Лжедмитрий ii

Обстоятельства появления

В том, чтобы появился новый самозванец, было заинтересовано множество общественных сил, в том числе и те, что были недовольны правлением Шуйского. В начале 1607 года в Белоруссии заговорщики отыскали человека, фигурой похожего на Лжедмитрия I и представили его народу в Витебске.


В мае он, перейдя границу Польши с Россией, появился в Стародубе под именем Андрея Нагого и начал распространять слухи о том, что царь Дмитрий живой и вскорости появится. А затем его сообщники засвидетельствовали, что именно Лженагой и является истинным государем. После этого многие южные города принесли ему присягу.

Н. И. Костомаров в одном из своих трудов сообщает, что наконец в Северской земле появился долгожданный Димитрий, а весной в 1608 году он с казаками и польской вольницей двинулся на Москву. Дела его шли успешно. Ратные люди бежали с поля битвы, изменяя Василию Шуйскому. В июле этого года новый самозванец основал в Тушине свой табор, в связи с чем и получил прозвище Тушинского вора. Русские земли и города признавали его одни за другими. И полчища его приверженцев с каждым часом увеличивались.

Правление Лжедмитрия 1

В 1604 году Лжедмитрий Первый организовал поход на Москву, в ходе которого многие люди поверили в его существование и всячески его поддерживали. В столицу он прибыл уже после смерти Бориса Годунова и его сына, и взошел на российский престол.

Правил Лжедмитрий совсем немного, с 1 (11) июня 1605 года по 17 (27) мая 1606 года. Самое главное, что он успел сделать за этот период – щедро одарить милостями дворян и простых крестьян. Он вернул из ссылки всех тех, кто был сослан его предшественниками, поднял зарплату военнослужащим, увеличил земельные наделы помещикам, а крестьянам разрешил менять помещика, если тот не в состоянии их прокормить. При этом Лжедмитрий не выполнил обещание, данное полякам в обмен на поддержку – не отдал им часть русских городов, и не ввел на Руси католичество.

Политика, основанная на милосердии, стала важной ошибкой Лжедмитрия 1: казна быстро опустела, и те, кто еще вчера поддерживал самозванца, стали его врагами. Если кратко, на протяжении правления Лжедмитрия 1, против него было осуществлено несколько заговоров и около десятка покушений

17 мая 1606 года правитель стал жертвой очередного бунта, организованного Василием Шуйским. Его тело было сожжено, а прах смешан с порохом. Останки Лжедмитрия 1 были заправлены в пушку и полетели в сторону Польши – туда, откуда явился самозванец. Это был единственный в истории выстрел, произведенный Царь-Пушкой.

Армия самозванца и поход к Москве


Кто составлял ударную силу армии Лжедмитрия 2? Это русские низы, польские и литовские авантюристы и наемники, казаки и, конечно, запорожские казаки во главе со своим лидером Иваном Заруцким, фаворитом Марины Мнишек, от которого она родила ребенка.

Собрав большое войско Лжедмитрий 2 двинул его на Москву и здесь он разбил царское войско и подошел к столице. Но столицу он взять не смог и расположился в деревне Тушино, Тушинским лагерем. Откуда и его прозвище — Тушинский вор. Именно в Тушино началось правление Лжедмитрия 2 и его «банды».

Тушинский лагерь

Тушино это в 12 верстах к северо-западу от Москвы. Здесь были созданы свои Приказы, появились бояре и выводы. И даже появился свой патриарх — Филарет Романов, который потом будет говорить, что он якобы приехал разведать и его насильно удержали. Ничего подобного. Он мог уехать совершенно спокойно. Просто Романовы были связаны с обоими Лжедмитриями. Это была, по видимому, часть их заговора. Поэтому верить здесь Филарету не стоит.

1608-1610 годы ознаменовались, так называемыми, тушинскими перелетами. Это опять кстати двоевластие — Тушинский вор и Василий Шуйский. Как это происходило? Бояре и дворяне по нескольку раз переходили от Василия Шуйского к царю Дмитрию. Например, приезжают от Василия Шуйского к Дмитрию — получают поместье, денежный оклад, а через 3 месяца возвращаются к Шуйскому и слезно просят прощения. Получают от него оклад и поместья, а через 3 месяца движутся назад. Что характерно это очень быстро перестало вызывать удивление современников, потому что уровень морали в том числе политической упал очень низко. Люди просто зарабатывали деньги.

