Убийство кирова

Ход событий

Убийство

Первую попытку убийства Кирова Николаев планировал совершить 15 октября 1934 года. Он был задержан в этот день охраной возле дома Кирова на Каменноостровском проспекте, но, по предъявлении партийного билета и разрешения на оружие, был отпущен.

Смольный

1 декабря 1934 года около 16 часов 30 минут Николаев подкараулил Кирова возле его кабинета в коридоре на третьем этаже Смольного и выстрелил из револьвера ему в затылок. Убийца попытался покончить жизнь самоубийством, выстрелив в себя, но промахнулся и потерял сознание. Был задержан на месте преступления в шоковом состоянии и доставлен в психиатрическую больницу № 2, где после необходимых процедур пришёл в себя около девяти часов вечера.

Драуле и Николаев

Следствие, суд и казнь

Против Николаева и его знакомых из НКВД было возбуждено уголовное дело по обвинению в участии в подпольной зиновьевской организации, возглавляемой «ленинградским центром». Руководители НКВД Г. Ягода и его заместители пытались «мягко» саботировать навязываемую им Сталиным версию о причастности к убийству Кирова бывших оппозиционеров — Зиновьева, Каменева и их сторонников. Однако Н. И. Ежов, к неудовольствию чекистов, направил следствие в «нужное» русло. Сам Ежов так вспоминал об этом на февральско-мартовском пленуме 1937 года:


28 и 29 декабря 1934 года в Ленинграде выездная сессия Военной коллегии Верховного суда СССР под председательством Василия Ульриха рассмотрела дело Николаева и ещё 13 подсудимых (Антонов, Звездов, Юскин, Соколов, Котолынов, Шатский, Толмазов, Мясников, Ханик, Левин, Соскицкий, Румянцев и Мандельштам). Большинство подсудимых не признали себя виновными. Признательные показания Николаев подтвердил лишь после того, как Ульрих допросил его в отсутствие других подсудимых. В 5 часов 45 минут 29 декабря 1934 года Николаеву и всем остальным осуждённым к смертной казни был оглашён приговор; уже через час они были расстреляны. Согласно рассказу конвоира, услышав приговор, Николаев крикнул: «Обманули!».

Дальнейшие репрессии

Мильду Драуле, жену Николаева, после убийства Кирова сначала исключили из партии. В том же месяце она была арестована и расстреляна 10 марта 1935 года. Подверглись репрессиям другие родственники и знакомые Николаева: мать, брат, сёстры, двоюродный брат, родственники его жены.

Историк Ю. Н. Жуков утверждал, что помимо непосредственного убийцы подсудимыми стали ближние и дальние родственники Николаева. Также были расстреляны сестра О. Драуле и её муж — Р. Кулишер. На пяти процессах приговорили к расстрелу 17 человек, к тюремному заключению — 76 человек, к ссылке — 30 человек. 988 человек было выслано, включая бывших оппозиционеров из зиновьевской группы. Позже было репрессировано около 12 тысяч «социально чуждых элементов», а именно бывших дворян, сенаторов, генералов, интеллигенции.

Ход событий

Убийство

Первую попытку убийства Кирова Николаев планировал совершить 15 октября 1934 года. Он был задержан в этот день охраной возле дома Кирова на Каменноостровском проспекте, но, предъявив партийный билет и разрешение на оружие, был отпущен.

Смольный

1 декабря 1934 года около 16 часов 30 минут Николаев подкараулил Кирова возле его кабинета в коридоре на третьем этаже Смольного и выстрелил из револьвера ему в затылок. Убийца попытался покончить жизнь самоубийством, выстрелив в себя, но промахнулся и потерял сознание. Был задержан на месте преступления в шоковом состоянии и доставлен в психиатрическую больницу № 2, где после необходимых процедур пришёл в себя около девяти часов вечера.

