в 20:50 21 июня, Сталин не разрешил Тимошенко и Жукову сделать этот необходимый и очевидный шаг.

Взамен в приграничные округа была направлена знаменитая «Директива №1», в которой, в частности, говорилось: «В течение 22-23 июня возможно внезапное нападение немцев. Задача наших войск — не поддаваться ни на какие провокационные действия одновременно быть в полной боевой готовности встретить возможный удар других мероприятий без особого распоряжения не проводить».

Каким образом можно «встретить удар», не проводя мероприятий, предусмотренных планом прикрытия? Как отличить провокацию от нападения?


По мнению впервые опубликовавшего документ историка Михаила Некрича, он явился плодом компромисса между Тимошенко и Жуковым, отчаянно требовавшими сделать хоть что-нибудь, и Сталиным, не желавшим ничего предпринимать.

Подготовка СССР к войне

Несмотря на то, что между Советским Союзом и Германией был заключен пакт о ненападении, Иосиф Сталин догадывался, что в скором времени его государство будет втянуто в войну.

В связи с этим СССР еще в 1938 г. начал разрабатывать 5-летний план подготовки к будущему глобальному противостоянию.

В Советском Союзе активно строились военные заводы, железные дороги, тепло- и гидроэлектростанции. Страна взяла курс на масштабную милитаризацию.

Фабрики, выпускающие ту или иную продукцию, могли в течение нескольких часов перестроиться на производство военного оборудования или боеприпасов. Также в советских республиках усиленно добывалась нефть и разрабатывались шахты по добыче угля и полезных ископаемых.

В скором времени в стране появились усовершенствованные виды оружия и военной техники. Некоторые специалисты трудились на заводах практически без выходных.

Каждый советский гражданин должен был иметь специальное образование. За малейшее нарушение дисциплины человек мог получить серьезный выговор или понести более серьезную ответственность.

В начале 1941 г. обычные рабочие трудились по 11-12 часов в день, вместо положенных 8 часов. Однако советскому руководству так и не удалось в полной мере реализовать свои планы.

21 июня 1941 г. Сталин приказал мобилизовать все виды войск, но его распоряжение оказалось запоздалым, так как уже на следующий день немецко-фашистские войска вероломно вторглись в СССР.

«Границу удерживаем, врага бьем!»

22 июня пограничники, моряки Дунайской флотилии и армейские части не только удерживали границу с Румынией, но и, как это ни удивительно, высаживали десанты на вражескую территорию. На некоторых пограничных заставах 22 июня даже не поняли, что началась война, что наступает регулярная румынская армия, оценив происходящее лишь как массовое нарушение границы вооруженными бандами. Трупы убитых в первых боях румынских солдат собирали для опознания, пока начальство не объяснило, что началась именно война.

Виссарион Григорьев, летом 1941 года начальник штаба Дунайской военной флотилии, вспоминал: «Подвели итоги первого дня боевых действий. Общими усилиями армейских частей и флотилии были отражены шесть попыток противника переправиться через Дунай в районе Картал, Раздельный, три — у Килии Новой, две — у Вилкова, четыре попытки вброд форсировать Прут близ Рени. Добравшиеся до нашего берега разрозненные группы румынских солдат вылавливались в плавнях. Агрессор понес немалые потери на Дунае, в воздухе да и на своем берегу. Наши корабли и батареи выпустили за день свыше 1600 снарядов (эта цифра, кстати, заставила подумать о более расчетливом расходовании боеприпасов, поскольку пополнение их могло осложниться). Настроение было приподнятое — границу удерживаем, врага бьем!.. О положении на остальном фронте мы знали еще мало, но, конечно, понимали, что наш участок границы не самое горячее место и где-то натиск агрессора неизмеримо сильнее. Ночью началась подготовка к десанту».

Итак, у советских командиров было приподнятое настроение вечером 22 июня 1941 года. Их подчиненные «вылавливают» вражеских солдат. Это не отрывок из модного ныне произведения в стиле «альтернативная история», а реальный исторический факт. Флотилия готовилась к высадке десанта на румынской территории. И в ночь на 24 июня 1941 г. он был высажен: «Через полчаса бой в Сату-Ноу стих. На колокольне, макушка которой с корректировочным постом оказалась снесенной нашей артиллерией, появился красный флаг. В короткой схватке вражеский гарнизон, застигнутый врасплох, был разгромлен. Кое-где дошло до рукопашной, но особой стойкости противник не выказал. <…> Ни среди наших пограничников (они участвовали в высадке десанта. — Прим. ред.), ни во взводе моряков, которые высаживались первыми, не было ни одного убитого»…

Только цифры

Появились слухи, что детей едят, и нам запретили выходить

Юлия Ивановна Егорова (Питкянен)

22 июня 1941 года мы собрались на очередной киносеанс, и вдруг нам говорят, что показа не будет. Началась война. Когда немец подошел к Ленинграду, наш дом разбомбили. Во время бомбежки мы пряталась по канавам. До морозов мы жили в водосточных трубах на станции Шушары и в окопах. Отец собирал по полям совхоза Детскосельский капусту и картошку.