Второй Московский поход

Летом сильный польско-литовский отряд коронного гетмана Жолкевского двинулся к Москве, выступившее навстречу царское войско под командованием Дмитрия Шуйского было разгромлено в сражении у села Клушино. Военное положение России ухудшалось со дня на день. Власть Василия IV стала призрачной. Столичные жители, собравшись большими толпами под окнами дворца, кричали Шуйскому: «Ты нам не государь!» Испуганный царь не смел показываться на людях.

Армия Жолкевского вступила в Вязьму и приближалась к русской столице с запада. С юга к Москве поспешил Лжедмитрий II. Его войска захватили Серпухов, Боровск, Пафнутьев монастырь и дошли до самой Москвы. Сторонники самозванца предложили столичному населению низложить царя Василия Шуйского и обещали поступить аналогичным образом со своим «царьком». После этого, заявили они, все смогут сообща, со всей землёй, выбрать нового государя и тем самым положить конец братоубийственной войне.

Калужскую агитацию с радостью приняли противники Шуйского, и 17 () июля  года в Москве произошёл дворцовый переворот. Бояре и дворяне во главе с Захаром Ляпуновым свергли Шуйского с престола. Царь Василий IV был насильно пострижен в монахи.

Низложив царя Василия Шуйского, Земский Собор направил своих представителей в лагерь Лжедмитрия II возле Данилова монастыря, чтобы «воровские» бояре тут же свергли своего «царька». Их ждало жестокое разочарование. «Воровская» дума не сдержала обещания и потребовала открыть столичные ворота перед «истинным государем». Иллюзии рассеялись. Наступила минута общего замешательства. Без царя на троне бороться с «добрым Дмитрием» было куда труднее. 2 (12) августа Лжедмитрий II обосновался станом в селе Коломенском и приступил к штурму столицы, а 3 (13) августа под Москвой появился коронный гетман Жолкевский.

Временное правительство Семибоярщина, не имевшее опоры в стране, пошло на прямую национальную измену: 17 () августа  года боярская «семёрка», возглавляемая Фёдором Мстиславским, заключила соглашение с гетманом Жолкевским и, опираясь на Смоленский договор, выбрала царём Владислава Жигимонтовича. Московские бояре и дворяне целовали крест иноверному королевичу в надежде на немедленное прекращение войны. Но Семибоярщина не учла того, что кандидат не обладал необходимой популярностью ни в русской столице, ни в провинции. Московский договор поставил людей перед трудным выбором: покориться лихим боярам с их чужестранным принцем, либо предпочесть «истинного царя Дмитрия». Боярское правительство не смогло дать стране ни мира, ни популярной династии. И народ отвернулся от него окончательно. В большинстве регионов России царила анархия. Какие-то города целовали крест Владиславу, какие-то — Лжедмитрию II, а другие местности жили сами по себе.

В столице многие стали сближаться с калужским «вором» и тайно ссылаться с его людьми. Миф о добром сыне Грозного вновь стал овладевать воображением народа. Лжедмитрию II присягнуло население многих городов и сел, в том числе ранее упорно боровшихся с ним: Коломна, Кашира, Суздаль, Галич и Владимир. Всё больше сторонников приобретал самозванец среди городской бедноты, холопов и казаков, в то время как многие дворяне, бывшие в калужском лагере, покинули самозванца и отправились на службу к Владиславу в Москву. Реальная угроза со стороны самозванца побудила Семибоярщину к более тесному союзу с Жолкевским; бояре разрешили гетману пройти через Москву — для того, чтобы отразить «вора». Под натиском коронного гетмана Лжедмитрий II был вынужден вернуться в Калугу.

Тушинский вор Лжедмитрий и воровская столица

Дойдя со своим разношерстным войском до Москвы, Лжедмитрий II встает лагерем в селе Тушино, где и будет в дальнейшем располагаться его «штаб-квартира» (отсюда и закрепившееся прозвище самозванца — «тушинский вор»). Интересен в этой связи тот факт, что в деле формирования легитимности нового претендента на престол немалую роль сыграл патриарх Филарет, Федор Никитич Романов, чья поддержка имела неоценимое значение для самозванца: Богдан Шкловский выдавал себя за сына Ивана Грозного, а Филарет был племянником этого царя — «родственники» должны были помочь друг другу. Судя по описаниям современников событий, «воровская» столица имела весьма неприглядный вид. Вершина холма была усеяна шатрами польских гусар. Среди них стояла просторная рубленая изба, служившая «дворцом» для самозванца. За «дворцом» располагались жилища русской знати. Простые люди занимали обширные предместья, расположившиеся у подножия холма. Наспех сколоченные, крытые соломой «сараи» стояли тут очень тесно, примыкая одна к одной, а жилища были битком набиты казаками, стрельцами, холопами и прочим «подлым» людом.

