Пушка «дора» как самое мощное и бесполезное орудие второй мировой

Психологическое оружие

Зарождению мифов вокруг «Доры» способствовало и действие ее 7-тонных снарядов, эффективность которых была близка к… нулю! Из 53 выпущенных 800-мм снарядов лишь 5 поразили цель. Наблюдательными постами дивизиона 672 отмечены попадания по батарее № 365, опорному пункту стрелкового полка 95-й стрелковой дивизии и по командному пункту зенитного дивизиона 61-го полка ПВО.


Правда, Манштейн в своей книге «Утерянные победы» писал: «Орудие одним выстрелом уничтожило большой склад боеприпасов на берегу бухты Северная, укрытый в скалах на глубине 30 м». Заметим, что ни одна из штолен Сухарной балки не была взорвана огнем немецкой артиллерии до последних дней обороны Северной стороны Севастополя, то есть до 25−26 июня. А взрыв, о котором пишет Манштейн, произошел от детонации боезапаса, открыто выложенного на берегу бухты и подготовленного для эвакуации на Южную сторону. При стрельбе по остальным объектам снаряды легли на расстоянии от 100 до 740 м от цели.

Штаб 11-й германской армии выбирал цели довольно неудачно. В первую очередь целями для бронебойных снарядов «Доры» должны были стать береговые башенные батареи № 30 и № 35, защищенные командные пункты флота, Приморской армии и береговой обороны, узлы связи флота, штольни подземных арсеналов, спецкомбинаты № 1 и № 2 и склады горючего, укрытые в толще Инкерманских известняков, однако по ним почти не стреляли.

Что же касается восьми снарядов, выпущенных по береговой батарее № 16, то это не что иное, как конфуз немецкой разведки. Установленные там 254-мм пушки были сняты еще в конце 1920-х годов, и с тех пор там никого не было. Кстати, я облазил и отснял всю батарею № 16 вдоль и поперек, но никаких серьезных повреждений не обнаружил. Позже начальник Генерального штаба вермахта генерал-полковник Гальдер оценил «Дору» так: «Настоящее произведение искусства, но, к сожалению, бесполезное».

Орудие-призрак

Гестапо объявило весь район запретной зоной со всеми вытекавшими из этого последствиями. Принятые меры оказались столь успешными, что ни о прибытии в Крым, ни даже о самом существовании «Доры» советское командование так и не узнало до 1945 года!

Вопреки официальной истории командование Черноморского флота во главе с адмиралом Октябрьским творили одну глупость за другой. До 1943 года оно свято верило, что еще в июне 1941-го в Черное море вошел итальянский флот, и вели с ним упорные бои — ставили минные заграждения, бомбили мифические вражеские подводные лодки и торпедировали существовавшие только в воспаленном воображении вражеские корабли. В результате от собственных мин и торпед погибли десятки боевых и транспортных кораблей Черноморского флота! Командование Севастопольского оборонительного района то отправляло под трибунал за паникерство красноармейцев и младших командиров, докладывавших о взрывах огромных снарядов, то, наоборот, докладывало в Москву о применении немцами 24-дюймовых (610-мм) железнодорожных установок.

После окончания боев в Крыму в мае 1944 года специальная комиссия занималась поиском огневой позиции сверхтяжелого орудия в районах сел Дуванкой (ныне Верхнесадовое) и Заланкой (Фронтовое), но безуспешно. Документов об использовании «Доры» также не оказалось среди трофеев Красной армии, захваченных в Германии. Поэтому советские военные историки сделали вывод, что «Доры» под Севастополем вообще не было, а все слухи о ней — дезинформация абвера. Зато писатели «оттянулись» по «Доре» по полной программе. В десятках детективных историй героические разведчики, партизаны, летчики и моряки находили и уничтожали «Дору». Нашлись люди, которые «за уничтожение «Доры»» были награждены правительственными наградами, а одному из них даже присвоили звание Героя Советского Союза.

