Павел грачев: «боевой генерал» и «паша-мерседес»

Награды

  • Герой Советского Союза (май ).
  • Два ордена Ленина.
  • Орден Красного Знамени.
  • Орден Красной Звезды.
  • Орден «За службу Родине в Вооружённых Силах СССР» III степени.
  • Орден «За личное мужество» (октябрь , «за мужество и отвагу, проявленные при пресечении вооружённой попытки государственного переворота —4 октября 1993 года»).
  • Орден «Знак Почёта».
  • Два ордена Красного Знамени (Афганистан).
  • Памятная юбилейная медаль «Манас-1000» (27 октября 1995 года, Киргизия) — за вклад в укрепление дружбы и сотрудничества между народами Кыргызской Республики и Российской Федерации.
  • Почётный гражданин Еревана (1999).
  • Благодарность Президента Российской Федерации (14 августа 1995 года) — за активное участие в подготовке и проведении празднования 50-летия Победы в Великой Отечественной войне 1941—1945 годов.
  • Почётный гражданин Тульской области.

Оценки

Положительные

Геннадий Трошев, генерал-полковник, Герой России в своих мемуарах «Моя война. Чеченский дневник окопного генерала» дал свою, разностороннюю оценку Грачёва, уделив место и отрицательным сторонам его деятельности, и положительным:

Герой России генерал армии Пётр Дейнекин:

Критика

Генерал армии Родионов, Игорь Николаевич:

По мнению главы Общественного совета при Минобороны РФ Игоря Коротченко, который в 1994 году потерял своё место в Генштабе именно при Грачёве, у экс-министра были недостатки, главными из которых являлось втягивание армии во внутриполитический конфликт 1993 года, а также неготовность армии к войне в Чечне, но были и позитивные моменты. Главный плюс его деятельности — сохранение контроля над ядерным оружием.

Маршал Советского Союза Дмитрий Язов:

Блеск и нищета элиты

Грачев лишился должности не за проигранную войну, а из-за плохих отношений с Александром Лебедем.


Командуя в 1992 году российскими войсками в Приднестровье, Лебедь приобрел в армии и обществе репутацию решительного человека и «защитника русских». По мнению наблюдателей, Грачев вынудил его уйти с военной службы, опасаясь конкуренции.

Получив в первом туре президентских выборов 1996 года 14,52% голосов, Лебедь призвал своих сторонников поддержать во втором туре Ельцина в обмен на пост секретаря Совета безопасности с расширенными полномочиями.

Он продержался в Кремле недолго, но в промежутке между первым и вторым турами Ельцин готов был выполнить любое желание нового союзника. Через два дня после заключения сделки он отправил Грачева в отставку. По настоянию Лебедя министром был назначен генерал Игорь Родионов, известный благодаря его роли в разгоне безоружного митинга в Тбилиси 9 апреля 1989 года, вошедшего в историю как «

ночь саперных лопаток».

После ухода в отставку Грачев вел частную жизнь, не оставил мемуаров и редко появлялся на публике. До апреля 2007 года он работал советником гендиректора компании «Росвооружение», затем советником директора омского радиозавода имени Попова.

Комментируя жизненный путь покойного, Павел Святенков утверждает, что он «стремился выполнять любые приказы властителей» в силу особенностей политической системы, сформировавшейся во времена СССР.

«У них одно общее качество: их можно пнуть. На Западе человек, занимавший высшую должность, как правило, навсегда остается частью политической элиты. Если бы Грачев жил в Соединенных Штатах, после отставки он остался бы влиятельным человеком. Более того, мог бы даже вернуться на свой пост, как это сделал министр обороны США при Форде Рамсфельд, который вновь занял министерский пост при Буше-младшем. В Китае отставной министр, скорее всего, сохранил бы влияние на военное ведомство и долгие годы был бы влиятельным теневым политиком. Увы, сложившаяся в Советском Союзе система не нуждалась в политической элите. Ее руководители были временщиками, старавшимися усидеть в своих креслах любой ценой. Грачев был продуктом этой системы», — считает эксперт.

От комдива до министра

Будущий министр обороны Павел Сергеевич Грачев появился на свет 1 января 1948 года. Через 47 лет после этого события столь заурядный, казалось бы, факт станет роковым для солдат 131-й Майкопской мотострелковой бригады, брошенных в знаменитую кровавую новогоднюю ночь с 1994 на 1995 год без разведки, без прикрытия с воздуха, в узкие улочки Грозного и почти полностью полегших под огнем чеченских гранатометов. Как говорили тогда злые языки, подчиненные хотели сделать подарок своему министру на день рождения, взяв Грозный одним ударом. Но это будет много позже.