Немцы сбрасывали листовки. Их было так много, что мы сначала решили: «Это летят птицы». Голод уже мучил, кругом мерещилась еда. С криком: «Птицы, птицы!» мы побежали, но оказалось, что это бумажки. Мы начали их собирать, в них был призыв сдаваться немцам. Когда я принесла такую листовку домой, родители сильно отругали меня и приказали больше ничего не собирать.

Наша деревня оказалась на линии фронта, семья переехала в Ленинград. Мы получали паек по карточкам, как все ленинградцы. В начале блокады еще ходили трамваи, и мы ездили с сестрой отоваривать карточки. Вскоре появились слухи, что детей едят. Нам запретили выходить на улицу, мы сидели дома. Отец устроился работать дворником. Он собирал по городу покойников, грузил в машину и отвозил хоронить. <…>

Дети играют на улицах блокадного Ленинграда

Фото Великой Отечественной войны


Ниже приведены избранные фото Великой Отечественной войны. На самом деле фотографий того страшного и героического времени очень много, поэтому для избранных фото ВОВ мы сделаем отдельный пост.

Комбат ведёт в атаку своих солдат, Украина, 1942 г.Выносной пост противовоздушной обороны на крыше гостиницы «Москва»Советские партизаны в Белоруссии, 1943 г.Расстрел советских партизан, сентябрь 1941 г.Колонна пленных немцев на Садовом кольце, Москва, 1944 г.Стилизованное фото контрнаступления советских бойцовСоветские бойцы в окопах на подступах к Берлину. На заднем плане виден трофейный немецкий гранатомет «Панцерфауст», 1945 г.Немецкие солдаты сдаются в плен красноармейцам во время битвы за МосквуКрасноармеец Широбоков встретил своих сестер, спасшихся от смерти. Их отца и мать расстреляли немцы30 апреля в 22 часа над Рейхстагом было водружено Знамя Победы

Понравился пост? Нажми любую кнопку:

Когда началась ВОВ

До сих по не утихают споры историков, связанные с тем, почему именно 22-го июня 1941-го Германия выбрала для нападения на Советский Союз.

Хотя есть немало тех, кто пытается найти этому мистическое обоснование, скорее всего, немецкое командование исходило из того, что в день летнего солнцестояния самая короткая ночь в году. Это значило, что где-то к 4 часам утра, когда большинство жителей европейской части СССР будут спать, на дворе будут сумерки, а через час и вовсе будет совершенно светло. Кроме того, эта дата выпала на воскресенье, а, значит, многие офицеры могли отсутствовать в частях, отправившись в гости к родным еще в субботу утром. Немцам также было известно о привычке “русских” позволять себе в выходные изрядное количество крепкого алкоголя.

Как видим, дата начала ВОВ была выбрана не случайно, и педантичные немцы предусмотрели практически все. Более того, им удалось держать в секрете свои намерения, и советское командование узнало об их планах лишь за несколько часов до нападения на СССР от перебежчика. В войска сразу же была отправлена соответствующая директива, однако было уже поздно.

Присоединение к СССР Бессарабии, стран Прибалтики и Северной Буковины

Рассказывая про начало ВОВ кратко, нельзя не упомянуть о предшествовавшему этому событию присоединению Прибалтийских государств, в которых в 1940 году при поддержке Москвы произошли правительственные перевороты. Кроме того, СССР потребовал у Румынии возврата Бессарабии и передачи ему Северной Буковины, а в результате войны с Финляндией добавилась часть Карельского перешейка, контролируемая Советским Союзом. Таким образом, границы страны были передвинуты на запад, но в ее составе оказались территории, часть населения которых не смирилась с потерей независимости своих государств и была враждебно настроена к новым властям.