История

После Первой мировой войны развитие немецкой артиллерии было ограничено положениями Версальского договора. Германии было запрещено иметь орудия калибра свыше 150 мм, а также любые противотанковые и зенитные пушки. Поэтому, по мнению лидеров нацистской Германии, создание мощной и крупнокалиберной артиллерии было делом престижа.

В 1936 году при посещении завода фирмы «Крупп» Адольф Гитлер потребовал у руководства концерна создать сверхмощное орудие для разрушения французской линии Мажино и бельгийских пограничных фортов (таких, как форт Эбен-Эмаэль). Орудие должно было обладать углом вертикального наведения +65° и максимальной дальнобойностью 35—45 км, а снаряд орудия должен был пробивать броню толщиной 1 м, бетон 7 м, твердый грунт 30 м. Конструкторскую группу фирмы «Крупп», занявшуюся созданием нового сверхмощного орудия по предложенному тактико-техническому заданию, возглавил профессор Эрих Мюллер, который обладал огромным опытом в данной области. В 1937 году проект был завершен, и в том же году фирме «Крупп» выдали заказ на изготовление нового орудия, после чего концерн взялся за его немедленное производство. В 1941 году фирмой «Крупп» было построено первое орудие, названое «Дора», в честь жены главного конструктора. В том же году было создано второе 800 мм орудие, которое получило название «Толстый Густав» в честь директора фирмы — Густава фон Болена и Гальбаха Круппа. Заказ обошёлся государству в 10 миллионов рейхсмарок. На эти деньги можно было произвести около 250 149-милиметровых гаубиц 15 cm sFH 18 или 20 240-милиметровых пушек К3 . Также было спроектировано, но не достроено третье орудие идентичного типа, но с калибром ствола 520 мм и длиной 48 метров, получившее название «Длинный Густав».

В 1941 году орудия были испытаны на полигоне в Рюгенвальде и Хиллерслебен (в 120 км к западу от Берлина) в присутствии Адольфа Гитлера и Альберта Шпеера и других высокопоставленных армейских чинов. Результаты испытаний соответствовали требованиям технического задания, хотя установки не имели некоторых механизмов. К концу 1941 года все испытания были закончены и орудие было полностью готово к боевому применению, к этому времени было изготовлено более тысячи 800-мм снарядов.

Орудие было применено при штурме Севастополя в 1942 году. Орудие было тайно доставлено из Германии и размещено в специальном укрытии, вырубленном в скальном массиве в районе Бахчисарая. Орудие выпустило, в общей сложности, 53 семитонных снаряда.

22.04.1945 года передовые части армии союзников в 36 км. от города Ауэрбах (Бавария) обнаружили остатки взорванных немцами орудий «Дора» и «Густав». В последующем всё, что осталось от этих исполинов 2-й мировой войны, было отправлено на переплавку.

Переброска орудия на восточный фронт

Ввиду этих обстоятельств сверхтяжелое орудие «Дора» было направлено на восточный фронт. В феврале 1942 года оно прибыло в Крым, где поступило в распоряжение армии, безуспешно пытавшейся штурмовать Севастополь. Здесь 813-мм осадная пушка «Дора» использовалась для подавления советских береговых батарей, оснащённых 305-мм орудиями.

Непомерно многочисленный штат, обслуживающий установку здесь, на восточном фронте, потребовалось увеличить дополнительными силами охраны, так как с первых дней прибытия на полуостров пушка и её расчёт подверглись нападениям партизан. Как известно, железнодорожная артиллерия весьма уязвима для ударов с воздуха, поэтому для прикрытия орудия от налётов авиации пришлось дополнительно задействовать зенитный дивизион. К нему присоединилось также химподразделение, в задачу которого входило создание дымовых завес.