Драуле и Николаев

Следствие, суд и казнь

Против Николаева и его знакомых из НКВД было возбуждено уголовное дело по участию в подпольной зиновьевской организации, возглавляемой «ленинградским центром». Руководители НКВД, Г. Ягода и его заместители, пытались «мягко» саботировать навязываемую им Сталиным версию о причастности к убийству Кирова бывших оппозиционеров — Зиновьева, Каменева и их сторонников. Однако Н. И. Ежов, к неудовольствию чекистов, направил следствие в «нужное» русло. Сам Ежов так вспоминал об этом на февральско-мартовском пленуме 1937 года:

28 и 29 декабря 1934 года в Ленинграде выездная сессия Военной коллегии Верховного суда СССР под председательством Василия Ульриха рассмотрела дело Николаева и ещё 13 подсудимых (Антонов, Звездов, Юскин, Соколов, Котолынов, Шатский, Толмазов, Мясников, Ханик, Левин, Соскицкий, Румянцев и Мандельштам). Большинство подсудимых не признали себя виновными. Признательные показания Николаев подтвердил лишь после того, как Ульрих допросил его в отсутствие других подсудимых. В 5 часов 45 минут 29 декабря 1934 года был оглашён приговор Николаеву и всем остальным осуждённым к смертной казни; уже через час они были расстреляны. Согласно рассказу того же конвоира, услышав приговор, Николаев крикнул: «Обманули!».

Дальнейшие репрессии

Мильду Драуле, жену Николаева, после убийства Кирова сначала исключили из партии. В том же месяце она была арестована и расстреляна 10 марта 1935 года. Подверглись репрессиям другие родственники и знакомые Николаева: мать, брат, сёстры, двоюродный брат, родственники его жены.

Историк Ю. Н. Жуков утверждал, что помимо непосредственного убийцы подсудимыми стали ближние и дальние родственники Николаева. Также были расстреляны сестра О. Драуле и её муж — Р. Кулинер. На пяти процессах приговорили к расстрелу 17 человек, к тюремному заключению — 76 человек, к ссылке — 30 человек. 988 человек было выслано, включая бывших оппозиционеров из зиновьевской группы. Позже было репрессировано около 12 тысяч «социально чуждых элементов», а именно бывших дворян, сенаторов, генералов, интеллигенции.

Достойное

  • неделя
  • месяц
  • год
  • век
Интервью с Игорем Ашмановым. Драка с Соловьевым. Как брали Крым. Мы все под колпаком. Интернет — это зона порока.  (5/1)
Белорусский апофеоз  (5/1)
Цена успеха  (5/1)
Казнить нельзя помиловать  (3.67/3)
Белорусский апофеоз  (5/1)
Цена успеха  (5/1)
Интервью с Игорем Ашмановым. Драка с Соловьевым. Как брали Крым. Мы все под колпаком. Интернет — это зона порока.  (5/1)
«Массовое скотство, защита от которого общества и политики перестала осуществляться после убийства И.В.Сталина, и есть тот внутренний фактор, который привёл СССР к краху»  (4/4)
Размышления о «Древе Познания»  (3.8/5)
Казнить нельзя помиловать  (3.67/3)
Свобода личности или свобода индивида  (3.67/3)
В России готовят восстание Спартака, а в Белоруссию будут забрасывать диверсантов из подразделения Бранденбург-800?  (3.5/2)
О деятельности Фонда концептуальных технологий «Алтай» после 18.06.2018 года  (5/11)
Как тесты конкурса «Лидеры России» отбирают либералов с нужным мышлением  (5/8)
Бильярд, как модель глобальной игры в фильме «Классик»  (5/8)
История библейского проекта «от А до Я» в мультфильме «Падал прошлогодний снег»   (5/7)
У Щетинина теперь все законно  (5/7)
Рабы пока немы: ОПГ против Глобального Родителя  (5/7)
О создании фильма «Час Быка»  (5/7)
Россия на взлёте, народ на излёте.. Москва – столица Всемирной Хазарии?  (5/7)
Чисто чтобы не забыть, первыми в космос вышли русские  (5/110)
Центральный банк России работает на её уничтожение  (5/64)
Ну, за самодержание!…  (5/64)
7 советов от гениального врача Николая Амосова .  (5/57)
Белые ночи почтальона Алексея Тряпицына: отчёт «победителям»?  (5/52)
Другой взгляд на пенсионный вопрос или какое государство нам нужно  (5/50)
Самые яркие примеры смекалки у советских солдат  (5/46)
Смотрите ж: всё стоит она!  (5/38)

Обвиняемые

Следователи сначала не получили указаний от Сталина и предполагают свои версии. Скоро заместитель наркома НКВД Агранов обвиняет в убийстве Кирова троцкистов и анархистов. Через 2 недели Жданов, назначенный на место убитого, открыто обвиняет в преступлении сторонников Зиновьева. А Николаев становится членом террористической организации «Ленинградского центра». 

