Великое стояние на реке угре в 1480 году: причины и итоги

Стояние на реке Угре (1408)

Не следует путать со Стоянием на реке Угре 1480 года


Лицевой летописный свод : «В ту же осень месяца сентября в 1 день великий князь Василий Дмитриевич Московский, собрав большое войско, выступил против своего тестя велико- го князя Литовского Витовта Кейстутовича и встал на берегу Угры»

В 1405 году Витовт начал военные действия против Пскова . Псков, лавируя в своей внешней политике между Литвой и Москвой, обратился за помощью к великому князю московскому Василию I, который, впрочем, помощи не оказал. Только в 1406 году Москва объявила войну Литве «псковские ради обиды». В том же году московские и литовские войска встретились на реке Плава, под Крапивной, однако в битву не вступили — Витовт и Василий I заключили перемирие на год. Не все бояре Витовта хотели мира, один из них — Андрей Литвин, говорил Витовту: «Не мире, Витовте, не миры», настаивая на решающей битве, чтобы нанести поражение московскому войску. По легенде, боярин Андрей получил от Витовта прозвище «Немиря» и был якобы предком рода Немировича.

В 1407 году военные действия возобновились, войска Великого княжества Литовского заняли город Одоев , а войска великого княжества Московского взяли Дмитровец . Основные силы двух сторон сошлись у города Вязьмы , но решающая битва не состоялась — перемирие было продлено ещё на один год. Однако отношения между государствами обострились после отъезда в Великое княжество Московское Свидригайла Ольгердовича , соперника Витовта. Василий I милостиво принял его, дал в кормление почти половину земель Великого княжества Московского — Владимир-на-Клязьме со всеми волостями и пошлинами, Переяславль-Залесский , Юрьев-Польский , Волок-Ламский , Ржев и половину Коломны , что вызвало недовольство Витовта.

В 1408 году войска Витовта выступили в поход на Москву. На границе государств — реке Угре , их встретили московские войска и татарские вспомогательные отряды. Правители решили не доводить дело до сражения и заключили мир. В это время Витовт готовился к войне с Тевтонским орденом , а Василия I беспокоили события в Орде. После многодневного стояния войск на противоположных берегах реки Витовт и Василий I заключили «вечный мир».

Угорский договор 1408 года окончательно установил границу между двумя великими княжествами в верховьях реки Ока по рекам Угра , Рёсса и Брынь . Василий I обязался прекратить поддержку Свидригайло (он вернулся в Литву после разгрома Едигеем осенью 1408 года городов, находившихся у него в кормлении) и признавал принадлежность к Великому княжеству Литовскому Смоленской земли и Верховских княжеств . В состав Великого княжества Московского вошла небольшая, ранее спорная, территория в бассейне реки Жиздры  — Перемышль , Козельск , Любутск . Угорский договор 1408 года утвердил доминирующее положение Великого княжества Литовского в Восточной Европе, позволил Витовту усилить свою власть над Псковом и Новгородом , облегчил борьбу с Тевтонским орденом на западе. Жена Василия I — Софья Витовтовна часто и подолгу гостила у своего отца. После смерти Василия I ( 1425 ) Витовт стал опекуном его девятилетнего сына Василия II и оказывал существенное влияние на Московское и другие княжества Северо-Восточной Руси.

Мирные отношения между Великим княжеством Литовским и Великим княжеством Московским впоследствии были подтверждены мирным договором 1449 года и официально сохранялись до 1492 года (фактически до войны 1487—1494 годов ).

Сергей Михайлович Соловьёв История России с древнейших времен. Том 4

ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА ВЕЛИКОГО КНЯЖЕСТВА ЛИТОВСКОГО В 1377—1430 ГГ.

«Казанские татары вместе с русскими войсками принимали участие в походах против этой орды»

Чтобы дать оценку историографической ситуации со стороны, мы обратились за комментариями к Антону Горскому, доктору исторических наук, профессору кафедры истории России до XIX века исторического факультета МГУ им. Ломоносова, ведущему научному сотруднику Института российской истории РАН. Автор капитальной монографии «Москва и Орда» считает, что Стояние на реке Угре не следует переоценивать, однако не согласен с тем, что после 1480 года продолжалась выплата ордынской дани.