Металлолом

Помимо «Доры» в Германии были изготовлены еще две ее 800-миллиметровые сестры, которые, однако, в боевых действиях не участвовали. В 1944 году немцы планировали применить «Дору» для стрельбы с французской территории по Лондону. Для этой цели были разработаны трехступенчатые реактивные снаряды Н.326. Кроме того фирма Круппа спроектировала для «Доры» новый ствол с гладким каналом калибра 52 см и длиной 48 метров. Дальность стрельбы предполагалась 100 км. Однако сам снаряд содержал всего 30 кг взрывчатого вещества и его фугасное действие было ничтожно по сравнению с ФАУ-1 и ФАУ-2. Гитлер приказал прекратить работы над 52-см стволом и потребовал создания орудия, стреляющего фугасными снарядами весом 10 тонн с 1,2 тоннами взрывчатого вещества. Понятно, что создание такого орудия было фантазией.

22 апреля 1945 года, во время наступления в Баварии 3-й американской армии, передовые патрули одной из частей при прохождении через лес в 36 км севернее города Ауэрбах обнаружили в тупике железнодорожной линии 14 тяжелых платформ и разбросанные вдоль путей остатки какой-то огромной и сложной металлической конструкции, сильно поврежденной взрывом. Позже в близлежащем тоннеле были найдены и другие детали, в частности — два гигантских артиллерийских ствола (один из которых оказался неповрежденным), части лафетов, затвор и т. д. Опрос пленных показал, что обнаруженные конструкции принадлежат сверхмощным орудиям «Дора» и «Густав». По завершении обследования остатки обеих артсистем сдали в металлолом.

Третье сверхмощное орудие — один из «Густавов» — оказалось в советской зоне оккупации, и дальнейшая его судьба западным исследователям неизвестна. Автор обнаружил упоминание о нем в «Отчете уполномоченного Министерства вооружений о работе в Германии в 1945—1947 гг.» т.2. Согласно отчету: «…в июле 1946 года специальная группа советских специалистов по заданию Министерства вооружений предприняла изучение 800-мм установки «Густав». Группой составлен отчет с описанием, чертежами и фотоснимками 800-мм орудия и проведена работа по подготовке к вывозу 800-мм железнодорожной установки «Густав» в СССР».

В 1946—1947 годах эшелон с частями 80-см орудия «Густав» прибыл в Сталинград на завод «Баррикады». На заводе орудие изучалось в течение двух лет. По сведениям, полученным от ветеранов КБ, заводу было поручено создать аналогичную систему, но в архивах подтверждения этому я не нашел. К 1950 году останки «Густава» были отправлены на заводской полигон, где они хранились до 1960 года, а затем были сданы на лом.

Вместе с орудием на завод «Баррикады» было доставлено семь гильз. Шесть из них впоследствии сдали в металлолом, а одна, использовавшаяся как пожарная бочка, уцелела и позже была отправлена на Малахов Курган. Это все, что осталось от величайшего орудия в истории человечества.

Статья опубликована в журнале «Популярная механика» (№12, Декабрь 2004).

Суперорудие «Дора»

Следующим германским артиллерийским гигантом стала пушка под официальным названием “Шверер Густав” (“Schwerer Gustav”), неофициально ласково прозванная немецкими артиллеристами “Дора”, якобы в честь жены главного конструктора. Это было по настоящему первое суперорудие второй мировой.

За три года до начала второй мировой, в 1936 году фирма «Крупп» начала разработку своей новой, сверхмощной пушки, специально предназначенной для борьбы с укреплениями французской линии Мажино.

Это была уже не старая допотопная «Колоссаль», а новая пушка, дальность стрельбы у которой хоть и была менее 50 км, однако её снаряды должны были пробивать броню толщиной до 1 м, а бетон до 7 м и взрываться в их толще.

Руководил разработкой нового германского монстра Э. Мюллер (имевший прозвище Мюллер-пушка).