В конце декабря провели совещание Военной коллеги Верховного суда Советской России, на котором обвинили и в тот же день расстреляли 14 человек. Каменского и Зиновьева обвинили в политической неответственности, а чуть позже признали виновными сторонников Бухарина. В 1838 году в Кратком курсе главным виновником в устранении Кирова будет признан Троцкий. В начале холодной войны Николаева признают агентом иностранной разведки. Это написано в Большой советской энциклопедии. 

Ход событий

Убийство

Первую попытку убийства Кирова Николаев планировал совершить 15 октября 1934 года. Он был задержан в этот день охраной возле дома Кирова на Каменноостровском проспекте, но, предъявив партийный билет и разрешение на оружие, был отпущен.

Смольный

1 декабря 1934 года около 16 часов 30 минут Николаев подкараулил Кирова возле его кабинета в коридоре на третьем этаже Смольного и выстрелил из револьвера ему в затылок. Убийца попытался покончить жизнь самоубийством, выстрелив в себя, но промахнулся и потерял сознание. Был задержан на месте преступления в шоковом состоянии и доставлен в психиатрическую больницу № 2, где после необходимых процедур пришёл в себя около девяти часов вечера.

Драуле и Николаев

Следствие, суд и казнь

Против Николаева и его знакомых из НКВД было возбуждено уголовное дело по участию в подпольной зиновьевской организации, возглавляемой «ленинградским центром». Руководители НКВД, Г. Ягода и его заместители, пытались «мягко» саботировать навязываемую им Сталиным версию о причастности к убийству Кирова бывших оппозиционеров — Зиновьева, Каменева и их сторонников. Однако Н. И. Ежов, к неудовольствию чекистов, направил следствие в «нужное» русло. Сам Ежов так вспоминал об этом на февральско-мартовском пленуме 1937 года:

28 и 29 декабря 1934 года в Ленинграде выездная сессия Военной коллегии Верховного суда СССР под председательством Василия Ульриха рассмотрела дело Николаева и ещё 13 подсудимых (Антонов, Звездов, Юскин, Соколов, Котолынов, Шатский, Толмазов, Мясников, Ханик, Левин, Соскицкий, Румянцев и Мандельштам). Большинство подсудимых не признали себя виновными. Признательные показания Николаев подтвердил лишь после того, как Ульрих допросил его в отсутствие других подсудимых. В 5 часов 45 минут 29 декабря 1934 года был оглашён приговор Николаеву и всем остальным осуждённым к смертной казни; уже через час они были расстреляны. Согласно рассказу того же конвоира, услышав приговор, Николаев крикнул: «Обманули!».

Дальнейшие репрессии

Мильду Драуле, жену Николаева, после убийства Кирова сначала исключили из партии. В том же месяце она была арестована и расстреляна 10 марта 1935 года. Подверглись репрессиям другие родственники и знакомые Николаева: мать, брат, сёстры, двоюродный брат, родственники его жены.

Историк Ю. Н. Жуков утверждал, что помимо непосредственного убийцы подсудимыми стали ближние и дальние родственники Николаева. Также были расстреляны сестра О. Драуле и её муж — Р. Кулинер. На пяти процессах приговорили к расстрелу 17 человек, к тюремному заключению — 76 человек, к ссылке — 30 человек. 988 человек было выслано, включая бывших оппозиционеров из зиновьевской группы. Позже было репрессировано около 12 тысяч «социально чуждых элементов», а именно бывших дворян, сенаторов, генералов, интеллигенции.