Так сформировалась ситуация политического двоевластия, неизбежно появляющаяся в годы гражданской войны. По выражению Карамзина, «народ уже играл царями, узнав, что они могут быть избираемы и низвергаемы его властию или дерзким своевольством». Многие из бежавших от Василия Шуйского в стан его врага — Лжедмитрия II, снова возвращались обратно, вплоть до того, что родственники договаривались между собой, кому ехать в Тушино, а кому оставаться в Москве, чтобы извлечь пользу и в одном лагере, и в другом. Получив жалованье в Москве, ехали получать деньги в Тушино.

Оборона Троице-Сергиевой Лавры от войск Лжедмитрия II. (wikipedia.org)

Весьма важный аспект в истории Лжедмитрия II — его взаимоотношения с польским королем Сигизмундом III, который сначала видел в нем средство для ослабления Шуйского и отвлечения собственных граждан и знати от внутренних дел Речи Посполитой. Однако, в 1609 году положение «тушинского вора» существенно поменялось: в его лагере со страхом ожидали прихода русско-шведских отрядов Я. П. Делагарди и М. В. Скопина-Шуйского, разгромивших летом тушинского полковника Александра Зборовского. Оказавшись фактически в ловушке, большая часть польских наемников предпочитает договориться со своим королем Сигизмундом, что безусловно подорвало авторитет Лжедмитрия. Летом 1610 года войско польского гетмана Станислава Жолкевского занимает Москву, а сам он по предложению думных бояр соглашается присягнуть на условиях избрания сына Сигизмунда, королевича Владислава, на российский трон. Московское боярство, устав от разорительной гражданской войны, было заинтересовано в устранении самозванца. Они первые предлагают в целом нерешительному Сигизмунду III выход из сложившейся двусмысленной ситуации: убийство Лжедмитрия II, на которое король хоть и не сразу, но соглашается.

Мог ли быть спасшийся царевич

Все русские источники были оставлены противниками Лжедмитрия Второго, наделившими его самыми непривлекательными чертами. Но самым загадочным остаётся его происхождение.

Свидетельства о том, что второй самозванец был крещёный евреем, следует, по-видимому, оставить, так как их пристрастность очевидна. Принадлежность к «племени, распявшему Христа» была в глазах современников самой ужасной характеристикой.


Из источников, не имевших целью заранее очернить самозванца, наибольшего доверия заслуживают, по-видимому, «литовские», то есть западнорусские того времени. Один из них подробно описывает биографию и явление Лжедмитрия Второго. Он был грамотным человеком родом из Стародуба возле русско-литовской границы. Оттуда он переселился в Белую Русь и был домашним учителем в семье священника. Его учительство подтверждается и другими источниками, так что может считаться вполне достоверным. Но был ли он простым мещанином из самого Стародуба?

Известно, что второй самозванец умел бегло говорить, читать и писать не только по-русски и по-польски, но, по некоторым известиям, и по-древнееврейски. Он хорошо знал весь церковный круг годичного богослужения. Правда, не знал ни латыни, ни древнегреческого, что явно указывает на его происхождение не из Речи Посполитой, а из Московии.

В то время человеку без роду без племени было практически невозможно принять на себя авторитетное руководство движением, в котором бы под его началом находились знатные вельможи. Да и поступки второго самозванца обнаруживают в нём умелого, циничного и жестокого политика. Современный историк Д. Левчик обосновывает версию о том, что Лжедмитрий Второй был… подлинным царевичем Дмитрием (он, а не первый самозванец)! Опровергнуть молву о «чудесном спасении», всплывающую даже сейчас, на пятом веку от событий, очевидно, сможет только генетический анализ мощей царевича Дмитрия.