Первую ступень военного образования Грачев прошел в Рязанском высшем воздушно-десантном командном училище, после окончания которого в 1969 году служил командиром разведвзвода отдельной разведроты дивизии. Однако на этом Грачев не остановился, и в 1981 году окончил Военную академию имени Фрунзе, а в 1991 году — Академию Генштаба.

Военная карьера будущего министра началась в Афганистане, куда он попал в 1982 году и где провел в общей сложности пять лет. В составе «ограниченного контингента» он командовал дивизией ВДВ, был 8 раз контужен и несколько раз ранен, а после вывода войск в 1989 году получил Звезду Героя Советского Союза «за выполнение боевых задач при минимальных людских потерях» — это говорит о том, что Грачев был хорошим комдивом.

Дальше следует ошеломляющий взлет — путь от комдива до министра обороны страны Грачев прошел менее чем за полтора года. С 30 декабря 1990 года Грачев командует Воздушно-десантными войсками СССР. Затем наступает август 1991 года, так называемый «первый путч», во время которого, как и потом, во время второго путча в октябре 1993 года, Грачев вел себя неоднозначно, что, правда, не помешало его продвижению по службе. Сам Грачев не раз заявлял, что с первых часов августовского путча поддержал Бориса Ельцина, однако, как потом публично рассказывал бывший подчиненный Грачева Александр Лебедь, Павел Сергеевич очень долго не мог определиться, кого же ему поддерживать — ГКЧП или Ельцина. Во всяком случае, сначала Грачев выполнил приказ ГКЧП о введении войск в Москву, перебросив в столицу 106-ю Тульскую десантную дивизию, взявшую под охрану стратегически важные объекты, а уж затем, за три часа до предполагаемого штурма Белого дома, передумал и отправил на его защиту танки и личный состав. Это было правильное решение, так как затем, после победы над ГКЧП, Грачев пошел на повышение и 23 августа 1991 года не только занял пост председателя Государственного комитета РСФСР по оборонным вопросам, но и по представлению Ельцина был повышен в звании до генерал-полковника и назначен первым заместителем министра обороны СССР. Дальше — еще быстрее вверх по карьерной лестнице. С января по март 1992 года Грачев — первый заместитель главкома Объединенными Вооруженными Силами СНГ, с 3 апреля — первый заместитель министра, а с 18 мая 1992 года — министp обоpоны Российской Федерации.

События октября 1993 года Грачев встретил уже на посту главы военного ведомства страны, однако опять продемонстрировал нерешительность. Как писал в своих воспоминаниях сам Ельцин, Грачев упорно не выполнял его телефонный приказ о введении войск в Москву. В ночь с 3 на 4 октября Борису Ельцину и Виктору Черномырдину пришлось лично приехать в Министерство обороны. Грачев начал действовать только после письменного приказа президента. Действовал он, правда, так, что мало не показалось никому — Белый дом был расстрелян из танковых орудий, за что Грачева наградили орденом «За личное мужество» и назначили членом Совета безопасности России.

«Ответственный за войну»

В одном из редких интервью после ухода в отставку, данном газете «Труд» в 2001 году, Грачев заявил: «Меня назначили ответственным за войну».

«Он был категорически против войны в Чечне. И на него ее как раз и повесили те, кто, бегая по кремлевским коридорам, орал, что мы их (чеченов) шапками закидаем, а когда все пошло наперекосяк — обвинили во всем Пашу», — утверждает Альфред Кох.

«Ее инициатором был не он. Если говорить о новогодней операции, то я совершенно точно знаю, так как был участником тех событий, что Грачев не собирался штурмовать Грозный, это было решение ближайшего окружения Бориса Ельцина», — говорит Павел Поповских.


31 марта 1992 года парламент Чечни объявил о национализации находившихся на территории Чечни вооружений советской армии. На следующий день Дудаев потребовал вывода российских войск.

Вскоре чеченский президент и представитель минобороны России генерал-лейтенант Строгов подписали соглашение о разделе военного имущества. 28 мая Павел Грачев утвердил его приказом.

В результате Дудаеву достались 42 танка, 34 БМП, 139 орудий, 20 передвижных зенитных установок «Шилка», 2,5 тысячи автоматов, 27 вагонов боеприпасов, пять истребителей «Миг», 260 учебных самолетов, которые технически можно было переоснастить в боевые.

Оппоненты впоследствии обвиняли Ельцина и Грачева в измене. Но что российским военным оставалось делать, когда местные жители захватывали оружейные склады, избивая солдат, причем впереди толпы шли женщины и подростки?