Ход событий

Убийство

Первую попытку убийства Кирова Николаев планировал совершить 15 октября 1934 года. Он был задержан в этот день охраной возле дома Кирова на Каменноостровском проспекте, но, предъявив партийный билет и разрешение на оружие, был отпущен.

Смольный

1 декабря 1934 года около 16 часов 30 минут Николаев подкараулил Кирова возле его кабинета в коридоре на третьем этаже Смольного и выстрелил из револьвера ему в затылок. Убийца попытался покончить жизнь самоубийством, выстрелив в себя, но промахнулся и потерял сознание. Был задержан на месте преступления в шоковом состоянии и доставлен в психиатрическую больницу № 2, где после необходимых процедур пришёл в себя около девяти часов вечера.

Драуле и Николаев

Следствие, суд и казнь

Против Николаева и его знакомых из НКВД было возбуждено уголовное дело по участию в подпольной зиновьевской организации, возглавляемой «ленинградским центром». Руководители НКВД, Г. Ягода и его заместители, пытались «мягко» саботировать навязываемую им Сталиным версию о причастности к убийству Кирова бывших оппозиционеров — Зиновьева, Каменева и их сторонников. Однако Н. И. Ежов, к неудовольствию чекистов, направил следствие в «нужное» русло. Сам Ежов так вспоминал об этом на февральско-мартовском пленуме 1937 года:

28 и 29 декабря 1934 года в Ленинграде выездная сессия Военной коллегии Верховного суда СССР под председательством Василия Ульриха рассмотрела дело Николаева и ещё 13 подсудимых (Антонов, Звездов, Юскин, Соколов, Котолынов, Шатский, Толмазов, Мясников, Ханик, Левин, Соскицкий, Румянцев и Мандельштам). Большинство подсудимых не признали себя виновными. Признательные показания Николаев подтвердил лишь после того, как Ульрих допросил его в отсутствие других подсудимых. В 5 часов 45 минут 29 декабря 1934 года был оглашён приговор Николаеву и всем остальным осуждённым к смертной казни; уже через час они были расстреляны. Согласно рассказу того же конвоира, услышав приговор, Николаев крикнул: «Обманули!».

Дальнейшие репрессии

Мильду Драуле, жену Николаева, после убийства Кирова сначала исключили из партии. В том же месяце она была арестована и расстреляна 10 марта 1935 года. Подверглись репрессиям другие родственники и знакомые Николаева: мать, брат, сёстры, двоюродный брат, родственники его жены.

Историк Ю. Н. Жуков утверждал, что помимо непосредственного убийцы подсудимыми стали ближние и дальние родственники Николаева. Также были расстреляны сестра О. Драуле и её муж — Р. Кулинер. На пяти процессах приговорили к расстрелу 17 человек, к тюремному заключению — 76 человек, к ссылке — 30 человек. 988 человек было выслано, включая бывших оппозиционеров из зиновьевской группы. Позже было репрессировано около 12 тысяч «социально чуждых элементов», а именно бывших дворян, сенаторов, генералов, интеллигенции.

Новые расследования

1. В 1955 году по делу убийства Кирова работала комиссия под руководством секретаря ЦК Поспелова. Они допрашивали заключённых чекистов по делу Ягоды и решили, что устранение Кирова произошло по приказу вождя. однако Хрущёв не поверил комиссии, ибо он знал, как добывались признания.

2. В 1960 году была снова создана комиссия по приказу Никиты Сергеевича, где председателем был Шверник. В его лояльности Хрущёв не сомневался, но её выводы совпадали с решением прежней комиссии, что политика удали работники НКВД по желанию вождя. 

3. Через три года работала следующая комиссия под руководством Арвида Пельше. Тогда выяснилось, что выстрелил Николаев один. А Борисов скончался от несчастного случая. 

4. Было и ещё одно расследование по приказу Михаила Горбачёва. Они только подтвердила правильность выводов прежней комиссии. 