Великая Отечественная война 1941-1945. Начало ВОВ

Начало Великой Отечественной войны для Советского Союза было неожиданным. Общеизвестно, что Сталину доносили о планах нападения Гитлера. Упорное нежелание главнокомандующего СССР внимать этим предупреждениям объяснялось отнюдь не слепой верой в нерушимость договора с Германией. Беда в том, что таких донесений было слишком много. Со слишком разными датами. И это неудивительно, ведь сам Гитлер несколько раз менял дату наступления. Не исключено, что вмешался и психологический фактор. Как в известной сказке о пастушке, который слишком часто кричал: «Волки!».

Но были и более существенные причины. Гитлер сделал всё возможное, чтобы убедить мировую общественность в том, что он собирает все силы для решительного удара по Великобритании. Ему поверил не только Сталин. Черчилль признаёт в своих мемуарах, что Англия ожидала удара и не верила в возможность открытия Восточного фронта при наличии действующего фронта в Европе.

Кроме того, поступавшие разведданные свидетельствовали, что Германия не начинает заготавливать зимнюю форму одежды для войск, не изготавливает и не закупает в больших количествах специальную смазку для оружия, которая жизненно необходима в условиях зимней войны. Тем более в природных условиях России. Сталин был глубоко уверен, что немцы, известные своей педантичностью, не начнут никаких действий, тщательно к ним не подготовившись.

Переправа немецких войск во время операции «Барбаросса»

Однако советский вождь не знал того, что тщательная подготовка продолжается уже много месяцев. План Барбаросса был утверждён ещё в декабре 1940 года. А его исполнение отложено именно ради того, чтобы не воевать на территории противника холодной зимой. Кроме того, врага особенно заботило сохранение полной тайны. Впоследствии же дата наступления была перенесена с 15 мая на 22 июня из-за возникшей необходимости захватить Югославию и Грецию. Не подозревал Сталин и того, что германская армия планировала захватить Советский Союз одним махом за каких-то три месяца.

Поздно вечером 21 июня немецкий перебежчик Альфред Лисков сообщил советскому военному коменданту во Владимир-Волынске, что перед рассветом 22 июня начнётся наступление немецко-фашистских войск на протяжении всей государственной границы. Полученная информация в срочном порядке передаётся вышестоящему начальству.

Маршал Семен Тимошенко и генерал армии Георгий Жуков на военных учениях

С одобрения Сталина, военачальниками Жуковым и Тимошенко создаётся директива № 1Ю и рассылается в Западный, Прибалтийский, Ленинградский, Одесский и Киевский военные округа. В директиве сообщается, что возможно нападение со стороны немцев 22 или 23 июня. Военным командирам строжайше предписывалось не реагировать на любые возможные провокации. Операции советских войск должны были осуществляться без привлечения внимания. Второй пункт директивы гласил:

На рассвете 22 июня в 3:30 начались нападения гитлеровской армии. После внезапного артиллерийского удара, последовала массированная наземная атака. Точные направленные удары крушили аэродромы, склады боеприпасов, мосты, узлы связи, железные дороги и военно-морские базы. На направлениях главных ударов были сосредоточены основные силы Вермахта. В этих точках перевес сил был особенно подавляющим.

Переход границы СССР немецким солдатом, 1941 год

В результате к исходу лишь первого дня войны армия продвинулась на 25-35 км вглубь страны. В некоторых местах этот показатель достигал 50 км. Немецкие танковые части успешно вклинивались в ряды оборонявшихся красноармейцев, разделяли их, окружали и уничтожали. Благодаря такой тактике за первые три недели войны на некоторых участках немецкая армия углубилась на 300-600 км. Красная армия потеряла 28 дивизий. В 72 дивизиях потери личного состава составили от 50% и более. Двести складов с боеприпасами, горючим и вооружением попали в руки врагов.

Первый пограничный гарнизон, которому удалось оказать достойное сопротивление противнику – Брестская крепость. Брест прикрывал дорогу на Минск, который входил в список важных целей. Защитники Брестской крепости героически отстаивали свои позиции на протяжении нескольких недель. Они продолжали оказывать сопротивление, невзирая на острую нехватку боеприпасов, медикаментов и продовольствия. Эта оборона вошла в историю войны, как пример самоотверженного героизма. Немецкой армии удалось преодолеть сопротивление только ценой огромных усилий.