Биография самозванца

До сих пор не известно ни настоящего имени, ни происхождения этой загадочной личности. Существуют лишь крайне осторожные и практически безосновательные предположения о том, кем в реальности был Лжедмитрий 2. Биография самозванца представляет собой «белое пятно». Согласно одной из версий он являлся сыном попа. Другой источник сообщает нам, что Лжедмитрий 2 имел еврейские корни, уходящие в захудалую провинцию, однако достоверные сведения отсутствуют. Говоря о такой личности, как Лжедмитрий 2 кратко, можно утверждать с уверенностью: авантюризм, который присущ любому русскому человеку, а также подверженность чужому влиянию сыграли в его судьбе пагубную роль.

Появился самозванец летом 1607 года в Стародубе. Вся его недолгая жизнь проходила в локальных стычках и войнах. Стратегия Лжедмитрия 2 основывалась на версии о том, что его предшественник выжил после восстания в Москве. Несмотря на хитрость, он оказался менее удачлив. Правление Лжедмитрия 2 так и не состоялось, так как ему не удалось добраться до столицы, чтобы короноваться. Основная его надежда была на войска Ивана Болотникова. Самозванец верил, что они помогут захватить Москву, однако существенной помощи Болотников оказать не смог.

Лжедмитрий и поляки

Конрад Буссов, писатель, который был очевидцем событий на Руси в период Смутного времени, говорил о том, что Тушинский вор имел самое непосредственное отношение к полякам. Он отмечал, что, по сообщению многих знатных людей, Лжедмитрий 2-й — это незаконный сын Стефана Батория, покойного короля Польши.


Ян Петр Сапега, литовский военный и государственный деятель, активный сторонник самозванца, под Троице-Сергиевским монастырем сидел однажды за столом со своими офицерами, превознося храбрость поляков. Он говорил, что они не только не ниже, но и выше, чем римляне.

Среди прочего он сообщил, что три года назад поляки на московский трон посадили государя, которого стали называть Дмитрием, сыном тирана. Но на самом деле он таковым не был. А теперь представители Польши привели сюда государя и во второй раз и захватили почти полстраны.

«И этот правитель также будет зваться Дмитрием, даже и в том случае, если это сведет с ума русских. Нашей вооруженной рукой и нашими силами мы все это сделаем», — Конрад Буссов утверждает, что все это ему довелось услышать собственными ушами.

Гибель Лжедмитрия II

Калужский лагерь всё больше втягивался в войну с польскими интервентами. Вступив в борьбу с недавними союзниками, Лжедмитрий II вёл её решительно и беспощадно. К началу сентября отряды самозванца отбили у поляков Козельск, Мещовск, Почеп и Стародуб. Русское население стало видеть в калужском «воре» единственную силу, способную противостоять иноземным завоевателям. Ему присягнули Казань и Вятка. Эмиссары Лжедмитрия II открыто агитировали народ против Владислава. На рыночных площадях стражники и дворяне не раз хватали таких агитаторов, но толпа отбивала их силой. В то же время в Калужском лагере самозванца царила атмосфера жестокости и подозрительности. С каждым днём Лжедмитрий II испытывал всё большее недоверие к своему боярскому окружению. Всё больше придворных подвергались казни по подозрению в измене. Образ правления Лжедмитрия II приобрёл черты сходства с опричниной Ивана IV Грозного, что и послужило причиной гибели самозванца. Людей хватали по малейшему подозрению, предавали жестоким пыткам и убивали.

Временное правительство Семибоярщина при поддержке поляков предприняло наступление на Калужский лагерь. Оно изгнало воевод самозванца из Серпухова и Тулы и создало угрозу для Калуги. Однако в начале декабря 1610 года атаман Заруцкий нанёс сокрушительное поражение Яну Сапеге, которому Сигизмунд III отводил роль ударной силы в борьбе с калужским «вором», а татарский князь Пётр Урусов разбил польскую роту и привёл в Калугу много пленных.

Ежедневно по приказу калужского царя казаки чинили жестокую расправу над пленными поляками. Казаки захватывали королевских дворян и солдат, везли их в Калугу и там топили. Лжедмитрий II стал готовиться к отступлению в Воронеж, поближе к казачьим окраинам. По замыслу калужского «царька» Воронеж должен был стать новой царской столицей. После этого самозванец рассчитывал подтолкнуть к вторжению на Москву татар и турок и таким путём поправить свои дела. Но 11 (21) декабря Лжедмитрий II был убит татарским князем Петром Урусовым (мстившим за тайно казнённого самозванцем касимовского хана).