Киров навстречу судьбе

Как сходятся сегодня историки, произошедшее 1 декабря завершило длительную цепь случайностей. Желая расправиться с Кировым, Николаев пробовал добыть билет на заседание актива партийных и советских работников, где должен был выступить ленинградский вождь. Руководителю было чем похвастать перед горожанами: готовилась частичная отмена карточек на продукты питания

Из-за важности события получить пропуск на него было непросто. Николаев обивал пороги своих старых партийных знакомых, пока не дошел до Смольного

Кирова в его официальной резиденции не было, так что Николаева спокойно пропустили внутрь по обычному партийному билету.

Убийца с длинными руками

Отомстить за личную обиду — с такой мыслью 30-летний Леонид Николаев, бывший чиновник, потерявший работу, готовил убийство того, кого винил в своих бедах. Николаев трудился в районном комитете комсомола и в Институте истории партии, но однажды его карьера пошла вниз. Не ужившись в коллективе, партиец едва не попал под трудовую «мобилизацию»: ему предложили место в глухой провинции, от которого он отказался. Николаев писал письма в адрес руководства СССР с одной просьбой: найти для него что-то более достойное. Ответов не последовало, и вскоре расcвирепевший Николаев уверился: ждать их бессмысленно. 

Концы в воду

Охранник Борисов пережил шефа всего на день. Машина, в которой его везли на допрос, попала в аварию. Скорость не превышала 30 км/ч, никто больше не пострадал, но Борисову размозжило голову.

Мильду Драуле, ее сестру и мужа сестры расстреляли 10 марта 1935 года.

Были репрессированы мать, брат, сестры, двоюродный брат и квартирная соседка Николаева.


Медведя и Запорожца приговорили всего к трем годам заключения за халатность, и отправили в колымские лагеря, где они были назначены на административные должности и жили совсем не так, как другие заключенные, но в 1937 году без шума и огласки их расстреляли.

«Н. С. Хрущев, ознакомившись с выводами комиссии, запер итоговый документ в свой сейф и сказал: «Пока в мире существует империализм,

мы не можем опубликовать такой документ», — написала Ольга Шатуновская в 1990 году в письме секретарю ЦК КПСС Александру Яковлеву.

Два альтернативных мифа

На самом деле биография убитого Кирова была мифологизирована аж два раза.

При Хрущёве его сделали лидером некоей «демократической» группировки в советском руководстве, которая якобы активно выступила на XVII съезде ВКП(б) в январе-феврале 1934 года против Сталина и его пребывания на посту генерального секретаря компартии.

Согласно как раз этому мифу, «Сталин Кирова убил…». Якобы специально для того, чтобы потом развязать террор против «истинных большевиков».

Единственные документальные подтверждения данного мифа – известная частушка про «коридорчик» и художественная книжка А. Рыбакова «Дети Арбата». Они и лежат в основе кампании «десталинизации».

Однако ещё до этого, сразу после убийства, партийный агитпроп дежурно превратил Кирова в «самого видного соратника Сталина». В наше время в этот миф вдохнули новую жизнь, противопоставляя его мифу хрущёвскому. В современной трактовке Киров не был никаким «конкурентом Сталина». Зато, наоборот, был не просто «соратником», а вовсе даже «преемником» – и к этой роли готовил его сам Сталин.

В этой конспирологической реальности всё наоборот: Кирова убили враги народа – то ли троцкисты, то ли зиновьевцы, то ли вообще иностранные шпионы, – чтобы нарушить планы Сталина, лишить его надёжного соратника, а потом и вовсе свергнуть.

Признаться, миф №2 (если без конспирологии) отличается от мифа №1 большей логичностью и большей убедительностью «косвенных свидетельств». Но имеет ровно столько же документальных доказательств – то есть ноль.

Действия Николаева

Очевидно, что убийцей был Леонид Николаев. Револьвер, из которого выстрелили в Кирова, принадлежал ему. В тот день он настойчиво стремился поговорить со своей будущей жертвой, к которой у него накопилось много претензий. Жена Николаева была любовницей любви обильного Кирова. После ареста Николаев всё кричал, что он ему отмстил. 

Николаев – это обычный обыватель, со слабой психикой, но с большими амбициями. Его исключили из партии за отказ проводить мобилизацию периферийных ячеек. Николаев добился, чтобы его восстановили в партии, заменив исключение строгим выговором. До ареста он ни где не работал, считая, что плата для него слишком ничтожна. Он писал свою автобиографию, одну даже печатными буквами. Он надеялся, что его сын Маркс сумеет её прочитать и будет гордиться отцом. 