Гнев фюрера и новые планы


Столь неутешительные результаты, показанные в ходе боевых действий орудием «Дора», вызвали гнев фюрера. Он возлагал на этот проект большие надежды. По его расчётам, орудие, несмотря на непомерно большие затраты, связанные с его изготовлением, должно было поступить в массовое производство и, таким образом, внести существенное изменение в баланс сил на фронтах. Кроме этого, серийный выпуск орудия такого масштаба должен был свидетельствовать о промышленном потенциале Германии.

После неудачи в Крыму конструкторы «Круппа» пытались усовершенствовать своё детище. Это должна была быть совершенно иная тяжёлая артиллерийская установка «Дора». Орудие предполагалось сделать сверхдальнобойным, а использоваться оно должно было на Западном фронте. В его конструкцию планировалось внести принципиальные изменения, позволяющие, по замыслу авторов, вести огонь трёхступенчатыми реактивными снарядами. Но подобным планам, к счастью, не суждено было осуществиться.

В годы войны, кроме пушки «Дора», немцы выпустили ещё одно сверхтяжёлое орудие калибром восемьдесят сантиметров. Оно получило название в честь главы фирмы «Крупп» Густава Круппа фон Боллена – «Толстый Густав». Эта пушка, обошедшаяся Германии в десять миллионов марок, оказалась также непригодна для использования, как и «Дора». Орудие имело практически все те же многочисленные недостатки и весьма ограниченные достоинства. В конце войны обе установки были взорваны немцами.

Подготовка к операции в Крыму

Несмотря на грандиозные планы по применению нового оружия небывалых размеров Дора была задействована всего дважды за всю войну. Поначалу Гитлер хотел доставить артустановку к Гибралтару, о захвате которого давно мечтал. Но технически это оказалось невозможным, поскольку железнодорожные переправы на испанской территории не выдержали бы такого груза.

Тогда было принято решение отправить Дору на Крымский полуостров для атаки на Севастополь. Там началась масштабная подготовка к ее встрече. В чистом поле в условиях абсолютной секретности было развернуто строительство боевых позиций. Для работы, которая велась и днем, и ночью привлекли около 3 тысяч человек: военных, железнодорожных строителей, самих крымчан и военнопленных. Зону строительства в небе круглосуточно патрулировали истребители, а на земле — взвод со служебными овчарками. Три железнодорожные артсистемы Бруно были доставлены в Крым для прикрытия Доры

В это трудно поверить, но за целый месяц работ такое грандиозное строительство не было обнаружено советскими разведчиками.

Предок Доры — пушка «Колоссаль»

Однако немцы решили стрелять гораздо дальше 35 км, на дальность в 100 км и более. Суть их идеи заключалась в том, чтобы, придав снаряду высокую начальную скорость, заставить его пролететь большую часть пути в стратосфере, где сопротивление воздуха было на много меньше, чем у поверхности Земли. Разработкой орудия на известной фирме «Крупп» занялся Ф. Раузенбергер.

Особенность конструкции нового германского суперорудия состояла в том, что в рассверленный ствол 38-см морской пушки монтировалась составная 21-см труба с нарезным каналом и гладкой дульной частью (в Германии тогда калибры обозначали в сантиметрах). Сочетание ствола одного калибра с каморой от более крупного калибра позволило использовать метательный пороховой заряд, весивший в полтора раза больше, чем сам снаряд (196,5 кг пороха на 120 кг снаряда). Пушки тех лет редко имели длину ствола больше 40 калибров, а тут она достигла 150 калибров. Правда, чтобы исключить искривление ствола под действием собственного веса, приходилось удерживать его тросами, а после выстрела ждать две-три минуты, пока прекратятся колебания.

Установка перевозилась железнодорожным транспортом, а на позиции размещалась на бетонное основание с кольцевым рельсом, обеспечивавшим горизонтальную наводку. Чтобы снаряд входил в стратосферу под углом наибольшей дальности — 45° и быстрее покидал плотные слои атмосферы, стволу придавали угол возвышения более 50°.