Советские военнопленные, Минск 1941 год

Начало Великой Отечественной войны

Показать ещё

Один против шестисот

Государственную границу СССР от Баренцева до Черного моря на 22 июня 1941 года охраняли 715 пограничных застав, 485 из них в этот день подверглись нападению со стороны войск фашистской Германии, остальные заставы вступили в бой 29 июня 1941 года. Все пограничные заставы обороняли порученные им участки: до одних суток — 257 застав, свыше одних суток — 20, более двух суток — 16, свыше трех суток — 20, более четырех и пяти суток — 43, от семи до девяти суток — 4, свыше одиннадцати суток — 51, свыше 12 суток — 55, свыше 15 суток — 51 застава. До двух месяцев сражалось 45 застав. Они дрались в полном окружении, без связи. Превосходство немцев было 30-50-кратным, а на направлениях главного удара достигало и 600-кратного превосходства. Стандартная пограничная застава насчитывала 62-64 бойца.

Очевидцы по разные стороны фронта

Иван Баграмян, маршал:

«…Первый удар немецкой авиации хотя и оказался для войск неожиданным, отнюдь не вызвал паники. В трудной обстановке, когда все, что могло гореть, было объято пламенем, когда на глазах рушились казармы, жилые дома, склады, прерывалась связь, командиры прилагали максимум усилий, чтобы сохранить руководство войсками, они твердо следовали тем боевым предписаниям, которые им стали известны после вскрытия хранившихся у них пакетов».

Петр Котельников, защитник Брестской крепости:

«Под утро нас разбудил сильный удар. Пробило крышу. Меня оглушило. Увидел раненых и убитых, понял: это уже не учения, а война. Большинство солдат нашей казармы погибли в первые секунды. Я вслед за взрослыми бросился к оружию, но винтовки мне не дали. Тогда я с одним из красноармейцев кинулся тушить вещевой склад».

Петр Махров, генерал-лейтенант, белоэмигрант:

«День объявления войны немцами России, 22 июня 1941 года, так сильно подействовал на все мое существо, что на другой день, 23-го (22-е было воскресенье), я послал заказное письмо Богомолову , прося его отправить меня в Россию для зачисления в армию, хотя бы рядовым».

Гюнтер Блюментритт, генерал:

«Поведение русских даже в первом бою разительно отличалось от поведения поляков и союзников, потерпевших поражение на Западном фронте. Даже оказавшись в кольце окружения, русские стойко оборонялись».

Альфред Дюрвангер, лейтенант:

«Когда мы вступили в первый бой с русскими, они нас явно не ожидали, но и неподготовленными их никак нельзя было назвать. Энтузиазма (у нас) не было и в помине! Скорее, всеми овладело чувство грандиозности предстоящей кампании. И тут же возник вопрос: где, у какого населенного пункта эта кампания завершится?!»

Ганс Бекер, танкист:

«На Восточном фронте мне повстречались люди, которых можно назвать особой расой. Уже первая атака обернулась сражением не на жизнь, а на смерть».

03:30

Начальник штаба Западного округа генерал-майор Владимир Климовских доложил о налете немецкой авиации на города Белоруссии. Через три минуты начальник штаба Киевского округа генерал Пуркаев доложил о налете авиации на города Украины. В 03:40 командующий Прибалтийским округом генерал Кузнецов сообщил о налете на Каунас и другие города.

Из воспоминаний И. И. Гейбо, заместителя командира полка 46-го ИАП, ЗапВО: «…У меня в груди похолодело. Передо мною — четыре двухмоторных бомбардировщика с черными крестами на крыльях. Я даже губу себе закусил. Да ведь это «юнкерсы»! Германские бомбардировщики Ю-88! Что же делать?.. Возникла еще одна мысль: «Сегодня воскресенье, а по воскресеньям у немцев учебных полетов не бывает». Выходит, война? Да, война!»

Что говорит про причины начала войны немецкая историческая наука?

Немецкие историки показывают совсем другую картину. Все прекрасно помнят результаты Первой мировой войны. Версальский мирный договор, подписанный в ноябре 1918 года, многими своими положениями унизил Германию. Немцы должны были выплачивать США и европейским государствам огромные, непосильные для разваленной экономики государства репарации. Также запрещалось иметь собственную армию. Часть территории Германии стала нейтральной демилитаризованной зоной.

Жизнь немцев вследствие таких жестких санкций стала невыносимой. Именно такая ситуация стала благодатной почвой для популяризации идей НСДП. Партийные лозунги очень быстро набирали популярность. Гитлер убедил всех немцев в необходимости отомстить тем странам, которые унизили Германию в Первой мировой войне. Исходя из распространенности этих взглядов и целенаправленной работы всей государственной машины на подъем уровня немецкого патриотизма, война рано или поздно началась бы. Кроме этого, немцы были уверены в том, что некоторые территории, которые входили на тот момент в состав других государств — Чехословакии, Польши, Австрии — должны были находиться под юрисдикцией Германии.