Приказать «стрелять в народ» руководители России на том этапе были совершенно не готовы, а армейские командиры не хотели брать на себя ответственность в таком щекотливом деле.

Занимавший в то время пост главы президентской администрации Сергей Филатов возлагает большую часть вины за то, что Москва и Грозный не смогли договориться, на Руцкого и Хасбулатова, который, вопреки распространенному мнению, отнюдь не покровительствовал режиму в Грозном, а желал иметь Чечню в качестве собственного тыла и был недоволен тем, что там заправляют совсем другие люди.

Как заявил бывший кремлевский чиновник Русской службе Би-би-си, именно Хасбулатов, чье мнение как чеченца в данном вопросе имело вес, во многом сформировал непримиримую позицию Москвы, а к тому времени, когда он был отстранен от власти, конфликт уже зашел слишком далеко.

Джохар Дудаев готов был вести переговоры, во-первых, с позиции свершившихся фактов, во-вторых, исключительно с Ельциным, а тот считал ниже своего достоинства садиться за стол с «нелегитимным сепаратистом».

Многие историки уверены, что россияне, поддержавшие на думских выборах в декабре 1993 года партию Жириновского, фактически проголосовали за войну. Ельцин решил, что народ хочет «сильной руки».

После провала предпринятой 23-24 ноября 1994 года попытки взять Грозный силами чеченской оппозиции, которым придали 40 российских танков с экипажами, тайно завербованными в Кантемировской дивизии, телеканалы показали на весь мир оборванных и насмерть перепуганных российских военнослужащих.

«Операция была подготовлена из рук вон плохо и закончилась плачевно, — пишет историк Леонид Млечин. — Многие политики попадали в глупое положение, поверив обещаниям спецслужб обделать заковыристое дельце без шума и пыли».

Ельцин воспринял случившееся как личное оскорбление. На волне эмоций было принято решение ввести в Чечню войска.

На заседании Совета безопасности России 30 ноября Грачев, как и другие, проголосовал за войну, но предлагал перенести операцию на весну.

Услышав упреки в нерешительности, министр вышел из себя, произнес впоследствии дорого обошедшуюся ему фразу, что, если нужно, порядок в Чечне можно навести за два часа одним парашютно-десантным полком, а на вопрос, сколько времени ему требуется для подготовки, ответил: «Три дня».

Тут не выдержал премьер Черномырдин: «Павел Сергеевич, ты хоть десять дней-то возьми!».

В январе 1995 года Грачев заявил на пресс-конференции, что «восемнадцатилетние юноши» в Чечне якобы умирают в бою «с улыбкой», при этом обозвав депутатов Сергея Ковалева и Сергея Юшенкова «предателем» и «гаденышем».


Чеченцы не разбежались при первых же выстрелах, как рассчитывали в Москве. Зато российская армия продемонстрировала слабую боевую подготовку, низкий уровень координации и разведки. Тем не менее, Грачев говорил, что опыт боевых действий в Чечне в училищах и академиях изучать не нужно, потому что это «ненастоящая война».

Ельцин, однако, поддерживал его и в разгар нападок назвал «лучшим министром обороны в истории России».

На посту министра

В мае 1992-го Павел Сергеевич стал министром обороны РФ и получил звание генерала армии. Во время интервью корреспонденту газеты «Труд» Грачев признался, что не считал себя достойным такого высокого поста (опыта, дескать, маловато). Но Борис Ельцин его переубедил. Грачев сформировал кабинет военного ведомства, подобрав в него людей из числа служивших в Афганистане.

Министр выступал против быстрого вывода войск из Прибалтики, Средней Азии и Закавказья, справедливо полагая, что для военнослужащих сначала нужно создать условия на родине, а затем уже переводить их на новое место службы. Грачев стремился укрепить российскую армию, запретив образование политизированных организаций в ее рядах.

Президент или народ?

По мнению журналиста Виктора Баранца, главная ошибка генерала заключается в том, что он пытался служить Президенту, а не народу. «Таково было свойство того тяжелого, мутного, грязного времени, которое мы пережили в 90-е годы» – говорит он. Грачев был готов ради Ельцина на все. Подобную преданность многие презирали. «Это был самый верный страж Президента, самый яростный бультерьер» – говорит Виктор Баранец.

И это, действительно, так. Подтверждением служит новогодний штурм Грозного, которого генерал не хотел, но не посмел пойти против Президента, поступился совестью и «предал» свой народ. Это был момент выбора, и он оказался неправильным. Буквально через год Ельцин отвернется от него ради победы на выборах.