В результате около 100 км снаряд пролетал в стратосфере, почти достигая ее верхней границы — 40 км. Время полета на 120 км достигало трех минут, и при баллистических расчетах артиллеристам даже приходилось учитывать вращение Земли.

По мере «расстрела» трубы ствола использовали снаряды чуть большего диаметра. Живучесть ствола составляла не более 50 выстрелов, после чего его требовалось менять. «Расстрелянные» трубы рассверливали до калибра 24 см и снова пускали в дело. Такой снаряд летел чуть меньше, на дальности до 114 км.

Созданная немцами пушка, в самой Германии была известна под названием как «Колоссаль», однако ее ещё называли и «орудием кайзера Вильгельма», и «парижской пушкой», и — ошибочно — «Большой Бертой» (это прозвище на самом деле носила 420-мм мортира).

Поскольку опыт обслуживания дальнобойных пушек в то время был только у флотских, то расчет «Колоссали» составили из комендоров береговой обороны.

Вес снаряда «кайзера» составлял 94 килограмма, а вес порохового заряда — 180 килограммов, дальность боя — 130 километров, максимальная высота траектории — 40 километров. Орудийный расчет — 80 человек (все моряки под командованием целого адмирала).

До города Парижа снаряд летел 170 секунд. Само орудие весило 256 тонн и имело очень маленький для таких размеров калибр в 210 миллиметров.

Всего за 44 дня пушки «Колоссаль» выпустили по Парижу 303 снаряда, из них 183 упали в черте города. Всего от обстрелов «кайзеров-колоссалей» были убиты 256 и ранены 620 человек, в своем большинстве гражданских лиц, несколько сотен или тысяч парижан покинули город.

Таким образом, материальные потери от обстрела «кайзерами» никак не соответствовали затратам на их непосредственную предбоевую подготовку и проведение самого обстрела. Поражающая сила снарядов была мизерной, при этом сам ствол пушки приходилось часто менять, а точность ведения огня годилась лишь для обстрела объектов типа Парижа, и то разрушения в целом были невелики: самым драматическим эпизодом летнего обстрела было прямое попадание в церковь, где шла служба, тогда сразу погибло свыше 60 человек. Единственным достоинством данного орудия была его огромная дальность стрельбы — свыше 100 км, а это очень далеко, на такие дальности доставляет свой боезаряд не совсем современная, но, тем не менее, ОТР типа «Скад».

Дальнейшая судьба этих артиллерийских гигантов точно неизвестна, так по одним данным в 1918 году, два оставшихся «кайзера» вывезли в Германию, где их и демонтировали. По другим, после начала мощного наступления войск Антанты в августе 1918 г. немцы, якобы оставшиеся «кайзеры» уничтожили, чтобы они не досталась врагу.

Технические характеристики орудия

Параметры «Доры» впечатляют: Калибр — 813 мм. Длина ствола — 32 м. Вес снарядов составлял от 5 до 7,5 тонн (в зависимости от типа). Минимальная дальность стрельбы — 25 км, максимальная — 40. По другим данным дальность стрельбы составляла 45 километров для разрывных снарядов и 37 километров для бронебойных. Полная длина орудия — 50 м. Общий вес — 1448 тонн. Живучесть ствола — 300 выстрелов. Скорострельность — 3 выстрела в час Минимальный интервал между выстрелами составлял 15 минут.


Для обслуживания этого гиганта требовалось 1500 человек. Диаметр кратеров после взрыва снаряда “Доры” составлял 10 метров (и еще столько же в глубину). Пушка также была способна пробивать около 9 метров армированного бетона.

Работа над орудием затянулась на целых 5 лет, и, поэтому к моменту сборки первого орудия калибром в 80 см в 1941 году линия Мажино, как и укрепления Бельгии и Чехословакии, уже давно были в германских руках.