— Действительно 11 ноября 1480 года произошел перелом в отношениях Руси и Орды или это больше символическая дата?

Эта дата связана с тем, что несколько источников говорят об отступлении хана Ахмата с Угры именно с этого дня. Но освобождение свершилось не в одночасье. В 1470-х годах Угре предшествовал ряд событий. Дань перестали выплачивать в 1472 году после первого и неудачного похода Ахмата на Москву. Затем до 1476 года шли дипломатические игры, пока Ахмат не послал Ивану III вызов в Орду, чего не было уже почти сто лет. После этого новый конфликт стал неизбежным, он произошел в 1480 году и закончился известно чем.

Существует концепция, что выплата ордынского выхода (т. е. дани) продолжилась и после 1480 года. Что вы думаете об этом?

Нет, в Крым мы платили не выход, а так называемые «поминки» посольские дары. Они могли быть достаточно внушительными, но это другая система отношений. Мы никогда не признавали зависимость от Крыма. Расходы на разные ханства (Крым, Астрахань, Казань и даже Касимов, который был зависим от Москвы) по старой традиции называли «выходы ордынские». Но это не был выход в смысле уплаты дани как признания зависимости.

Какие последствия Стояние на Угре имело для других татарских государств, образовавшихся после распада Золотой Орды?

Ахмат предпринял последнюю попытку объединить прежнюю территорию Орды под своей властью. Астрахань подчинил, Крым тоже подчинил, но совсем ненадолго. Его неудача порадовала государства, образовавшиеся на окраинах бывшей Золотой Орды. Собственно, через неполных 2 месяца он был убит, когда на него напал сибирский хан и ногайские мурзы. Когда после гибели Ахмата, продолжила существование орда Ахматовых сыновей, крымский хан Менгли-Гирей оставался их заклятым врагом. Также казанские татары вместе с русскими войсками принимали участие в походах против этой орды. После 1487 года Казань была в зависимости от Москвы, и в рамках этого союза казанцы ходили на сыновей Ахмата в начале 90-х годов. Этот осколок империи ненавидели все.

— Когда именно Стояние на реке Угре стало преподноситься как важное событие национальной истории? С Карамзина или раньше?

— В XVI веке есть два произведения (в том числе «Казанская история»), где говорится, что с этого времени произошло освобождение от зависимости, но там прямо не акцентируется внимание на событиях на Угре. Описываются вообще события 30 лет — от воцарения Ахмата до гибели армии его сыновей в 1502 году

В историографии эта точка утвердилась, конечно же, начиная с Карамзина.

В Татарстане после истории с непродленным договором с Москвой и отменой обязательного преподавания татарского языка включение 11 ноября в число федеральных памятных дат воспринимается как очередной акт давления на татар. Согласны ли вы с этой позицией?

Думаю, что тут не следует искать политику. Речь идет о становлении государства, которое вскоре получит название «Россия», которая сейчас общая для всех. И если говорить конкретно о ситуации конца XV века, то Казанское ханство не было союзником «Большей орды». Тем более Крым это был непримиримый враг, потому что крымские татары претендовали на первенство на постордынском пространстве. В 1502 году крымский хан и добил орду Ахматовых детей.

То есть покушения на историческую память казанских и крымских татар нет?

Абсолютно нет.

Марк Шишкин

ОбществоВластьИстория Валеева Зиля Рахимьяновна

Стояние на реке Угре


нынешних Смоленской и Калужской областях

Князь Иван III узнал об этом намерении и начал готовиться к нападению со стороны Угры, и также отправил брата Андрея и своего сына к Калуге и к Угре. М. Ходарковски предполагает, что у хана Большой Орды не было такой цели, чтобы появиться неожиданно и запугать. Он как раз-таки хотел подавить князя Московского именно тем, что у него огромные войска, а не внезапностью.

Князю Ивану стало известно, что его братья подавили мятежи, и он их простил и отправил к Оке. Сам же князь со своим отрядом 3 октября отправился в город Кременец, а свои полка направил к Угре. Русские войска тянулись вдоль берега на большую длину.