Памятник генералу на Новодевичьем кладбище

Сложно судить, каким на самом деле был Павел Сергеевич. Это как с теорией относительности, откуда посмотреть. Те, кто знал его как военного, называют Грачева человеком чести. В их числе бывший руководитель ФСБ С. Степашин и Министр Сергей Шойгу, который лично открывал памятник генералу. Но для народа и соратников Д. Холодова, которые знают о хищениях, для матерей и отцов, дети которых погибли в Чечне и просто пострадали, проходя службу в армии, он навсегда останется Пашей Мерседесом.

Чтобы составить собственное мнение о генерале, смотрите большое интервью с ним:

Министр обороны

С 18 мая 1992 года — министр обороны Российской Федерации. Сам Павел Грачёв, отвечая на вопрос корреспондента газеты «Труд» Виктора Хлыстуна о причинах своего назначения на пост первого министра обороны России после распада СССР, вспоминал:

Большинство высшего руководства Министерства сформировал из числа генералов, которых лично знал ещё по совместной службе в Афганистане. Выступал против ускоренного вывода частей российских войск, дислоцированных за пределами бывшего СССР, в Прибалтике, Закавказье и некоторых районах Средней Азии, обосновывая это тем, что Россия пока не располагает ресурсами, необходимыми для решения социально-бытовых проблем военнослужащих и членов их семей. Стремился не допустить ослабления единоначалия в армии, её политизации: им были запрещены Всероссийское офицерское собрание, Независимый Профсоюз военнослужащих и прочие политизированные армейские организации.

В июне 1992 года Грачёв приказал передать Дудаеву половину всего оружия российской армии, имевшегося на территории Чечни. По словам Грачёва, это был вынужденный шаг: боеприпасы всё равно фактически находились в распоряжении боевиков, к тому же вывезти их не представлялось возможным из-за отсутствия эшелонов и военнослужащих. Спустя 2,5 года это оружие стреляло по российским солдатам.

23 декабря 1992 года, при формировании нового состава Совета Министров, Грачёв был переназначен на пост министра обороны.

Министр обороны РФ генерал армии П. С. Грачёв, министр обороны Украины В. Н. Шмаров и министр обороны США Уильям Перри. 4 июня 1996 года.

В первое время почти не подвергался критике ни со стороны Президента России, ни со стороны коммунистической оппозиции. Заявлял, что «армия … не должна вмешиваться в разрешение внутриполитических проблем, какими бы острыми они не являлись». Однако после своих заявлений во время конституционного кризиса в стране осенью 1993 года о поддержке Президента армией, отношение оппозиции к Грачёву изменилось на резко критическое. В марте 1993 года Грачёв, как и другие силовые министры, явно дал понять, что принял сторону Президента. Во время начавшихся в Москве 3 октября беспорядков, после некоторого промедления, вызвал в город войска, которые на следующий день после танкового обстрела штурмом взяли здание парламента.

В мае 1993 года был введён в состав рабочей комиссии по доработке проекта новой Конституции России.

20 ноября 1993 года указом Президента назначен членом Совета Безопасности России.

30 ноября 1994 года указом Президента России был включён в Группу руководства действиями по разоружению бандформирований в Чечне. В последнем своём телеинтервью каналу «Ностальгия» (2011) Грачёв сообщил, что дважды выступал на заседаниях Совета безопасности РФ против ввода войск в Чечню, однако не встретил понимания руководства страны — Б. Ельцина и, в особенности, В. Черномырдина, который даже предлагал за пацифистские настроения немедленно отправить министра обороны в отставку. В декабре  — январе из штаба в Моздоке лично руководил боевыми действиями российской армии в Чеченской Республике. После провала нескольких наступательных операций в Грозном вернулся в Москву. С этого времени в периодике всего политического спектра подвергался резкой критике за фактический отказ от преобразований в армии, за её неудачи в восстановлении порядка в Чечне и «за политику, проводимую в корыстных интересах высшего генералитета». Выступал за поэтапное сокращение Вооружённых Сил на период до 1996 года, считал, что армию нужно формировать по смешанному принципу с последующим переходом на контрактную основу.

Указом Президента от 17 июня 1996 года отправлен в распоряжение Верховного главнокомандующего. Решение было принято в результате предвыборной договорённости Б. Ельцина и А. Лебедя.

Скандалы

В 1997-м Павел Грачев был назначен советником гендиректора «Росвооружения». В следующем году – советником гендиректора компании «Рособоронэкспорт». В 2007-м Грачева уволили с последней должности в связи с «упразднением» поста.

