Поступающим

Система

В пансионе много людей, которые тобой руководят: есть классный руководитель, дневные, ночные и воскресные воспитатели, начальник цикла (на обычном школьном языке это называется параллель). Не думаю, что воспитатели осознанно задались целью меня изводить — просто когда происходит какое-то нарушение дисциплины, в пансионе обязательно нужно найти крайнего, и этим человеком всегда оказывалась я. Вся эта система основана на поиске виновного, чувстве стыда и страха: тебя ставят перед всем циклом (это шестьдесят человек) и отчитывают за любую фигню. В любой момент можно было услышать крик: «Так, Иванова, встала!» Я до сих пор ненавижу, когда меня зовут по фамилии.


Все понимают, что могли бы оказаться на твоём месте, но тихо радуются, что не оказались. И педагоги разжигают вражду: например, начальница цикла говорила моим подругам, что не надо со мной водиться. Нам с самого начала вдалбливали, что нам очень повезло здесь оказаться и иметь такие возможности, что мы должны быть благодарны и не ныть, а то мигом отправимся домой. Говорили, что нельзя посрамить звание воспитанницы. При этом сами по себе мы как бы не существовали, только все вместе — коллектив.

Нам говорили, что если мы будем плохо себя вести, из пансиона пришлют телеграмму в папину часть — и папу уволят. Все в это верили и сидели тише воды ниже травы. Взрослым просто запугать ребёнка

У меня всегда было обострённое чувство справедливости, и вообще я восприимчивый человек. Я легко могла завести разговор о том, что что-то не так — например, почему у нас такие уродские туфли? Или почему нас плохо кормят? Нам давали только здоровую еду вроде брокколи — всё потому, что однажды в пансион приехал министр обороны и заявил, что девочки «полноваты стали». И после этого воспитанницам разрешали есть макароны и картошку только по субботам. Нам всё время говорили, что нас кормят как космонавтов. При этом часто бывало, что кто-то не успевал пообедать: заходишь последней, а всё вкусное разобрали — жуёшь капусту. Постоянно хотелось есть, особенно фастфуд и снеки: бургер, шаурму, чипсы. В увольнении мы обычно объедались ими и ещё старались пронести что-то с собой в пансион — но это было очень трудно, так как по возвращении нас обыскивали. Можно было держать в комнате шоколад и печенье, но немного — в противном случае, надо поделиться со всеми. Шоколадки у нас были как валюта: ты мне дашь списать домашку, я тебе шоколадку.

Стукачества было много, особенно в первый год. Но отчитать могли и вообще ни за что — например, если ты соскучилась по родителям и плачешь, а подруги пришли тебя утешить. Тебя могли потом вызывать на ковёр и сказать: «Почему ты устраиваешь в комнате сборища во время самоподготовки, мешаешь другим?» Часто наказывали за слова, высказанные в частном разговоре. Утром ты шла с завтрака и обсуждала с подругой, какая противная еда, а вечером приходит воспитатель и так театрально перед всем классом говорит: «Я хочу у вас спросить: кого-то здесь что-то не устраивает? Кому-то здесь не нравится?» Все молчат, и тут кричат: «Иванова, а ну-ка встань и повтори то, что ты раньше сказала». А я даже не понимаю, о чём речь — ведь любой разговор могла услышать воспитательница и передать руководству. Нам говорили, что если мы будем плохо себя вести, из пансиона пришлют телеграмму в папину часть — и папу уволят. Все в это реально верили и сидели тише воды ниже травы. Взрослым просто запугать ребёнка.

Однажды мы с подругой Катей переписывались на уроке английского. Передавали обычные бумажки — в учебном корпусе телефонами пользоваться было нельзя. Мы только-только приехали с каникул, не виделись целый месяц, и Катя рассказывала, что она за это время начала встречаться с парнем. Я спрашивала, что он, какой он, в записках были матерные слова — она написала, что он ох***й, что-то такое. Обсудили и забыли. Проходит несколько дней, и нас с Катей в срочном порядке вызывают с уроков и ведут сразу к замдиректора. Тащат туда, ничего не объясняя. Заходим в кабинет — а на столе наши записки. Оказывается, ночная воспитательница залезла в мой пенал, который лежал в моей комнате, а там была смятая бумажка. Воспитательница достала её, прочитала, отнесла начальнику цикла, а та — начальнику ещё выше, и нам устроили скандал. Катя стояла и плакала, а я искренне не понимала, в чём проблема — какого чёрта они залезли и прочитали мою записку? После того момента Кате сказали, чтобы она держалась от меня подальше, потому что я «проблемная». Наверное, с их точки зрения, это действительно было так.