8 октября хан Ахмат пытался пробраться через Угру, но Иван Молодой (сын Ивана III) смог защитить берег реки. Потом ещё несколько дней ордынцы пытались пробраться, но каждая попытка заканчивалась неудачей и обстрелом от русских войск. Хан отступил от реки, а полки Ивана III встали у противоположного берега наготове к появлению противников. Началось так называемое Стояние.

Все преимущества были на стороне Ивана III: подмога братьев, неожиданно поразившая ордынцев эпидемия, крымский хан напал на Подолию в Литовском княжестве, поэтому Казимир никак не смог бы помочь Орде. Хан предложил Ивану, чтобы он или его приближенные пришли к нему. В качестве посла Иван отправил одного человека. Хан предложил, чтобы они выплатили долг за неуплату дани за прошлые несколько лет. Переговоры прошли, хан так и не смог ничего добиться.

Получив отказ в выплате дани, Хан Ахмат решил дождаться холодов, чтобы перебраться по льду через реку. 22 октября Угра начала покрываться льдом. Иван не стал уже выжидать, а решил сменить оборонительную тактику и совершить решающее нападение 28 октября. Диверсионный отряд князя пробрался к тылу хана Ахмата в Боровске. Сам хан узнал, что столицу Орды хотят захватить, но принял решение не преследовать русский отряд, так как не было преимуществ, не было уже достаточно провизии. Ордынцы 11 ноября направил обратно к Орде. Так случилось окончательное поражение татаро-монголов и освобождение Руси от ига.

Известно, что на обратно пути войска Ахмата разграбили 12 литовских городов, чтобы отомстить Казимиру, не оказавшему им военной поддержки.

«Нашествие иноплеменных»

Официальный летописец отнес начало Ахматова похода к весне 1480 года, а по косвенным указаниям вычисляется апрель. Впрочем, для тех дальних времен движение отдельных войсковых отрядов по разным маршрутам определить затруднительно. Перекочевка из Заволжья, скажем, могла осложниться поздним вскрытием Волги

Как бы то ни было, русская стража в Диком Поле сработала хорошо, о начале военных действий в Москве узнали вовремя, что было важно в двух отношениях: для быстрой мобилизации всех ресурсов и правильного движения своих войск. Передвижение ордынских отрядов к низовьям Дона означало, что первые удары придутся на крепости в среднем течении Оки — от Тарусы до Коломны

Вообще, кампанию 1480 года обычно сводят к октябрьским событиям на Угре. Но это неверно — как же тогда быть со странным перечислением пунктов перемещения ордынского войска в большинстве летописей? Почему в одном ряду с Мценском, Одоевом и Воротынском (эти города фиксируют движение с юго-востока на северо-запад) оказался Любутск, никак не вписывающийся в маршрут? Чьи отряды захватили и опустошили волость Беспуту на одноименной тульской речке? Наконец, зачем великий князь распорядился «зжечь» и «городок Кошру» (Каширу, гораздо восточнее Угры)? Стоит только признать некоторые очевидные факты, и недоумение исчезает. Очевидно, дожидаясь союзника с войсками, Ахмат не стоял без дела: его передовые отряды прощупывали русские силы по берегам Оки, попутно занимаясь грабежом и захватом живой добычи. Одним из таких рейдов и явился захват Беспуты. Сигнал в Москве восприняли верно. Срочно на Берег (то есть в города-крепости левобережья Оки) отправились первые воеводы, чуть позже в Тарусу (свой удельный город) выступил князь Андрей Меньшой, верный Ивану младший брат, самые же крупные отряды во главе «со многими воеводами» повел в Серпухов Иван Иванович Молодой. Произошло это 8 июня. Хан же не торопился.

Медленное продвижение ордынцев в те дни объяснимо. Первая и поначалу главная причина — необходимость после суровой зимы подкормить лошадей на свежей траве. Следующая — необходимость «прощупать» силы и дислокацию московитян, найти их слабые места. И, наконец, постепенно выходящее на первый план и уже нетерпеливое ожидание Казимира с армией. Русские воеводы, конечно, тоже нуждались в свежей информации о маневрах противника — она и заставила Ивана принять решение: с главными силами в июле отправиться в Коломну, «наискосок» от ордынского движения, чтобы до поры до времени между основными армиями установилось стабильное удаленное противостояние, перемежаемое лишь стычками передовых отрядов.