Одним из самых громких скандалов, связанных с именем Грачева, стало дело о коррупции в высшем войсковом руководстве частей, расположенных на территории Германии. Это было в начале 1990-х. Александр Лебедь заявил, что Грачев причастен к махинациям и на добытые нечестных путем деньги приобрел за границей несколько «Мерседесов». По этому делу Грачев к ответственности привлечен не был, но и никак не оправдывался. Позднее в «Московском комсомольце» была опубликована обличительная статья на эту тему. В ней журналист назвал Павла Грачева «Пашей-Мерседесом». И это прозвище к министру приклеилось прочно. За «коррупционную тень», странные высказывания, а также очень резкие выступления против политических оппонентов Грачев заслужил недобрую славу.

Армия и политика

В начале 1991 года успешного генерала-«афганца» назначили командующим ВДВ.

Отборные элитные войска всегда рассматривались в СССР и России как лейб-гвардия. Их значение объективно возрастает в периоды нестабильности. Непривычный к этому Грачев сразу стал политической фигурой и оказался в эпицентре бурных событий.

По данным следствия по «делу ГКЧП»,


председатель КГБ Владимир Крючков 6 августа 1991 года, через два дня после отъезда Горбачева в Форос, пригласил к себе Грачева и генералов КГБ Алексея Егорова и Вячеслава Жижина и поручил им подготовить стратегический прогноз и перечень мер по обеспечению чрезвычайного положения.

8 августа генералы заявили о нецелесообразности введения ЧП до подписания Союзного договора. «После 20 августа будет уже поздно», — ответил Крючков.

Несомненно понимая, что должно произойти, Грачев не предупредил ни Горбачева, ни Ельцина, и в половине пятого утра 19 августа согласно приказу поднял по боевой тревоге и направил в Москву 106-ю Тульскую дивизию ВДВ.

Однако когда Борис Ельцин позвонил ему с дачи в Архангельском, то, положив трубку, уверенно заявил соратникам: «Грачев — наш». Примечательно, что Грачев наряду с главами союзных республик оказался в числе людей, с кем Ельцин счел необходимым поговорить немедленно.

Около 23:00 20 августа, когда готовился штурм Белого дома, советник Ельцина Юрий Скоков встретился с Грачевым на улице возле штаба ВДВ. По словам Скокова, Грачев попросил передать руководству России, что «он русский и никогда не позволит, чтобы армия проливала кровь своего народа».

После провала путча Грачев был назначен первым заместителем нового министра обороны СССР Евгения Шапошникова. Он же стал первым военачальником, получившим в новой России звание генерала армии.

Еще раз Грачев оказался перед драматическим выбором 3 октября 1993 года. После того, как сторонники Верховного Совета захватили здание московской мэрии и попытались штурмовать телецентр в «Останкино», а Александр Руцкой с балкона Белого дома провозгласил: «Завтра — на Кремль!», Борис Ельцин потребовал ввести в Москву танки.

Грачев на совещании попросил письменного приказа.

Генерал Виктор Карпухин, в дни путча 1991 года командовавший группой «Альфа», впоследствии говорил, что слова, будто армия и «Альфа» «отказались стрелять в народ», звучат красиво, но военные выполнили бы приказ, получи они его в ясной недвусмысленной форме. Однако члены ГКЧП юлили, фактически ставя вопрос таким образом: было бы неплохо, чтобы вы взяли Белый дом, но учтите, что мы ни при чем.

Ельцин недостатком решительности не страдал и за чужие спины не прятался. Хотите письменный приказ — пожалуйста!

Танки произвели по Белому дому 12 выстрелов, из них десять незаряженными болванками. Только два снаряда были боевыми, они-то и вызвали в здании пожар.

По оценкам многочисленных инсайдеров, большинство российских силовиков в 1993 году не питали большой любви к президенту и его реформам. Но Ельцин все же являлся в их глазах ответственным и предсказуемым человеком, а захват власти молодыми радикалами, засевшими в Белом доме, мог привести к чему угодно, вплоть до гражданской войны или вооруженного конфликта с Западом.

Даже плохой порядок был в глазах генералов предпочтительнее хаоса, сравнимого со Смутой начала XVII века.

Общее отношение выразил командир Кантемировской дивизии Борис Поляков, заявивший в те дни: «Для меня Руцкой — это Лжедмитрий».

«Что бы там ни говорилось о Грачеве, но он совершенно не желал политизации армии и боролся с этим всеми силами. Когда Грачев сделал выбор и перешел к полной поддержке Ельцина в противостоянии с Верховным Советом, сделал он это по простейшей причине: искренне полагал, что так будет лучше для армии, и видел в Ельцине хоть какой-то, но стабилизатор обстановки», — указывает военный обозреватель агентства РИА Новости Константин Богданов.


С этим читают