От октябрьского переворота Николаев хотел получить больше, но был сильно разочарован. Он был обычным обывателем, обманутый в своих ожиданиях.

А Сталин был не причастен к убийству Кирова. Зачем ему убирать человека, который не был ему конкурентом и был вполне согласен с его политикой. Хотя вождь воспользовался случаем для расправы над своими бывшими соратниками.

«Кировский поток»

«Николаев мог убить Кирова несколько раз, — замечает Наумов. — Он постоянно носил с собой оружие. Но Кирова убили именно в Смольном. Как это прозвучало! Смольный — это почти что Кремль! Страна содрогнулась».


Репрессии против «бывших людей», интеллигенции, предпринимателей, духовенства и зажиточных крестьян, начавшись в 1917 году, не останавливались ни на день. Но для придания террору небывалого размаха, и, главное, оправдания расправы над крупнейшими деятелями партии, соратниками Ленина требовалось нечто сногсшибательное.

Организационная подготовка к «большой чистке» началась за несколько месяцев до убийства Кирова. 10 июля был создан союзный НКВД, 5 ноября — печально известное Особое совещание при нем. Сенсационное преступление случилось удивительно кстати.

По воспоминаниям члена политбюро Анастаса Микояна, Сталин, получив известие из Ленинграда, немедленно собрал соратников, и, хотя следствие еще не начиналось, уверенно обвинил в покушении зиновьевскую оппозицию, обругав Ягоду, который доложил, что собирается искать заговор среди «скрытых белогвардейцев» и эмигрантов.

На февральско-мартовском 1937 года пленуме ЦК ВКП(б), самом продолжительном в истории партии и целиком посвященном борьбе с «врагами народа», сменивший к тому времени Ягоду, а в 1934 году

работавший заместителем председателя Комиссии партийного контроля Ежов поведал с трибуны, как Сталин поправлял его «политически близорукого» предшественника:

«Товарищ Сталин, как сейчас помню, вызвал меня и говорит: «Ищите убийц среди зиновьевцев». Я должен сказать, что в это не верили чекисты и на всякий случай страховали себя еще кое-где по другой линии, по линии иностранной, возможно, там что-нибудь выскочит. Первое время довольно туго налаживались наши взаимоотношения с чекистами. Впервые в органы ЦК назначает контроль. Люди никак не могли переварить этого. Товарищ Сталин позвонил Ягоде и сказал: «Смотрите, морду набьем».

В ночь с 1 на 2 декабря вождь прибыл в северную столицу в сопровождении Молотова, Ворошилова, секретаря ЦК Андрея Жданова, через несколько дней ставшего преемником Кирова, генерального прокурора Вышинского, Ежова, Ягоды и его заместителя Якова Агранова.

Прямо на перроне Сталин, не сказав ни слова, ударил по лицу встречавшего высоких гостей начальника областного управления НКВД Медведя.

Затем поднялась шумиха вокруг уборщицы одного из районных отделов НКВД Волковой, которая якобы докладывала начальству о готовящемся заговоре и утверждала, что ходила вместе с Николаевым в германское консульство, где тому дали 25 тысяч рублей. «Немецкий след» решили не разрабатывать, но Сталин принял Волкову, распорядился выделить ей отдельную квартиру, а пятерых чекистов арестовать за потерю бдительности.

4 декабря, всего через три дня после убийства Кирова, вышло знаменитое постановление президиума ЦИК: дела по обвинению в государственных преступлениях рассматривать в ускоренном порядке, ходатайства о помиловании не принимать, смертные приговоры приводить в исполнение немедленно.

На следующий день после казни Николаева Сталин направил членам политбюро собственноручно написанный документ «Уроки событий, связанных со злодейским убийством тов. Кирова», где говорилось, что преступление было совершено по прямому указанию Зиновьева и Троцкого.