Имело место и еще одно новое обстоятельство, потребовавшее немалых организационных усилий: впервые в истории русские шли на войну с полевой артиллерией. Стало быть, в походе участвовали специальные группы лиц, отвечавших за транспортировку тяжелых пушек и пищалей. Значит, менялись и критерии для выбора места сражения при обороне водного рубежа — теперь надо было учитывать возможности артиллерии.

С течением времени напряжение в ставках противников нарастало, и, видимо, в середине сентября хан решил переместиться на левый берег верхней Оки. Этим он хотел добиться двух целей: вплотную приблизившись к тогдашней литовской территории, быстро и окончательно прояснить вопрос о союзнической подмоге и главное — найти с помощью местных жителей дорогу для скрытого обхода московских войск. Именно тогда ордынцы и появились под Любутском, прощупывая в очередной раз оборону русской армии. Вероятно, Ахмат к тому времени уже догадывался об ответе на один из своих вопросов: литовцы не явятся.

Русское командование быстро узнало о перемещении ордынцев на север и оценило риск их прорыва через Угру. Где-то в середине двадцатых чисел сентября Иван приказал перевести почти все наличные силы во главе с Иваном Молодым, князем Дмитрием Холмским (выдающимся воеводой того времени) и Андреем Меньшим на левый берег маленькой речки, а сам 30 сентября появился в Москве.

Стрелы против ядер и картечи

О продвижении татарского войска по южному берегу Оки в Москве узнали сразу же, как только первые конные разъезды противника были замечены на окских берегах. К тому времени северный берег Оки давно был превращен если не в непреодолимый рубеж, то в оборонительную линию, преодолеть которую без существенных потерь татары не смогли бы. Вдоль реки тянулись несколько линий засек, перекрывавших основные дороги вглубь московского княжества, а существенная часть мужского населения из ближних и дальних сел царским указом была обязана по первому же сигналу вооружиться и занять оборону вдоль Оки. И хотя подавляющее большинство такого войска составляла пехота, на этом рубеже она вполне могла успешно противостоять ордынской коннице.

Но одного порубежного ополчения было откровенно мало, чтобы не сдержать, а полностью остановить наступление ордынского войска, и потому к берегам Оки и Угры начали стягиваться и основные военные силы русских. Первым на южный рубеж отправился великокняжеский полк под командованием воеводы Даниила Холмского, на подмогу которому вскоре прибыли и полки других удельных княжеств, в частности Тверского, которым командовали воеводы Михаил Холмский и Иосиф Дорогобужский.

Стояние на Угре

Добравшись до места впадения Угры в Оку и разослав в разные стороны разведчиков, которым надлежало отыскать удобные броды, хан Ахмат стал ждать обещанного ему польского подкрепления — но по известным причинам не дождался. Казимиру IV было не до того: его войска отчаянно сражались с конниками Менгли-Гирея, вторгшимися в Подолию. Так что рассчитывать ордынский хан мог только на собственные силы, которые не казались уже такими мощными в сравнении с русским войском. Дело в том, что не сработал и расчет Ахмата на русскую междоусобицу: в конце сентября на совете в Москве оба мятежных брата великого князя, Андрей Галицкий и Борис Волоцкий, прислали послов, заявивших, что они отказываются от мятежа и готовы поддержать старшего брата военной силой.

После нескольких попыток преодолеть Угру с налета, отбитых русскими войсками, хан Ахмат начал основное наступление 8 октября 1480 года. Сразу в нескольких местах его воины бросились в воду и поплыли к северному берегу, держась за лошадей и надутые бурдюки, а также пробираясь по разведанным бродам. Но в тех местах, где они выводили на противоположный берег, русские воины успели возвести укрепления, в каждом из которых разместились постоянные заставы. Их главным козырем стал «огненный наряд» — огнестрельные орудия, которых в армии московского князя становилось все больше и больше. Именно они и сыграли существенную роль в отражении первого, самого сильного натиска. Ядра, каменная и железная картечь хлестали по рвущимся к берегу ордынцам, производя настоящее опустошение в их рядах, пробивая бурдюки и не давая возможности приблизиться к противнику.