Флешбэки

Я долго думала над тем, слабость это или сила — совершить такой поступок, как я. Слабым человеком я назвать себя, наверное, не могу, но у меня с тех пор точно есть психологические трудности, которые мешают жить. Я хотела бы, чтобы такого ни с кем больше не происходило. Пока существует эта советско-армейская манера воспитания, дети будут выходить оттуда покалеченными — будут стоять и улыбаться на фотографии, с дипломом МГУ, обязательно замужем, с хорошей работой, но внутри останется ад. Большинство девочек, за которыми я слежу в соцсетях, вообще нигде не указывают, что учились в пансионе, как будто этого и не было — чем тут гордиться? Многие поступают не в «лучшие вузы страны», а в обычные институты в своих родных городах. Тогда совсем не понятно, зачем было столько убиваться.


После пансиона запросто можно устроить военную карьеру, поступить дальше без экзаменов. Но сейчас я не представляю, как можно из одной формы, от которой мы все так устали, сразу же переодеться в другую. Мой папа, хотя тоже военный, ненавидит все эти структуры, он вообще анархист в душе. Да, в пансионе никто тебя не будет бить или штрафовать, но морально тебя могут уничтожить и поломать очень сильно. Моя мама как-то хорошо сказала: когда собираешь веник, не бывает так, что все прутики собираются вместе, какие-то всё равно будут выбиваться — вот я была таким прутиком.

В пансионе тебя не существует как единицы. Нет Юли — есть воспитанница. Нам всё время пытались внушить, что мы сверхлюди, что мы самые лучшие и сильные. Эта установка очень мешает, когда выходишь в большой мир. Безусловно, это хорошо, когда ты силён морально, когда можешь существовать в условиях стресса, справляешься с нагрузками. Но я думаю, что в человеке нужно воспитывать в первую очередь личность. Каждая девочка особенная, у неё может быть своенравный характер, слабости, желание быть простым человеком, а не боевым солдатом, гордо несущим звание «воспитанница». Я думаю, нужно всегда говорить, если тебя обижают, уходить, если тебя не слышат, и не поддаваться, когда пытаются сломать. Искренне желаю всем девочкам, которые учатся в пансионе, не верить в то, что без него они не смогут стать достойными людьми. Можно не уметь танцевать вальс, не знать французского языка, но быть личностью, у которой есть взгляды, здоровое желание их отстаивать и самостоятельные, а не навязанные воспитателем выводы. Быть прутиком, выпавшим из веника, — не самая плохая альтернатива. Особенно когда весь мир давно перешёл на уборочные машины.

Мне до сих пор снятся кошмары о пансионе, могу вскочить посреди ночи, потому что мне приснилось, что меня опять отчитывают при всех. Я редактор, но даже при обычном спокойном диалоге с автором у меня потеют ладони. Я думаю, что теперь автор расскажет всем в редакции, что я плохой сотрудник и человек, и никто за меня не вступится, и меня выгонят. Это быстро проходит, но в моменте очень страшно. Плохое, конечно, забывается, но бывают ситуации, которые возвращают в прошлое. Например, как-то в университете я не успевала сделать работу, накопипастила и меня спалили, ну и поругали. Это был вьетнамский флешбэк. Казалось бы, чего тут такого страшного — но я стою, слёзы ручьём, и кажется, что все меня бросят и отвернутся — всё как в пансионе.

Сейчас у меня большие проблемы с доверием. В пансионе было очень много умалчивания, стукачества, и я не помню, чтобы кто-то из девочек хоть раз заступился за меня перед начальством и сказал, что всё было не так, как они представляют. Сейчас у меня очень высокие требования к друзьям. С девочками из пансиона мы подписаны друг на друга в инстаграме, ставим лайки друг другу, но близко не общаемся. У меня нет и не было к ним претензий. Я считаю, что во всём виновата среда, в которой мы находились, и взрослые, которые её поддерживали.

Большинство бывших воспитанниц такие же травмированные, как и я. Я в этом убедилась полтора года назад. На тусовке оказалась девочка, с которой мы учились вместе — она была в другом классе, и я её совсем не помню. Мы с ней разговорились, обсуждали пансион, и я сказала: «Да ладно, не парься, всё это уже закончилось». И тут она резко разрыдалась. И я стояла и обнимала её — это незнакомый мне человек, но я прекрасно понимала, что с ней происходит.

Уважаемые родители кандидатов!


Прием в 2020 году в  ФГКОУ «Московский кадетский корпус «Пансион воспитанниц МО РФ» (далее Пансион воспитанниц МО РФ) и его филиал в г. Санкт-Петербурге  осуществляется только  в 5-е классы на конкурсной основе из числа годных по состоянию здоровья  несовершеннолетних граждан Российской Федерации, имеющих соответствующие классу поступления уровень образования и возраст и подавших заявление о приеме на обучение (далее кандидаты).