16 декабря Зиновьев и Каменев были арестованы в Москве и спустя месяц получили соответственно десять и пять лет заключения, а 24 августа 1936 года были приговорены к расстрелу «в связи с вновь открывшимися обстоятельствами».

Тогда же предстала перед судом большая группа «зиновьевцев», в том числе встречавшие Сталина в 1917 году из туруханской ссылки лидеры питерских большевиков Залуцкий и Шляпников и один из убийц царской семьи Сафаров. Все получили сравнительно мягкие приговоры, но так же, как Зиновьев и Каменев, прожили недолго.

Рядовых людей тоже не забыли. Уже через десять дней после убийства Кирова областное управление НКВД подготовило список одиннадцати с лишним тысяч ленинградцев, «не внушавших политического доверия». Аресты продолжались и дальше. Это массовое пополнение в ГУЛАГе прозвали «кировским потоком».

Так что «содрогнуться» гражданам СССР следовало от страха за себя.

Мифы о Кирове


В годы хрущевской «оттепели» сложился образ «Мироныча» — демократа и гуманиста, которого якобы безумно любили ленинградцы.

В отличие от Сталина, Молотова и Кагановича, он действительно много выступал перед народом, в первый год работы секретарем обкома посещая заводы в среднем каждые два дня. Но благосостояние рабочих от этого не улучшалось.

Историк Эдвард Радзинский цитирует слова Кирова: «Старые группы врагов расплавлены в период борьбы за пятилетку, и с ними можно уже не считаться», что, по мнению исследователя свидетельствует о его настроенности на примирение, а не репрессии. Вроде бы Киров предлагал Сталину простить и вернуть на работу одного из деятелей правой оппозиции Угланова и принимал у себя в Ленинграде Бухарина. Но это, во-первых, нюансы, во-вторых, касавшиеся исключительно отношений внутри верхушки.

Нет никаких свидетельств того, что Киров хотел смягчить курс, облегчить жизнь трудящихся, и вообще в чем-то расходился с генеральной линией.

В 1919 году он, возглавляя советскую власть в Астрахани, приказал расстрелять крестный ход, а затем казнить без суда митрополита Астраханского Митрофана и епископа Леонтия.

Киров беспощадно проводил раскулачивание во вверенном ему регионе, в теснейшем сотрудничестве с чекистами строил руками заключенных Беломорканал, а в качестве члена «тройки» Ленинградской области по рассмотрению дел о повстанчестве и контрреволюции подписал сотни смертных приговоров. Тысячи людей непролетарского происхождения при нем были выселены из города.

Он неоднократно повторял в публичных речах: «Каждый член партии должен любого оппозиционера бить в морду».

Либеральными кировские времена могли показаться лишь на фоне ужаса, наступившего после его смерти.

Другой миф — о том, что Киров якобы являлся человеком номер два в стране и опасным конкурентом для Сталина.

«Киров напрасно считается лидером либерального крыла в политбюро, человеком, которого прочили на смену Сталину и который осмеливался спорить с генеральным секретарем», — утверждает историк Олег Хлевнюк.

По имеющимся данным, указывает исследователь, Киров был маловлиятельной фигурой в политбюро, Москву посещал редко, в голосованиях партийной верхушки участия почти не принимал, все его интересы ограничивались Ленинградом.

Известная история о том, что на XVII съезде ВКП(б) в январе-феврале 1934 года много делегатов якобы проголосовало против Сталина, и кто-то предлагал избрать генеральным секретарем Кирова, не имеет убедительного подтверждения.

«Если бы Кирова не убили, он остался бы в истории малозаметной фигурой», — утверждает историк Леонид Млечин.

«Киров не был крупной личностью, и в руководящее ядро вокруг Сталина не входил. Сталин выбрал человека, который ему не очень был нужен, но по рангу был высок», — говорит Владимир Наумов.

События после убийства Кирова

Рано утром 2 декабря в Ленинград на поезде прибыли Сталин, Молотов, Ворошилов, Жданов, Вышинский, Ягода, Ежов и Агранов. Встретил их на вокзале начальник Управления НКВД по Ленинградской области Медведь Филипп Демьянович. Товарищ Сталин подошёл к Медведю и, не говоря ни слова, ударил его по лицу. После такой «тёплой» встречи Иосиф Виссарионович лично допросил Николаева. Протокол этой беседы не вёлся. Но через много лет допросили охранника, который присутствовал при этом разговоре. Однако по непонятной причине данный протокол пропал.