Стояние на реке Угре. Миниатюра из Лицевого летописного свода XVI века

Наблюдавшему за ходом форсирования хану Ахмату было видно и то, что укрывалось от глаз его плывущих и тонущих воинов. По северному берегу Оки курсировали несколько крупных отрядов русской конницы, готовых в любой момент оказаться там, где ордынские конники смогут достичь русского берега. Такая маневренная оборона не оставляла ордынскому войску никаких надежд на успех наступления — и хан прекратил его. Не удалась и предпринятая в тот же день попытка форсировать Угру ниже по течению, где ордынцам удалось накопить крупные силы: это сосредоточение было замечено, и атаку встретили своевременно подтянутые конные отряды русского войска, разгромившие и отбросившие врага.

Стояние на реке Калке. Битва на Калке (1380)

Это статья о битве на Калке, произошедшей в 1380 году, о сражении на Калке в 1223 году есть другая статья

Битва на Калке (1380)  — сражение между Мамаем , фактическим правителем западной части Золотой Орды , и ханом Золотой Орды Тохтамышем , одержавшим полную победу.

Сражению предшествовал двадцатилетний период напряжённой междоусобной борьбы за власть в Золотой Орде, одним из основных участников которой был Мамай, который оставался в центре этой борьбы дольше всех участников, но не мог стать ханом, так как не был чингизидом , а ханский титул по господствующим условностям мог носить только чингизид. Для решения этой проблемы Мамай прибегал к союзу с каким-либо из многочисленных царевичей (огланов) чингизидов, стремясь к тому, чтобы хан был марионеткой в его руках, а сам занимал при хане должность первого министра — беклярбека . Поддержку Мамаю оказывали западные районы Золотой Орды (к западу от Волги ), в особенности твёрдую опору он находил в Крыму . В идейном плане он выступал как защитник дома Бату , выбирая ханов из этого дома и опекая знатных женщин, оставшихся без мужской поддержки. Альтернативные претенденты принадлежали к другим ветвям потомства Чингизхана и с ортодоксальной точки зрения были узурпаторами, что обеспечивало Мамаю опору среди консервативно мыслящих представителей знати.Последним ханом, ставленником Мамая с 1370 года, был малолетний хан Мухаммад , который был изгнан из Сарая в 1374 году, что не мешало Мамаю и хану выступать в западных землях как законным правителям Орды. В 1380 году Мамай задумал большой карательный поход на Русь . Однако русское войско собралось и выступило вперёд на Мамая скорее, чем он смог собрать все свои войска. В результате битвы на Куликовом поле Мамай был разбит, однако и русские не имели сил преследовать его. Мамай, бежав на юг, быстро смог восстановить свою военную мощь. Как окажется впоследствии, самой большой его проблемой была потеря на Куликовом поле хана Мухаммада, который очевидно был убит, а времени на поиски нового хана не было. Таким образом, Мамай потерял свою легитимность.

Борьба с Русью потеряла актуальность. С востока наступал Тохтамыш, который ранее захватил Левое крыло Золотой Орды , затем Улус Шибана и Сарай и объединил большую часть земель Золотой Орды. Народ и знать Орды, уставшие от междоусобицы, оказывали ему поддержку. Мамай выступил навстречу Тохтамышу. В октябре или ноябре 1380 г. войска сошлись на реке Калке , но сражения по существу не было. Значительная часть войск Мамая перешла на сторону Тохтамыша как законного хана.

Мамай бежал в Крым , где пытался укрыться в генуэзской крепости Кафе (сейчас — Феодосия ), но его не впустили в город. Он был перехвачен около Солхата (сейчас — Старый Крым ) и убит. По приказу Тохтамыша Мамая похоронили с подобающими почестями.

Итогом битвы на Калке в 1380 году стало восстановление военно-политического единства Золотой Орды под властью Тохтамыша.