Ещё осенью 1610 года у касимовского хана Ураз-Мухаммеда и Лжедмитрия случился конфликт. За касимовского правителя вступился его родственник, начальник стражи Лжедмитрия, крещёный татарин Пётр Урусов. Хан был убит, а Урусов посажен на 6 недель в тюрьму, по выходе из которой, однако, был восстановлен в должности.

Убийство произошло, когда Лжедмитрий за пределами Калуги охотился на зайцев. Воспользовавшись тем, что с Лжедмитрием была татарская стража и лишь несколько бояр, Пётр Урусов отомстил Лжедмитрию — «прискакав к саням на коне, рассёк царя саблей, а младший брат его отсёк царю руку».

По свидетельству Нового летописца убийство вызвало большое возмущение в городе, Лжедмитрий же был похоронен в Калуге в деревянной Троицкой церкви (Въ Калугѣ же увѣдаша то, что кн. Петръ Урусовъ убилъ вора, взволновашася градомъ всѣмъ и татаръ побиша всѣхъ, кои въ Колугѣ были; его жь вора взяша и погребоша честно въ соборной церкве у Троицы). В настоящее время место захоронения Лжедмитрия неизвестно.

Бесславный конец

Благодаря усилиям замечательного военачальника и превосходного стратега — Скопина-Шуйского М.В. планы Лжедмитрия 2 расстроились. В 1609 году тушинский лагерь окончательно распался. Собранный сброд не желал кому-либо подчиняться, всем лишь хотелось легкой наживы. Лжедмитрий 2 не нашел другого выхода, как бежать в Калугу. Но и там ему не нашлось спасения: смерть нашла самозванца в Калужской области, где он был застрелен своим же служилым — Урусовым П.

Между тем, участь Ивана Болотникова, поддержавшего Лжедмитрия 2, была не менее печальной. Он был сперва ослеплен, а затем убит ударом дубины по голове. Бездыханное тело Болотникова было сброшено в прорубь.

Надежды и слухи

Слухи о «чудесном спасении» и скором возвращении царя стали ходить немедленно после смерти Лжедмитрия I. Основанием тому стал факт, что тело самозванца было жестоко изувечено, а вскоре после выставления на позор, покрылось грязью и нечистотами. Москвичи по сути разделились на два лагеря — те, кто радовался падению самозванца, вспоминали среди прочего его женитьбу на «поганой полячке», и поведение, мало соответствовавшее статусу русского царя. В недрах этой группы рождались слухи о том, что в сапоге убитого был найден крестик, на который «расстрига» кощунственно ступал при каждом шаге, что звери и птицы гнушаются тела, его не принимает земля и отвергает огонь. Подобные воззрения отвечали интересам боярской верхушки, свергшей самозванца, и потому, среди прочего, в угоду приверженцам древнего благолепия, труп Лжедмитрия был вывезен в село Котлы и там сожжён; пеплом бывшего царя, смешанным с порохом, выстрелили в сторону Польши, откуда он и явился. В тот же день был дотла сожжён «ад» — потешная крепость, выстроенная самозванцем.

Но приверженцев свергнутого царя в Москве оставалось более чем достаточно, и среди них немедленно стали ходить рассказы о том, что ему удалось спастись от «лихих бояр». Некий дворянин, взглянув на тело, крикнул, что перед ним не Дмитрий, и, хлестнув коня, немедленно умчался прочь. Вспоминали, что маска не давала рассмотреть лицо, а волосы и ногти у трупа оказались чересчур длинными, при том, что царь коротко подстригся незадолго до свадьбы. Уверяли, что вместо царя был убит его двойник, позднее было названо даже имя — Пётр Борковский. Конрад Буссов считал, что частично эти слухи распространяли поляки, в частности, бывший царский секретарь Бучинский открыто утверждал, что на теле не нашлось приметного знака под левой грудью, который он, якобы, хорошо рассмотрел, когда мылся с царём в бане.

Через неделю после гибели «расстриги» в Москве ночью появились «подмётные грамоты», писаные якобы спасшимся царём. Множество листков было даже прибито к воротам боярских домов, в них «царь Дмитрий» объявлял, что он «ушёл от убийства и сам Бог его от изменников спас».


С этим читают