Гитлер также был настроен агрессивно против СССР. Он видел в Советском государстве конкурента в борьбе за мировое господство. Эти взгляды напрямую высказаны в книге Адольфа Гитлера «Моя жизнь», то есть это был элемент фашистской идеологии.

Коренной перелом: от Москвы до Курска

Когда 22 июня 1941 года вермахт вторгся на территорию Советского Союза, характер Второй мировой войны в Европе изменился. Прежде речь не шла о войне на уничтожение: большую часть польских пленных распустили по домам, голландских и бельгийских политических лидеров не объявляли подлежащими уничтожению, а французам после поражения и вовсе позволили создать пусть и марионеточное, но свое правительство.

В России все шло иначе — почти с самого начала борьба приняла ожесточенный характер. Под Москвой советские войска стояли намертво, не считаясь с потерями. В городе строили баррикады, готовили к взрывам предприятия. Но взрывать ничего не понадобилось (кроме водохранилищ на северо-западе). После нескольких недель тяжелейших боев, к концу ноября, немцы остановились в районе Солнечногорска, Клина, Дмитрова и Каширы. Последние резервы вермахта были брошены в бой.

Собрав пополнения, Красная армия перешла 5 декабря 1941 года в контрнаступление. 1,1 млн солдат и офицеров вынудили немцев перейти к обороне, а затем и отступить. К началу января германские части отбросили на 100 — 250 км по широкому фронту под Москвой. Гитлеровский план кампании 1941 года провалился.

Панорама «Сталинградская битва», фрагмент, худ. Р. Р. Френц. (Liveinternet)

Успешная оборона Москвы и срыв плана «Барбаросса» увеличили шансы СССР на победу в войне. Воодушевленный отступлением вермахта, Сталин считал, что немцев можно разбить уже в 1942 г. Однако разработанный под его руководством план нанесения «десяти сталинских ударов» привел к катастрофическим неудачам. Поражения под Харьковом и в Крыму, под Ленинградом и подо Ржевом дорого стоили Красной армии.

Вместо победы в войне в 1942 году сначала отстаивали линию фронта, пытаясь продвинуться вперед, а затем сдерживали натиск на южном направлении. К концу года Красной армии удалось одержать верх в решающей схватке — германская армия потерпела поражение в Сталинградской битве. 2 февраля 1943 года самое масштабное сражение войны завершилось полным разгромом немцев и капитуляцией 6-й армии во главе с фельдмаршалом Паулюсом.

Это поражение надломило моральный дух немцев. Стратегический перелом в пользу СССР завершился летом 1943 г. — победа в Курской битве означала перехват Красной армией стратегической инициативы в войне.

Теперь где бы ни наступал СССР, он пользовался преимуществом в небе и на суше — в танках, орудиях и живой силе. После попытки ликвидации Курского выступа немецкая армия была уже не в состоянии предпринять крупную наступательную операцию фронтового значения.

Для вермахта настали тяжелые времена. Поражения на Востоке дополнились наступлением сил антигитлеровской коалиции на Западе — сначала в Северной Африке, затем в Италии, а с 6 июня 1944 года — во Франции. Чрезвычайные оборонительные усилия лишь оттягивали неизбежный для Германии финал — отступление в 1944 г. из СССР, затем из стран Восточной Европы и, наконец, поражение в битве за Берлин 2 мая и капитуляция Германии 8 (9) мая 1945 г.

По мере того как шла война, а Красная армия пережила неудачный опыт, полководческое искусство советских командиров росло. В 1943 -1945 гг. выдающихся побед достигли Г. К. Жуков, К. К. Рокоссовский, И. С. Конев, Р. Я. Малиновский. Л. А. Говоров, А. М. Василевский и еще множество полководцев.

Судьбы многих из них складывались нелегко и до, и после войны, их биографии таят немало неожиданных поворотов: Л. А. Говоров служил когда-то прапорщиком у Колчака и стеснялся этого, скончался в довольно молодом возрасте (58 лет); Рокоссовский провел больше двух лет в тюрьме в годы сталинского Большого террора, во время войны был тяжело ранен; Малиновский едва не погиб, обвиненный в шпионаже еще во время Гражданской войны (правда, эта история быстро и благополучно закончилась). Все они — не статичные герои 1945 года, словно их памятники, но и просто люди со своими слабостями, недостатками, со своей историей.


С этим читают