Дмитрий Михайличенко: «Хедлайнерами должны быть ученые, а не политики»

В свою очередь политолог Дмитрий Михайличенко обращает внимание на то, что события давно минувших лет все чаще интерпретируются в политической плоскости. — В обществе у нас существует излишне ретроспективное сознание — мы все дальше и дальше углубляемся в историю: Вторая мировая война, Первая мировая, Наполеоновские войны, татаро-монгольское (ордынское) нашествие… На этом фоне все получило политизированный контекст, — подчеркивает он

— В обществе у нас существует излишне ретроспективное сознание — мы все дальше и дальше углубляемся в историю: Вторая мировая война, Первая мировая, Наполеоновские войны, татаро-монгольское (ордынское) нашествие… На этом фоне все получило политизированный контекст, — подчеркивает он.

По его мнению, этот праздник уместен на уровне Калужской области: так регион может привлечь дополнительный турпоток, увеличить привлекательность перед инвесторами.

— С точки зрения общероссийского контекста это празднование совершенно не вписывается, — продолжает собеседник «Реального времени». — Не потому, что было открытое противостояние условных тюрков и славян. Все происходило намного сложнее. Тогда мышление преобладало или удельно-княжеское, или улусное. Мы имеем дело со столкновением и взаимопроникновением двух цивилизационных укладов — кочевого и оседлого. Диалектика взаимоотношений была по-своему интересной: были кровавые стороны, заимствования новаций, мирные периоды. Акцентироваться на этой теме совершенно не нужно.

Также он уверен, что игры на патриотических чувствах и сплочение вокруг образа условного врага в конечном счете не принесут пользу стране.

— Есть такая политтехнология, когда сплачиваются за счет образа врага — это может быть Запад, Чечня (в 1990-е). Эта технология совершенно вредна. Раздувание этой темы (стояния на Угре, — прим. ред.) — заполнение информационного пространства на фоне отсутствия экономических достижений. Наша повестка сильно кренится в сторону таких политизированных фактов истории. Лучше обсуждать региональные факторы: ВРП, рабочие места, — подчеркивает Михайличенко.

По его наблюдениям, тюркоязычная молодежь, патриотично настроенная к своему народу, все больше интересуется историей Золотой Орды. Татарам и башкирам более понятен уклад кочевнической цивилизации.

— Нужно подходить без фальсфикации истории и делать скидку на время — это был 1480 год. Не стоит это политизировать. Отмечать нужно разве что на уровне научно-практических конференций. Хедлайнерами здесь должны быть неангажированные ученые, а не губернаторы или иные политики.

Тимур Рахматуллин

ОбществоВластьИстория Татарстан

Калужская область — единственный союзник Татарстана. Надо ли ссориться?

Аргументация Института истории вызвала резкую критику депутата от КПРФ Артема Прокофьева. Он сравнил стилистику текстов, подготовленных в Казани и Калуге. Обращение калужских депутатов к Медведеву, по его мнению, оказалось политически более выверенным, тогда как казанское содержит множество резких формулировок. Эта резкость может создать ситуацию, когда актуальные политические интересы Татарстана приносятся в жертву событиям XV века.

«По сути, в России только два региона, которые последовательно отстаивают и поддерживают друг друга в вопросе бюджетного федерализма. Это Республика Татарстан и Калужская область. Остальные регионы-доноры об этом молчат. А исходя из этого документа, мы как бы говорим нашим калужским коллегам, что вам нечего вспоминать, потому что несмотря ни на что, вы продолжили платить дань в Казань. Ту же самую идею можно было преподнести в совершенно ином ключе», — рассказал Артем Прокофьев «Реальному времени» после окончания заседания.

С тем, что некоторые формулировки звучат резко, согласилось большинство присутствующих депутатов. Было решено голосовать за постановление без приложенной к нему исторической справки.

Нашествие Тохтамыша

Победа на Куликовом поле не принесла полного освобождения от ордынского ига. Уже в 1382 г. соперник Мамая, чингизид Тохтамыш потребовал дани от Дмитрия Донского. Интересно, что Тохтамыш поблагодарил Дмитрия за помощь в устранении узурпатора, но напомнил, что с приходом к власти в Орде его, законного хана, Русь обязана возобновить выплату дани. Дмитрий, с почётом приняв ордынских послов, от уплаты уклонился. Тогда Тохтамыш решает силой восстановить власть над Русью, причем его поход был своеобразным «блицкригом».