После этого началось следствие, но убийство на почве ревности не рассматривалось. Его сразу отмели, как не отвечающее действительности. Было объявлено, что Николаев состоял в подпольной зиновьевской организации, возглавлял которую тщательно законспирированный ленинградский центр.

Уже 29 декабря состоялся суд над убийцей. Верховная коллегия Верховного суда СССР постановила применить против Леонида Васильевича высшую форму социальной защиты – расстрел. Услышав приговор, убийца Кирова крикнул: «Обманули!» Но вы же не забыли про сцену из американского фильма, а поэтому отчаянный крик Николаева понятен и не вызывает вопросов. Убийцу расстреляли через час после вынесения приговора, но это было только началом кровавого кошмара.

Уголовное дело также возбудили против близких и знакомых Леонида Васильевича. Они тоже оказались членами подпольной зиновьевской организации. Мильду Петровну Драуле исключили из партии и расстреляли 10 марта 1935 года. Мать, сестёр Николаева, брата осудили на 5 лет лагерей. Сестра Драуле и её муж были расстреляны вместе с Мильдой. Репрессировали даже друзей детства убийцы Кирова. Детей Николаева и Драуле отдали в детский дом.

Но ещё до этого, 4 декабря, вышло постановление президиума ЦИК. В нём говорилось, что дела по обвинению в государственных преступлениях следует рассматривать в ускоренном порядке. Не принимать ходатайства о помиловании, а расстрельные приговоры приводить в исполнение немедленно.

Было громогласно объявлено, что убийство Кирова было совершено по прямому указанию Троцкого и Зиновьева. Уже 16 декабря 1934 года Зиновьева и Каменева арестовали. Зиновьев получил 10 лет тюрьмы, а Каменев вначале 5 лет, а затем 10 лет. Но в связи с вновь открывшимися обстоятельствами этих двух большевистских лидеров 24 августа 1936 года приговорили к расстрелу. Приговор был приведён в исполнение на следующий день 25 августа.

Репрессии коснулись и рядовых ленинградцев. Через 10 дней после кончины Кирова НКВД подготовил список, включавший в себя более 11 тыс. человек. Всех их объявили врагами народа и политическими противниками. Массовые аресты этих людей начались 18 января, менее чем через 3 недели после смерти Сергея Мироновича. Эти аресты получили название «кировский поток». Он стал репетицией грандиозного спектакля. Начался тот в 1937 году и получил название «ежовщина». Всего из Ленинграда и области за 1935 год было выселено около 40 тыс. человек, и 25 тыс. из них получили разные сроки заключения.

Приказом НКВД СССР от 27 мая 1935 года по всей стране были образованы так называемые тройки НКВД. Состояли они из начальника управления НКВД, начальника Управления милиции и областного прокурора. Эти тройки могли личной властью принять решение о заключении сроком до 5 лет, ссылке или высылке. То есть они подменяли судебные органы.

Члены советского правительства несут урну с прахом Сергея Мироновича Кирова

В этой кровавой мясорубке легче всех отделались начальник НКВД по Ленинградской области Медведь Филипп Демьянович и его заместитель Запорожец Иван Васильевич. Они получили по 3 года за халатность. Направили их в лагеря на административные должности. Однако в 1937 году Медведя расстреляли 27 ноября. А Запорожец получил пулю ещё в мае того же года. Но дата его смерти не известна.

Тело пламенного революционера и борца за счастье народа Кирова Сергея Мироновича было кремировано, а прах похоронен 6 декабря 1934 года в Кремлёвской стене на Красной площади в городе Москве. На похоронах присутствовало всё руководство первого в мире государства рабочих и крестьян. В последний путь павшего от рук контрреволюционеров партийца проводили достойно. Спи спокойно, дорогой товарищ, и пусть земля тебе будет пухом.

Александр Семашко


С этим читают