В своей работе приемная комиссия Пансиона воспитанниц МО РФ  руководствуется следующими нормативными документами:

  • Федеральным Законом от 29.12.2012 г. № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» (с изменениями и дополнениями);
  • Приказом Министра обороны РФ № 515 от 21 июля 2014 г. «Об утверждении Порядка организации и осуществления образовательной деятельности в федеральных государственных общеобразовательных организациях со специальными наименованиями «президентское кадетское училище», «суворовское военное училище», «нахимовское военно-морское училище», «кадетский (морской кадетский) военный корпус» и в профессиональных образовательных организациях со специальным наименованием «военно-музыкальное училище», находящихся в ведении Министерства обороны Российской Федерации, и приёма в указанные образовательные организации»;
  • Приказом Министра обороны РФ № 611 от 09 октября 2015 г. «О внесении изменений в Порядок организации и осуществления образовательной деятельности в федеральных государственных общеобразовательных организациях со специальными наименованиями «президентское кадетское училище», «суворовское военное училище», «нахимовское военно-морское училище», «кадетский (морской кадетский) военный корпус» и в профессиональных образовательных организациях со специальным наименованием «военно-музыкальное училище», находящихся в ведении Министерства обороны Российской Федерации, и приема в указанные образовательные организации, утвержденный приказом Министра обороны Российской Федерации от 21 июля 2014 г. N 515»;
  • Приказом Министерства здравоохранения РФ от 10 августа 2017 г. № 514н «О Порядке проведения профилактических медицинских осмотров несовершеннолетних»;
  • Методикой отбора кандидатов из числа несовершеннолетних граждан женского пола для зачисления  в ФГКОУ «Московский кадетский корпус «Пансион воспитанниц Министерства обороны Российской Федерации» и его филиал в г. Санкт-Петербурге, утвержденной начальником Главного управления кадров Министерства обороны Российской Федерации.

В соответствии с требованиями приказа Министра обороны Российской Федерации от 21 июля 2014 года №515 («Об утверждении Порядка организации и осуществления образовательной деятельности в федеральных государственных общеобразовательных организациях со специальными наименованиями «президентское кадетское училище», «суворовское военное училище», «нахимовское военно-морское училище», «кадетский (морской кадетский) военный корпус» и в профессиональных образовательных организациях со специальным наименованием «военно-музыкальное училище», находящихся в ведении Министерства обороны Российской Федерации, и приёма в указанные образовательные организации») заявления родителей (законных представителей) кандидата на имя начальника училища о приеме кандидата и прилагаемые к нему документы (далее – личное дело) ежегодно с 15 апреля до 1 июня предоставляются в Пансион воспитанниц МО РФ или филиал в г. Санкт-Петербурге непосредственно (на КПП) или через операторов почтовой связи общего пользования (почта), курьером (курьерская служба доставки).

Конкурсные вступительные испытания кандидатов проводятся ежегодно в период  с 1 по 15 июля в течение одного дня, в ходе которых проводятся:

  • вступительные испытания по общеобразовательным предметам (предметное тестирование по русскому языку, математике и иностранному языку).
  • определение психологической готовности кандидатов к обучению;
  • определение физической подготовленности кандидатов;

В случае возникновения дополнительных  вопросов Вы можете обращаться  по телефонам  Приемной комиссии   8(495) 946-03-95.

Поступление


Когда я оканчивала пятый класс, в воинскую часть, где работал мой папа, пришла телеграмма. Она сообщала о наборе в новую московскую школу для дочерей военнослужащих — Пансион воспитанниц Министерства обороны. Текст обещал золотые горы, и преувеличений в нём почти не было: в пансионе действительно есть всё, чтобы получить прекрасное образование и потом поступить в лучшие вузы страны. Огромное количество кружков, секций, можно развивать себя со всех сторон. Ещё обещали конные прогулки, балы и экскурсии.

Я росла в маленьком военном городке в Архангельской области, который до сих пор не отошёл от 90-х. Мои ровесники ругались матом и бухали — в общем, ничего необычного. Конечно, я загорелась желанием попасть в пансион — родители меня даже не уговаривали.

Не могу сказать, что поступить было очень сложно, обычные задания. Сдавали три экзамена — русский, английский, математику — и кучу психологических тестов, как в любое военное училище

После поступления нам рассказали, что при отборе именно на них обращают внимание в первую очередь. Потом было собеседование, на котором я отвечала на базовые вопросы: какая Северная столица России, когда была Великая Отечественная война и так далее

Смотрели, и как ты отвечаешь, и как ты вообще общаешься — у меня были горящие глаза, мне было всё интересно, так что я прошла. В августе мы узнали, что я поступила. Родители в тот день выпили одиннадцать бутылок шампанского, отмечал весь двор. Конечно, им было грустно со мной расставаться: мама рыдала, я рыдала, папа, который меня вёз в пансион, тоже. Всё это неслабый стресс, если честно.


С этим читают