Сначала в Казани перебили или арестовали русских купцов, чтобы предотвратить утечку информации о походе. Затем скрытно и стремительно войска татар двинулись на Москву. Рязанский князь Олег на этот раз вступил на путь сотрудничества с ордынцами — указал броды на Оке, за что Тохтамыш не тронул его земель, а обошел Рязанское княжество с востока. Впрочем, возможно, он просто спешил к Москве. Что же касается позиции Олега, то заметим, что многие князья отказались выступить против Тохтамыша, и не только ввиду нехватки сил — велики были потери на Куликовом поле — но и потому, что в отличие от Мамая, Тохтамыш был легитимным правителем Орды.

В.С. Смирнов «Вторжение Тохтамыша на Русь».

Несмотря на секретность и быстроту похода татар, Дмитрий все же получил известия о надвигающейся угрозе, но слишком поздно. В Москве поднялась паника. Дмитрий вывел войско из города, но повернул его на север — в Переяславль, затем в Кострому, чтобы собрать дополнительные силы. Великая княгиня Евдокия с детьми тоже укрылась в Костроме. Оборону Москвы возглавил князь Остей, один из внуков Ольгерда, состоявший тогда на русской службе.

24 и 25 августа 1382 г. Тохтамыш пытается штурмовать город, но безуспешно — белокаменный Кремль оказался неприступен, а москвичи показали большое искусство стрельбы из осадных самострелов, а также нового оружия — пушек, так называемых «тюфяков» — «…иные тюфяки, а иные пушки великие пущаху». Любопытно, что, согласно «Повести о нашествии Тохтамыша», москвичи чувствовали себя в безопасности:


Тохтамыш под Москвой. Анонимный автор — http://www.akteon-elib.ru/LITsIeVOI-LIeTOPISNYI-SVOD-Russkaya-letopisnaya-istoriya-Kniga-10/#14

Однако буквально на следующий день ордынцы прибегли к хитрости. Вероятно, Тохтамыш в самом деле стремился побыстрее закончить дело, опасаясь подхода Дмитрия с войском.  26 августа к кремлевским воротам подошли парламёнтеры, в составе которых были родные братья великой княгини Евдокии Василий и Семен, а также нижегородские княжичи. То, что произошло далее, вызывает удивление и вопросы, а так ли все было на самом деле. «Повесть о нашествии Тохтамыша» рассказывает, что горожане поверили в заявления послов, что Тохтамыш не гневается на москвичей и просит лишь показать ему городские достопримечательности.

Когда ворота были открыты, ордынцы ворвались в город и начали жесточайшую резню. В такую доверчивость верится с трудом — слишком хорошо к этому времени на Руси знали о вероломстве татар. Но так или иначе, Москва была разграблена и сожжена. Войско Тохтамыша разделилось на отряды и ограбило еще ряд городов, однако крупный отряд татар потерпел поражение от героя Куликовской битвы Владимира Андреевича Серпуховского. Тогда Тохтамыш, не дожидаясь подхода основных сил Дмитрия, увел войско из русских земель, ограбив по пути Рязанское княжество.

Дмитрий вернулся в сожженную Москву. Масштабы потерь были ужасающи. Летописные данные расходятся, по Рогожской летописи, было убрано 10 000 трупов, по Воскресенской — около 24 000. М.Н.Тихомиров считает, что данные Рогожской летописи более достоверны, а население Москвы он оценивает в 20 000 человек. Получается, что погиб каждый второй москвич.

Интересно, что Тохтамыш первым заговорил о мире — уже осенью 1382 г. его посол Карач прибыл в Москву. Дмитрий выплатил дань за два года, а Тохтамыш закрепил великое княжение за его потомками. Весной 1383 г. сын Дмитрия Василий побывал в Орде. После смерти Дмитрия Донского в 1389 г. Василий получит подтверждение права на великокняжеский стол через ханского посла Шихмата.

Строптивый данник

Возглавив Большую Орду — одно из нескольких ханств, возникших на золотоордынских обломках, — хан Ахмат попытался восстановить прежнее государство — и почти преуспел в этом. Чтобы утвердить свое положение, ему, безусловно, требовалось привести к покорности русских. А Русь, видя, какие события разворачиваются в Орде, сразу же оценила возможности, которые открываются перед ней, — и не замедлила ими воспользоваться.