В результате в феврале 1942 года «Дору» направили в Крым в распоряжение 11-й армии, где ее главной задачей стал обстрел знаменитых советских 305-мм береговых батарей №30 и №35 и укреплений осажденного Севастополя, отразившего к тому времени уже два штурма.

Подготовка и обслуживание данного артиллерийского чудища носила по настоящему масштабный характер. Известно, что только фугасный снаряд «Доры» массой 4,8 т нес 700 кг взрывчатки, бетонобойный массой 7,1 т — 250 кг, большие заряды к ним весили соответственно 2 и 1,85 т.

Люлька под ствол монтировалась между двумя опорами, каждая из которых занимала одну железнодорожную колею и покоилась на четырех пятиосных платформах. Для подачи снарядов и зарядов служили два подъемника. Перевозилось орудие, конечно, в разобранном виде. Для его установки железнодорожный путь разветвляли, прокладывая четыре изогнутые — для горизонтальной наводки — параллельные ветки. На две внутренние ветки загоняли опоры орудия. По внешним путям двигались два 110-тонных мостовых крана, необходимых для сборки орудия.

Сама позиция орудия занимала участок длиной 4120—4370 м. А в целом, подготовка позиции и сборка орудия длилась от полутора до шести с половиной недель.

Непосредственно сам расчет орудия составлял около 500 человек, дополнительно к орудию всегда были прикомандированы целый батальон охраны, транспортный батальон, два железнодорожных состава для подвоза боеприпасов, отдельный энергопоезд, а для кормёжки всего этого войска имелся свой полевой хлебозавод и даже комендатура со своими полевыми жандармами.

Таким образом, численность личного состава только на одну установку возрастала до 1420 человек. Командовал расчетом такого орудия целый полковник.

В Крыму численность расчета «Доры» выросла свыше 1500 человек, так как артиллерийскому чудищу дополнительно придали группу военной полиции для его защиты от нападения диверсионных групп и партизан, химподразделение для постановки дымовых завес и усиленный зенитный дивизион, так как уязвимость от авиации была одной из главных проблем железнодорожной артиллерии. В итоге логово «Доры» было надежно прикрыто как на земле, так и с воздуха.

От «Круппа» с установкой направили группу инженеров.

Воспоминания участников событий

Остались свидетельства очевидцев памятного дня 5 июня 1942 года. Они рассказывают о том, как два мощных локомотива выкатили по рельсовой дуге этого монстра весом 1350 тонн. Его следовало установить с точностью до сантиметра, что и было проделано бригадой машинистов. Для первого выстрела в зарядную часть пушки поместили снаряд весом 7 тонн.

В воздух поднялся аэростат, в задачу экипажа которого входила корректировка огня. Когда приготовления были закончены, весь расчёт орудия был отведён в укрытия, находившиеся на расстоянии нескольких сот метров. От тех же очевидцев известно, что отдача при выстреле была столь сильна, что рельсы, на которых стояла платформа, ушли в землю на пять сантиметров.

Боевое применение

Позицию для «Доры» во время облета окрестностей с воздуха выбирал сам лично генерал Цукерорт, командующий соединением тяжелых пушек.

По замыслу германцев, пушка должна была быть укрыта в горе, для чего в ней сделали специальный разрез. Поскольку положение ствола пушки изменялось только по вертикали, то для изменения направления стрельбы по горизонтали «Дора» монтировалась на железнодорожной платформе, стоящей на 80 колесах, двигавшейся по круто изогнутой дуге железнодорожного полотна с четырьмя путями.

Окончательно позицию оборудовали к июню 1942 года в 20 км от Севастополя. Перемещали собранную «Дору» два дизельных локомотива мощностью в 1050 л.с. каждый. Дополнительно, против укреплений Севастополя немцы применили еще и две 60-см самоходные мортиры типа «Карл».

Из истории обороны Севастополя известно, что с 5 по 17 июня «Дора» всего сделала 48 выстрелов. Вместе с полигонными испытаниями это исчерпало ресурс ствола, и орудие увезли в тыл.