Подобно своему деду, великому князю московскому Василию I Дмитриевичу, который в 1405 году впервые во всеуслышание отказался платить дань Орде, Иван III в 1472 году тоже отказался выплачивать унизительный побор. Правда, в отличие от деда, которому пришлось дорого заплатить за свою решительность (в 1408 году хан Едигей отправился в поход и восстановил зависимость Москвы, получив колоссальную дань), ему удалось достичь успеха. При этом Иван III действовал теми же инструментами, что и его дед несколько десятилетий ранее: он использовал внутренние противоречия бывшей Орды. Прекращая платить дань, великий князь прекрасно понимал, что в данный момент правителю Большой Орды не до строптивого данника: он занят борьбой с другими ханами. Вскоре в этом можно было убедиться наглядно: поход, который хан Ахмат предпринял в том же 1472 году, чтобы восстановить данничество московского князя, завершился разгромом татарского войска в сражении под Алексином. И только четыре года спустя Ахмат решился вновь потребовать от великого князя московского возобновления выплаты дани, да еще и настаивал на его визите в Орду.

Великий князь Иоанн Васильевич, он же Иван III. Портрет из «Царского титулярника» XVII века

Время для этого было выбрано грамотно: как раз в это время усилился конфликт между Иваном III и его братьями, Андреем Галицким и Борисом Волоцким. Осложнилась и ситуация на севере, где Ливонский орден не оставлял попыток взять псковские и новгородские земли под свою руку. А к лету 1480 года ситуация вокруг Москвы стала совсем тяжелой: братья Ивана III решились на открытый мятеж, а Ливонский орден двинулся в крупный поход на Псков. Именно этот момент и выбрал хан Ахмат, чтобы призвать к мечу практически все мужское население Большой Орды и двинуться в поход на непокорную Москву. Отправляясь в эту военную экспедицию, хан рассчитывал на помощь польско-литовского короля Казимира IV, с которым он заключил военный союз. Против такой трехсторонней атаки Москва вряд ли устояла бы, и тогда можно было не только получить с нее недоплаченную дань, но и укрепить эту зависимость, что давало Ахмату лишний козырь в его борьбе за восстановление Золотой Орды.

Но и Иван III не ждал нападения сложа руки. Московский правитель успел заключить союз с крымским ханом Менгли-Гиреем, который тоже искал союзника в борьбе с ханом Ахматом, и убедил его начать военные действия на северо-западе, в ливонских землях

Сделано это было не случайно: к лету 1480 года обострились внутренние конфликты в польско-литовском королевстве, и это существенным образом отвлекало внимание Казимира IV. Когда войско хана Ахмата подошло к Оке и начало искать места для переправы на «московский» берег, крымские татары атаковали подольские княжества, и польскому королю стало не до поддержки своего ордынского союзника

Иоанн III и татарские послы». Рисунок художника Константина Маковского из журнала «Нива», январь 1870 года

Битва на реке Сити. Предпосылки

Сражение произошло во время монгольского нашествия на территории Древней Руси.

Абсолютно точных сведений о самом ходе битвы не сохранилось.

Остались лишь предположения и догадки. На карте Древней Руси можно увидеть, что река Сить находится во Владимиро-Суздальском и Новгородском княжествах.

Битва на реке Сити – это сражение, произошедшее между русскими и монгольскими войсками.

Командующие сторон:

  1. Юрий Всеволодович – Владимирский князь, младший сын князя Всеволода Юрьевича.
  2. Бурундай – монгольский полководец, темник Батыя, наместник в западной части Золотой Орды. Бурундай достиг больших успехов по завоеваниям в северной части Руси.

Успех монголов в Руси только разжигал их жажду новых завоеваний. Поэтому войска уходили все глубже на территорию государства, сжигая все города на своем пути.

После того, как монгольские войска вторглись во Владимиро-Суздальское княжество, князь Юрий оставил в столице сыновей. Пунктом его назначения стала река Сить. Там он планировал собрать войска.


С этим читают