Однако, в своих мемуарах Манштейн утверждал, что «Дора» выпустила по советской крепости гораздо больше, почти 80 снарядов. Немецкую громадину довольно скоро засекли советские летчики, которые нанесли по ее позиции бомбоштурмовой удар, в результате которого был поврежден энергопоезд.

В целом применение «Доры» не дало результатов, на которые рассчитывало командование вермахта: так, было зафиксировано лишь одно удачное попадание, вызвавшее взрыв советского склада боеприпасов, находившегося на глубине 27 м.

В остальных же случаях снаряд пушки, проникая в грунт, пробивал круглый ствол диаметром около 1 метра и глубиной 12 м. В результате взрыва боевого заряда грунт в его основании уплотнялся, образовывалась каплеобразная глубинная воронка диаметром около 3 м. Оборонительные же сооружения могли быть повреждены только при условии прямого попадания.

Об эффективности самой стрельбы, боевого применения «Доры» историки спорят до сих пор, но почти все сходятся на том, что, как и в случае с «парижской пушкой», «Дора» никак не соответствовала своим колоссальным размерам и стоимости установки. Их мнение подтверждают слова того, чьи войска непосредственно применяли это орудие в ходе штурма Севастополя:

Эрих фон МАНШТЕЙН:

В дальнейшем, после взятия Севастополя «Дору» отправили под Ленинград, в район станции Тайцы. А когда началась операция по прорыву блокады города, то немцы спешно эвакуировали свою суперпушку в Баварию. В апреле 1945 года при приближении американцев орудие взорвали.

Наиболее точную оценку этому чуду военной техники дал начальник Генерального штаба сухопутных войск фашистской Германии генерал-полковник Франц Гальдер:

В дальнейшем известно, что немецкие конструктора пытались модернизировать и сделать «Дору» сверхдальнобойной, для использования теперь уже на западном фронте.

С этой целью прибегли к схеме, похожей на так называемый проект Дамбляна, это когда из ствола пушки намеревались запускать трехступенчатый реактивный снаряд. Но дальше проекта дело не пошло. Как и сочетание 52-см гладкого ствола к той же установке и активно-реактивного снаряда с дальностью полета 100 км.

В годы второй мировой, немцами была изготовлена ещё и вторая 80-см установка, известная под именем «Тяжелый Густав» — в честь Густава Круппа фон Болен унд Гальбаха.

К концу войны «Крупп» смогла изготовить узлы и для третьей установки, но собрать ее германцы так и не успели. Отдельные части 80-см орудия, были захвачены советскими войсками, которые все это добро подобрали и отправили для изучения в СССР.

Вероятно, свой боевой путь все эти «Доры» и «Густавы» завершили, где то там, в советских мартеновских печах, когда победители перековали все эти орудия войны и устрашения на обыкновенные орала.

И, тем не менее, следует признать, что в чисто техническом отношении 80-см артиллерийская железнодорожная установка была хорошей конструкторской работой и убедительной демонстрацией германской промышленной мощи.

Супер идея Адольфа Гитлера

В конце 30-х годов лидер нацистов Адольф Гитлер решил удивить весь мир. Он дал поручение дирекции одного из известных заводов фирмы Friedrich Krupp», разработать супер мощную артиллерийскую установку. С ее помощью фюрер планировал разрушить оборонительные укрепления на границе с Францией, так называемую «линию Мажино», а также пограничные форты на бельгийской границе.

Концерн «Friedrich Krupp» был лидером военно-промышленного комплекса Германии, его глава Густав Крупп был пособником нацистов и поэтому сразу приступил к выполнению заказа. Группу конструкторов-разработчиков возглавил Эрих Мюллер, который считался мастером своего дела в военной отрасли. Как только проектная часть была завершена, завод принялся за изготовления двух супер-гигантов.


С этим читают